ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Все потеряли к происходящему интерес.
Внезапное появление Прислужниц Смерти так и осталось неразгаданным. В душах людей успел разрастись страх. Произошедшие события были за гранью понимания обычных людей. Жители Скогафиорда оказались не готовы. Они привыкли воспринимать то, что не понимали, как нечто, надежно скрытое в легендах.
Последним в беспамятство впал Брига. Уставившись на пламя догорающего костра, он все думал, что стал одним из тех, кого мельком упомянут в сказаниях. И на их страницах ему отведут иную, вымышленную роль.
Певец знал, как такое происходит. На протяжении всей своей достаточно долгой жизни он повидал многих людей, о которых потом слагали семейные легенды. Брига и сам был причастен к появлению сказаний. Он создавал нечто большее, чем просто доброе имя. Где-то приходилось преувеличивать, а где-то на что-то не обращать внимания. В любом случае не существовало абсолютной Истины или абсолютной Действительности. Правдой было то, что большинство мирян привыкли считать таковой. На самом деле правда опиралась на принципы равенства и демократии и не соответствовала представлениям, направленным на благо мира. Истина не учитывало того, что правильно или нужно. Абсолютная истина представляла собой опасного зверя, которого следовало держать в клетке даже в спокойные времена.
Это мог подтвердить любой принц или священник.
Истина была главным предателем.
Брига почти разгадал, что есть конечная истина, но тут он погрузился в царство хмельного сна.

