ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Лерка, как мне тебя не хватает. Ну, когда же ты наконец вернешься?
– Как только закончится моя стажировка. Но если честно, Кашеварова, надеюсь, что никогда. Я еще не потеряла надежду, что в меня влюбится достопочтенный британец. Он мог бы научить меня игре в гольф и поселить в замке на горе.
– Ты в плену стереотипов, – хмыкнула я, – выйти замуж за иностранца, как же это безрадостно.
– Каждому свое, – философски заметила Лера, – так что у тебя с татуировкой? Ты часом не пьяна?
– К сожалению, нет, но собираюсь как можно скорее это исправить. Лерка, представляешь, этот хам, татуировщик, сказал, что не рекомендует делать мне ангелочка на ягодице! Он сказал – это для совсем молоденьких девчонок, а вам, мол, за тридцать. Так и сказал!
– Какой ужас! – сочувственно воскликнула Лерка. – Кашеварова, да плюнь ты на него! Ты выглядишь максимум на… ээээ… двадцать девять.
– Спасибо, утешила, – окончательно расстроилась я, – Лерка, это ужасно. Я стала совсем старая. Я больше не та Саша Кашеварова, какой была раньше. Мне впору купить кресло качалку и зонтик-тросточку, как у старухи Шапокляк!
– Это предменструальный синдром, – мгновенно поставила диагноз Лера, – а зонтик-тросточка у тебя и так есть. Между прочим, ангелочек на ягодице – это пошло.
– Вот и ты туда же…
– Мне пора идти! Не раскисай, старушка ты моя. Кстати, когда ты наконец соберешься меня навестить? Без тебя скучно даже в Лондоне.
– Не знаю, – уныло ответила я, – у меня столько работы…
– Забавно слышать такое от тебя. Что ж, ты знаешь, что мое скромное жилище всегда в твоем распоряжении.
– Спасибо тебе, Лерка! Звони почаще!
– Все, вешаю трубку. И не плачь, от слез стареют, – вероломно предупредила она.
* * *
За долгие годы нашего знакомства моя дружба с Леркой давно уже перешла в стадию сестринской любви. Иногда у меня создается впечатление, что Лера, точно талисман, присутствует в моей жизни с самого рождения. Хотя я и сейчас великолепно помню тот день, когда впервые ее увидела.
Случилось это в начале сентября, в тот день, когда я впервые пришла в университет, в здание факультета журналистики на Моховой. Настроение мое было приподнятым, физиономия – восторженно-торжественной. На мне были новая вязаная юбка, нагуталиненные туфли и строгий пиджак. В новом кожаном портфеле лежали свеженькие тетради, в голове толпились планы и мечты самого разного масштаба. Я была на сто процентов уверена, что буду признана самой эрудированной и остроумной студенткой факультета, что все телекомпании и глянцевые журналы России будут драться за право предложить мне место стажера, а потом и штатную высокооплачиваемую должность. Я была настроена на каторжный труд, на полуночные посиделки над потрепанным томиком Гегеля, досрочную сдачу всех возможных зачетов. Никаких вечеринок, строго велела я себе. Я уже достаточно взрослая, чтобы решительно отказать себе в легкомысленных радостях ради светлого будущего и головокружительной карьеры.
Вот с таким настроением я и вошла в аудиторию, где должна была состояться первая студенческая лекция в моей жизни. Усевшись за свободный стол, я гордо выложила из сумки толстенную тетрадь и кропотливо ее подписала – «Лекционная тетрадь Александры Кашеваровой».
– Ой, какая у тебя фамилия смешная! – вдруг раздался над моим ухом звонкий приветливый голос.
Я недовольно обернулась и увидела Лерку – вернее, тогда я еще не знала, имени улыбчивой стройной блондинки в обтягивающих красных штанах, которая нависла над моим столом и ждала ответной реплики. С первого взгляда девчонка мне не очень-то понравилась. Как она могла додуматься прийти в университет в штанцах, пригодных разве что для диско-клуба? Брюки, конечно, красивые и ей идут, но все-таки… На мой взгляд, такое поведение просто кощунственно.
– Что смешного? – без улыбки пожала плечами я, – фамилия как фамилия.
– Слушай, а можно я с тобой рядом сяду? – не отставала блондинка.
