ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Мара никогда не предполагала, что Денис может быть столь общительным, клевым. И разговоры о находящихся в загранке с родителями знакомых, о привозных шмотках, перекупленных записях, тусовках, скандалах- выпендрежные разговоры, давались ему с блеском. Только что ж плохого в том, если Оса запросто контачит с Гребенщиковым и Макаревичем, что вращается исключительно в кругу "золотых детишек", а Барон уже исколесил с предками пол-Европы? В ближайшей перспективе все они станут теми, кто определяет международную политику, культурный и экономический прогресс.
Пили много. Танцевали в полутьме, погасив все, кроме торшера. Пары разбрелись. Оса - крупный спортивный плейбоистый тип, не на шутку взялся за Мару. Он и за столом старался коснуться ногой ее бедра, задержать ее руку в своей, передавая огурчик, нашептывал фривольные остроты на ушко, касаясь губами шеи.
- Вы сногсшибательны, мисс. М-м-м... упоение... - он прижал Мару в танце с непозволительной откровенностью, любуясь смятением девушки.
- Пусти, - изо всех сил попыталась вырваться Мара, ища глазами Дениса. Тот, видимо, вышел кого-то провожать.
- Да не ломайся ты, цаца!.. - парень чуть ослабил натиск, но рук не разжал. И задышал в лицо перегаром, ища губы.
Мара вдруг осознала, что в комнате они остались вдвоем. Гости, видимо, разошлись по-английски, даже на кухне было тихо.
- Не надо, ты пьян. Я позову Дениса, - спокойно предупредила она, упершись в его грудь и уворачиваясь от влажного, наглого рта.
- Строптивая лошадка...
Одним рывком Оса поднял ее на руки и бросил на диван, шуганув ногой полный грязной посуды стол. Посыпались ножи, вилки, звякнули повалившиеся бокалы. Мара завопила, призывая Дениса. Но никого не было в квартире. Оса орудовал быстро и умело, срывая с девушки колготки. Юбка с треском разорвалась по шву и тут только Мара по-настоящему испугалась. Дотянувшись рукой, она ухватила и сдернула скатерть. Оглушительный грохот разбившейся посуды заглушила музыка. Магнитофон гремел "металлом".
- Что за проблемы? Подсобить? - появился из коридора кто-то из гостей, кажется, Барон. - Ого, царапается, киска. - Он ловко поймал и сжал над головой запястья Мары. Она видела его перевернутое, ухмыляющееся лицо в то время, как Оса овладел ее телом.
Оказывается, сознание легко теряли барышни прошлого века. От букашки, неловкого комплимента, писка мыши. Мару изнасиловали оба, по очереди держа за руки. А потом, швырнув ей скомканный плащ, Оса лениво скомандовал:
- Шагай в душ. Развлекла, целочка.
Онемев, она смотрела на него полными невыразимого отвращения глазами и не могла пошевелиться.
- Эй, нечего из-за пустяков истерику закатывать, выпей, - любезно поднес ей рюмку Барон. Он попробовал влить в рот девушки водку, но не смог разжать сомкнутые побелевшие губы. Мару тряс озноб. А в глазах застыла неизбывная ненависть.
Оса присел рядом:
- Слушай внимательно, цыпа. Ты была пьяная, сама навязывалась, подставлялась. Такая вот версия, если поднимешь шум. А Дениска в курсе. Он примет нашу сторону.
- Нет! - закричала Мара, зажав уши от звука собственного голоса. Нет! Нет! Никогда...
- Позови Дена, он на лестнице ждет, - кивнул Оса Барону.
Мара зажмурилась изо всех сил. Сон, жуткий сон. Что, что надо сделать, чтобы проснуться? Нащупав завалившуюся за скомканное покрывало вилку, она отчаянно ткнула в ладонь блестящее тройное жало. Боли не почувствовала и не проснулась.
- Идиотка! - взвизгнул кто-то, выдергивая вилку из окровавленной руки.
- Да где, где здесь, черт побери, йод? - послышался голос Дениса, от которого у Мары наконец почернело перед глазами и сознание окутала спасительная тьма.
... - Почему?.. - прошептала она, придя в себя. Испуганное лицо Дениса нависло сверху. - За что? Скажи, за что?
Она забилась и зарыдала, то хохоча, то плача. Он бормотал что-то про деньги, которые занимал на книги и не мог вернуть Осе, что его вынудили, что он не знал... За Осой все девчонки бегают, на него очередь. Честь, честь он оказал, значит, Маре. А она - бестолочь. И вообще, неприлично быть такой холодной и девственной в девятнадцать лет. Кто ж, собственно, мог подумать...
Дня три Мара не выходила из дома. Думала, напряженно думала о мщении. В милицию она не пойдет. Осе позвонит, назначит свидание, будет умолять повторить встречу. Завлечет сюда и напоит вином - таблетки от гипертонии, оставшиеся от покойного деда, три или четыре упаковки, - все в вино. Усыпить и зарезать. Кухонным ножом в сердце - наискосок между ребрами изо всех сил ткнуть. И Барона так же. Встречу назначить с интервалом в два часа. В комнате один труп, в спальне - другой. А потом позвать Дениса...
План вернул Мару к жизни. Она убрала остатки пиршества, привела квартиру в порядок и больше часа пролежала в ванне. Оттуда ее извлек настойчивый звонок в дверь. Жали и жали на кнопку, словно пожар или умирает кто-то. На пороге стоял милиционер со строгим лицом.
- Маргарита Валдисовна? Очень приятно. Разговор к вам есть. Пройти позволите?
Мара слушала милиционера, с трудом сдерживая смех. Сон продолжается, ужасы наворачиваются, нагромождаются... Лобовое столкновение... В аварии погибли четыре человека. Ольга Степановна скончалась на месте происшествия, ее супруг - в больнице городка Кулдига, не приходя в сознание. Виновник происшествия - водитель грузовика, выехавший из-за поворота по встречной полосе. На полной скорости, на пустом шоссе... Но ведь так же не бывает на самом деле? Сирота...
Возле носа милиционера назревал багровый прыщ. Имелись и следы уже увядших. Мара не разбиралась в знаках отличия на погонах, но этот паренек едва ли был старше ее.
- У вас есть родные? - спросил парень, озадаченный реакцией Мары, явно борющейся с хохотом.
- Нет. Есть. Тетя. Сестра, - она прыснула и зажала ладонью рот. Той самой, пораненной вилкой. Острая боль пронзила от самой макушки и остановила сердце. Вот что испытывает бабочка, настигнутая иглой. Еще встрепенуться судорожно пестрые крылышки, но стальной стержень убил душу и жизнь ушла... Ушла.
- Телефончик тети помните? А друзья, есть друзья? - эти слова донеслись как из колодца, в который полетела Мара.
- Нет друзей. Нет! - кричала она оттуда, не размыкая губ.
В тот же вечер она пыталась выпрыгнуть из окна, пока привлеченная милиционером для надзора соседка бегала к себе кормить ужином сына-школьника, а другие сочувствующие занимались поисками тетки, сестры, друзей и коллег погибших. Мара сидела на узеньком, не шире книги, подоконнике и смотрела вниз, пытаясь понять в эти последние мгновения хоть что-нибудь. Почему, допустим, на балконе слева сушится все тот же коврик с оленями, а на зеленой крыше гаража смешная латка с меткой иностранной фирмы и остатками слова в виде трех букв "ham".
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157