Глава 5
Антекс. Край Конека

Помощник Серифа поторопился провести Бронте Донето в аудиенц-зал епископа Антекса. Папский легат успел заметить, как из-под рясы духовника вылез длинноволосый, белокурый подросток. Мальчишка тут же скрылся в темноте. Донето заметил пятно на подоле епископского платья. Значит, слухи все-таки правдивы. Казалось, внезапное появление посла рассердило епископа. Он метнул грозный взгляд на своего помощника. Он бы и на Донето устремил гневный взор, да только не знал, какое положение тот занимает в Бросе. Донето и в самом деле прибыл из Броса, выполняя указания самого Патриарха. На мгновенье воцарилась тишина, в течение которой легат и епископ украдкой изучали друг друга.
Оба притворились, что ничего не произошло. Донето не выказал епископу должных почестей. Это могло говорить о том, что легат входил в состав Коллегиума и занимал куда более высокий пост, чем Сериф.
Однако духовник решил, что посол хотел показать, что Великий недоволен тем, как Сериф справляется со своей задачей по уничтожению мэйзеланской ереси.
– Епископ, тот, кому мы служим, прямолинейный человек. Он приказал мне не ходить вокруг да около, – начал посол. Он говорил на церковном броском наречии, а не на конекийском диалекте. – Его Святейшество приказал вам уничтожить ересь. Но вместо положительных новостей он продолжает получать на вас жалобы из Антекса, Хорэна, Кастрерсона. Список длинный. Все обвиняют вас в том, что вы злоупотребляете своим положением в целях собственного обогащения.
Епископ помрачнел. Эти упрямые конекийцы… Великий V слишком уж преувеличивал свою силу и неуязвимость.
– Я охотно предоставлю Его Святейшеству право самому разобраться с этими людишками, – осторожно ответил Сериф на церковном языке. – Все здесь, начиная с графа Рэймона и заканчивая грязным лавочником, презирают то, что я делаю. Они не обращают внимания на объявления, развешенные в церквях. Священники причащают еретиков, хоронят их на нашей священной земле. Приходские духовники, особенно те, кто служит на окраинах Конека, не осуждают их. Большинство из них говорят своим прихожанам, что они вправе пренебречь указаниями, исходящими из Броса. Ибо истинным Патриархом является Чистый II из Висэсмэнта. Если я хоть что-нибудь понимаю, с этим человеком необходимо разобраться. И уж точно не с помощью указов об отлучении его от Церкви.
– Его Преосвященство дал вам право конфисковать имущество еретиков. Он полагал, что вы проявите должное упорство и закрепите здесь влияние Церкви. Вместо этого от вас он получает лишь письма, в которых вы просите его о дополнительных средствах.
– Здесь меня обошел герцог Тормонд. Он заявил, что Церковь не имеет права лишать кого-либо имущества. Его лейтенант, граф Рэймон, который, вероятно, поддерживает еретиков, разгромил моих людей, когда они выполняли свои обязанности.
Епископ Сериф надеялся отвлечь Донето от расспросов, что стало с тем добром, которое ему все же удалось прибрать к рукам.
Однако легата это совершенно не интересовало.
– Вы объяснили герцогу, что оказывая Патриарху неповиновение, он может лишиться своей бессмертной души?
– Еще бы. Он ответил, что ему нет дела до Патриарха. Он защищает Конек от фиралдийских стервятников. Вероятно, Тормонд сомневается и в праве Его Святейшества говорить от имени Бога.
– Хотел бы я знать, с чего вдруг здесь возникли такие проблемы? – В голосе легата звучало обвинение. По презрительному выражению его лица стало понятно, что он не одобряет тот образ жизни, который ведет Сериф. Кроме того, Донето совершенно не заботило, с какими жизненными препятствиями и непокоримыми землями сталкивался епископ на своем пути.
Результаты, только они интересовали Великого.
– Придумал, – воскликнул Сериф, радуясь своей находчивости. – Отправляйтесь-ка вы сами в Антекс под видом купца. И посмотрите, как обстоят дела. Зайдите в бедняцкие районы. Послушайте, что говорят люди, когда поблизости нет бросов. А после того, как вы вернетесь, мы обсудим, как следует действовать дальше.
Епископ сдержал улыбку. Легат был раздражен. Вновь Броса интересовали только результаты. К его удивлению Донето согласился.
– Возможно, в этом есть смысл. Я вернусь завтра. После чего мы не потерпим никаких оправданий.
– Конечно.
Сериф проводил взглядом удаляющегося легата. Не успела дверь закрыться, как епископ щелчком пальцев подозвал того, кто прятался в темноте.
Арманд, милый Арманд, вышел на свет, облизывая губы. Не надо было ничего говорить. Сериф немного сполз с кресла. Арманд забрался под рясу. Через мгновенье епископ почувствовал нежное прикосновение пальцев и ласку мягких губ. Он закрыл глаза и попытался понять, почему Великий так неудержимо хотел заполучить край Конека. Вероятно, все дело в деньгах. Иначе и быть не может. Великому требовались деньги, чтобы сдерживать императора Грааля до тех пор, пока его войска не завоюют Ирианские источники и Кальцир. Другого объяснения епископ не находил.
Конек, на который претендовала Церковь, представлял собой богатейшие земли. Минуло два столетия с тех пор, как здесь происходили сражения. Именно тогда предок Тормонда, Волсрад, отвоевал Терлигию у Меридиании, праманское королевство Диреция, где раньше жили западные Кайфаэты. После такого ошеломительного успеха завоеватели продолжили поход. Треть Диреции по-прежнему сосредотачивалась в руках халдар, которые почитали епископские обряды. Будь все короли такими же амбициозными, как Питер Навайский, можно было бы подчинить всю страну. А затем завоеватели бы двинулись к южному побережью моря Прародительницы.
«Именно эту цель и преследует Великий», – мечтательно подумал Сериф.
Епископ просунул руку под рясу и погладил Арманда по голове, дабы вознаградить мальчишку за его старания.