И мне пришлось сказать: «Ну, садись!», хотя меньше всего на свете я хотела, чтобы данная личность на протяжении всей лекции звенящим шепотом вела со мной беседы отвлекающего характера.
Она радостно плюхнула миниатюрную кожаную сумочку на парту.
– А где же твои тетради? – удивилась я.
– Да ладно, можно подумать, они нам понадобятся в самый первый день, – махнула рукой моя новая знакомая, – меня, кстати, Лера зовут. А ты не знаешь, что за лекцию нам предстоит выслушать?
– Саша. По-моему, история журналистки, – ответила я, сверившись с выписанным в специальный блокнот графиком занятий.
– Какая скука, – зевнула она, – надо было подольше поспать.
– Если тебе скучно, зачем же ты тогда вообще сюда поступала?
– Родители достали, – хохотнула Лерка, – у меня папа журналист, он всю жизнь мечтал, чтобы я пошла по его стопам… А ты?
– Что я?
– Ты с детства мечтала стать журналисткой?
– В детстве я мечтала стать модельером, – улыбнулась я, – красивая одежда – моя слабость. Но потом выяснилось, что руки у меня растут явно не из того места. Я даже фартук на уроке труда умудрилась испортить. Хотела прогладить швы, а в итоге сожгла все кружева.
– Значит, ты хочешь быть модным обозревателем?! – обрадовалась Лера. – Знаешь, а я сразу поняла, что ты из наших. У тебя такие стильные туфли! Я тоже мечтаю работать в мире моды.
Я польщенно улыбнулась и краем глаза посмотрела, любуясь, на свои башмаки. Кто бы знал, чего мне стоило убедить родителей в том, что покупка дорогих туфель – это вовсе не глупая трата, а выгодное вложение капитала в мое образование.
– Вот здорово, возможно, мы будет вместе работать! – не унималась восторженная любительница моды, – а раз так… Ладно, пожалуй, я могу открыть тебе один секрет.
«Ну вот, начинается», – затосковала я. Сейчас она начнет с заговорщицким видом посвящать меня в разные малоинтересные глупости – в кого она тайно влюблена, как она лишилась девственности и каковы ее взгляды на семейную жизнь. Этого мне только и не хватало. А я так мечтала внимательно прослушать лекцию.
– Здесь недалеко есть один магазин, – наклонившись к моему уху, зашептала Лера, – секонд-хэнд.
– Ну, вот еще, – брезгливо поморщилась я, – я люблю новую одежду.
– Ты ничего не понимаешь! – возбужденно зашипела она, – это не обычный секонд-хэнд, а эксклюзивный. Там продается дизайнерская одежда и стоит сущие копейки! На прошлой неделе я купила там пальто от «Версаче» всего за десять долларов!
– Да ты что? – навострила уши я. – Не может быть. Если бы было так, то в этом магазине были бы огромные очереди.
– Вот! – Она подняла вверх указательный палец. – В том-то все и дело. Это не совсем обычный магазин, на нем нет никаких вывесок, и войти можно только по специальному пропуску.
– И?
– И у меня этот пропуск есть! – самодовольно заключила она, – так что если хочешь…
– Ты имеешь в виду после лекций? – уточнила я.
– Да кому нужны дурацкие лекции, если за углом даром раздают «Версаче», – рассмеялась Лерка, – и потом, магазин работает только первую половину дня. Так что ты как хочешь, Кашеварова, а вот лично я собираюсь заняться обновлением гардероба.
– Все равно у меня нет денег, – вздохнула я.
– Да ладно, – удивилась Лерка, – а разве родители не выдали тебе деньги на учебники? Ты видела список? Придется покупать много книг.
– Но это на учебники, – возмутилась я, – второй раз мне денег не дадут!
– И не надо. Зачем нужны эти учебники, если ты собираешься ходить на лекции. Учебники реально понадобятся тебе только перед сессией, зимой. А к тому времени мы уже получим стипендию.
Ее доводы звучали ох как убедительно. В этой радужной картине мне виделось лишь одно крошечное «но» – а кто вообще выплатит стипендию двум девицам, которые напряженной учебе предпочитают поход в элитный секонд-хэнд?
Я нахмурилась – конечно, я была бы вовсе не прочь посетить сие волшебное заведение и своими глазами убедиться, что земной рай под кодовым названием «дешевый от кутюр» и в самом деле существует. С другой стороны – ну как я могла нахально прогулять лекцию в свой первый университетский день? Может быть, мне удастся уговорить ее перенести магазинный культпоход на завтра или вообще на конец недели?
С сомнением я покосилась на будущего модного обозревателя Валерию Солнцеву и по особенному решительному блеску в ее глазах поняла, что капитулировать она и не собирается. Вот будет обидно, если вместо меня она пригласит в заветный магазин кого-нибудь еще!
Я огляделась по сторонам – справа от нас сидела длинноволосая брюнетка в кожаной юбке, вытягивая шею, она заинтересованно прислушивалась к нашему диалогу. Уверена, что уж она-то не упустит такого шанса. Смогу ли я простить себе собственную принципиальность, когда завтра Лера и эта брюнетистая дылда появятся на журфаке в модных платьях, в то время как я буду по-прежнему с заинтересованным видом таращиться в лекционную тетрадь?!
– Решайся, – уговаривала змея-искусительница, – подумаешь, один раз прогулять! Наоборот, лучше сделать это в самый первый день, ведь наверняка эта лекция вводная.
Что ж, крупица здравомыслия в ее словах была.
– А завтра пойдем на лекции. На все подряд. Представляешь, на нас будут новые модные шмотки, мы сядем в самом последнем ряду и будем по десятибалльной шкале оценивать однокурсников!
– Это как?
– Дикая ты какая-то, Кашеварова. Десять баллов – годится для продолжительного романа, восемь – для молниеносной вспышки страсти, шесть – для пьяного секса, пять – сойдет на безрыбье, а все, что ниже – вообще не котируется.
Я не смогла сдержать смех.
– Ладно, уговорила. Пойдем в твой магазин. Примерной студенткой я, пожалуй, стану с завтрашнего дня.
С этими словами я убрала «Лекционную тетрадь Александры Кашеваровой» обратно в портфель.
В тот день я обзавелась не только сногсшибательной замшевой юбкой, расшитыми бисером джинсами и двумя вечерними платьями, но и лучшей подругой.
Мы с Леркой мгновенно нашли общий язык. Возбужденные, счастливые, обвешанные хрустящими пакетиками, мы отправились в кафе при консерватории. Там, за крепчайшим кофе и песочным тортиком, Лера вкратце рассказала мне о себе. Она была на два года меня старше, после школы сбежала из дома, чтобы петь в какой-то группе, но потом вернулась, работала продавщицей в отделе косметики и спала с кем попало в надежде встретить мужчину своей мечты. А еще у Лерки был роман с известным рок-певцом, который годился ей в отцы. Услышав его фамилию, я округлила глаза и выдохнула: «Да ты что?!», а она многозначительно улыбнулась.
В ответ я поделилась с ней скудной информацией о собственной несуществующей личной жизни. Пожав плечами, она заметила, что все у меня впереди. Так оно и вышло – с Леркиным появлением моя жизнь закрутилась в бешеном ритме, как сломанная карусель.
На следующий день мы дружно прогуляли лекции и отправились в ГУМ; Лерка безапелляционно заявила, что это не что иное, как «изучение современных модных тенденций», что пригодится в нашей будущей карьере куда больше, чем ежедневное лекционное занудство.
С тех пор так и повелось – вместо занятий мы весело бродили по магазинам или просто болтались по городу, время от времени оседая в кафе и кондитерских. В первую сессию нам пришлось нелегко, но со временем мы освоили сложное искусство очаровывания преподавателей и худо-бедно зарабатывали оценку «удовлетворительно». По этому поводу Лерка любила шутить: «Ах, у меня «удовлетворительно»? Что ж, это значит, что я удовлетворила этого преподавателя! Кашеварова, да мы с тобой такие молодцы, всех лекторов удовлетворили!»
К окончанию университета мы были близки, как попугаи-неразлучники; о том, чтобы разойтись по разным редакциям, не возникало и речи. В редакцию никому не известной, зато еженедельной газеты «Новости Москвы» мы зарулили по чистой случайности. Каково же было наше удивление, когда обеих пригласили занять штатные должности!
1 2 3 4 5 6

Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...