Глава 6
Дреангер. Ал-Кварн. Кайфаэт ал-Минфет

На севере ал-Кварна лежала бескрайняя пустыня. Над необитаемой, бесплодной, разоренной алчностью Гордимера землей возвышалась причудливая, грязная стена, которая сливалась с окружающим ее пейзажем. Эти места прямо-таки кишели мухами. Сюда каждое утро сливали нечистоты. Земли в пределах мили от стены не годились для человеческого проживания. Даже кочевники не рискнули бы разбить здесь свои палатки.
Давным-давно звездочет предсказал Гордимеру смерть от рук того, кто придет с севера. Лев решил, что предсказатель имел в виду армию.
Пророк сказал правду. Войско могло прийти только с севера. В шестистах милях к западу находились прибрежные города, которые присягнули ал-Минфету на верность и были этим весьма довольны. Правда, иногда племена пустынных кочевников по-прежнему совершали набеги. Однако они представляли угрозу скорее себе подобным, а не Гордимеру или Кайфаэту.
Расположившиеся к югу от Дреангера крошечные королевства признали власть Кайфа несмотря на то, что, в основном, их населяли халдары, которые отказались подчиняться Патриарху и Церкви. Они воспринимали Великого как напыщенного выскочку. К счастью, Глава Броса находился достаточно далеко отсюда.
В полном одиночестве Элс направился к северным воротам, словно нищий в поисках богатства. Мумии Андесквелузии уже отправили во двор Гордимера. Тэг немедленно приказал отослать останки древних магов Льву, а сам остался уладить кое-какие дела с владельцем судна, которое доставило его на юг с острова Райн. В Райне военным кораблям Гордимера запретили продолжить путь.
Берега Ширна впереди и за ал-Кварном соединяли два деревянных бревна. Товары, поставляемые в верхний Ширн, необходимо было несколько раз перегружать с одного корабля на другой.
Над бесплодной землей витали пустынные духи. Они тревожили Элса. Некоторые из них могли появиться и днем. Если Лев и в самом деле опасался его, ничто не помешает эр-Рашалу ал-Дулкварнену наслать на Тэга демонов.
Элс точно знал, что Гордимер видел в нем угрозу, однако не понимал – почему. Вероятно, какой-нибудь подхалим запудрил ему мозги.
Гордимер всегда прислушивался к пророкам.
Элс сознавал, что со времен учебы в школе Цветущей Весны его поступки и образ жизни были безукоризненны. Он делал только то, что ему приказывали.
Впрочем и Тэг был далек от совершенства. В этом мире никто не идеален. И только единственно истинный Бог мог похвастаться этим.
Элс вдруг подумал: что если и другие божества, которым поклонялись в иных землях, существовали на самом деле? Пусть и не столь могущественные, как Господь Бог.
Северная стена ал-Кварна отделяла пустыню от города четкой, будто от удара саблей линией. Иногда можно было увидеть небольшие зазоры, в которых располагались ветряные мельницы. Из-за них стена ал-Кварна так отличалась от других.
Ветряные мельницы качали воду.
Верхняя часть стены служила акведуком, по которому вода из Ширна поступала в резервуары, расположенные в верхней части города. По приказанию Гордимера, они всегда были наполнены до краев, а грязь, поступающую в них, постоянно очищали.
Следы алчности Гордимера заставили Элса задуматься над судьбой всего Дреангера. Не превратятся ли земли королевства в пустошь по милости этого человека?
Прямо сейчас в ста семидесяти милях к югу от ал-Кварна вырубали последний лес в Дреангере. Гордимеру требовались материалы для постройки новых военных кораблей. Лев издал постановление об увеличении флота, поскольку опасался, что броский Патриарх, император Руна и расчетливые правители республик Датеона, Апариона и Сонсы начнут проявлять нездоровый интерес к Дреангеру, до которого захватнические войска могли добраться только по морю.
Элс вошел в город. Внутренняя часть ал-Кварна разительно отличалась от той, что находилась за пределами стены. В каждом уголке города бурлила жизнь. Некоторые поговаривали, что здесь живет около миллиона человек. Естественно, это преувеличение, но Элсу оно доставляло огромное удовольствие.
Здесь дом. Дом, в котором жил он и остальные ша-луги. В основном, город предназначался для того, чтобы взращивать в нем воинов-рабов, охранявших Кайфаэты и считавших себя главными защитниками царства Мира, ал-Прамы и Веры.

Элс преодолел длинный пролет лестницы и оказался перед Дворцом королей. Название дворца никак не соответствовало действительности, поскольку правители в Дреангере исчезли давным-давно. Название казалось еще более странным из-за того, что Бог не одобрял состязания королей за обладание всенародной любовью. Во всем царстве Мира не было ни одного правителя. У власти теперь стояли люди с твердым характером.
Школа Цветущей Весны, из которой вышел Элс, была одной из семи учебных заведений, где молодых рабов превращали в истинных ша-лугов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

загрузка...