ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   принципы идеальной Конституции,   прогноз для России в 2020-х годах,   расчет возраста выхода на пенсию в России закон о последствиях любой катастрофы
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



« Рублевский Казанова, или кастинг для наследниц»: Центрполиграф; 2007
ISBN 978-5-9524-326
Аннотация
Преуспевающий телемагнат Андрей Вольнов, несмотря на свой достаточно солидный возраст, чувствует себя молодым. Он невероятно удачлив, сделал блестящую карьеру, был дважды женат, но и теперь юные барышни испытывают к нему нескрываемый интерес, вступая в острую борьбу за обладание его рукой, сердцем и огромным состоянием. Он обожает молоденьких девушек, клянется им в любви, дает обещания, вселяет надежды… и продолжает поиск. При этом каждая из претенденток уверена в том, что именно она – женщина его жизни… После трагической автокатастрофы в огромном доме рублевского Казановы собираются близкие ему женщины, в одночасье превратившиеся в претенденток на наследство. Кто же победит в борьбе за миллионное состояние?
Наталья Солей
РУБЛЕВСКИЙ КАЗАНОВА, ИЛИ КАСТИНГ ДЛЯ НАСЛЕДНИЦ
Счастье существует лишь на проторенных путях.
Шатобриан
Утомленный гламуром
На срочную летучку в кабинете генерального продюсера телеканала ВТВ кворум собирался постепенно и неторопливо. Общий сбор был спонтанным и несвоевременным. Конвейерное дело горело, скворчало и кипело, а тут пожалуйста, все бросай и беги выслушивать очередную, как это здесь называлось, «прокачку ситуации».
– Буду сию секунду, – очаровательным голосом, источая доброжелательность, проворковала в ответ на личное приглашение шефа его первый зам и бывшая жена Алла Миркина. Внешне она являла собой образец типичной бизнес-леди. В свои сорок лет ухоженная до планки в двадцать пять и ни днем больше, уверенная в себе блондинка с кукольным лицом. Этакая Барби в годах. Правда, из-за резкости в общении и прямолинейности она не вызывала ассоциаций с популярной куколкой. Гораздо больше напоминала комиссара в юбке, получившего задание не выбиваться из гламурного формата.
Положив трубку, Алла стерла с лица улыбку, напускная приветливость мигом куда-то улетучилась.
– Вольнов всех собирает зачем-то. Срочно. Сто против одного: у него новое увлечение, вдохновившее на очередной шедевральный проект. Боже, дай мне силы вытерпеть эти приливы и отливы, – с томным безразличием проговорила она, не двигаясь с места.
– Расслабься и прекрати обращать на это внимание. Сколько можно? Новым увлечением здесь никого не удивишь. Культурный шок охватит массы, если такового не будет. Одна ты переживаешь каждую новую пассию, как в первый раз, – невозмутимо отреагировала сидящая напротив шеф-редактор музыкальных программ Алиса Лисовская.
Она была значительно моложе своей приятельницы, однако между ними оказалось много общего. Достаточно высокая самооценка, умение по-хозяйски относиться к жизни и все формальные признаки успеха: часы Cartier, кольцо и браслет от Tiffany, идеальный стайлинг от Жака Дессанжа, обязательные в этом сезоне сапоги от Тома Форда и белый кожаный костюмчик от Роберто Кавалли. В целом очень эффектно и смело, можно сказать, сногсшибательно. Даже самые скромные внешние данные при таком обмундировании выстреливают. Именно этот катаклизм и произошел с гадким утенком Алисой, вовремя понявшей, что даже бриллиант в грубой оправе может потерять свою красоту, что уж говорить ей, обладательнице близко посаженных глаз и огромного орлиного носа? Натуральная Барбра Стрейзанд, только без ореола славы, а главное, без каких-либо предпосылок ее завоевать. Ни голоса, ни сокрушительного обаяния голливудской кинодивы у Алисы не было. Оправа – одно спасение. И Алиса стала шлифовать именно ее. Годы поджимают, а она в свои двадцать семь все еще не замужем и до сих пор не живет в доме на Рублевке, что просто недопустимо при желании владеть полным комплектом признаков успешности, которые, как ей казалось, и ведут к настоящему счастью.
Вот так, стремясь соответствовать формату успеха, Алиса, как и ее старшая подруга, стала типичным брендоносцем, точнее брендоносицей, что звучит менее благозвучно и уже не так сильно навевает исторические ассоциации, но зато отражает общую тенденцию. Все брендоносцы искренне убеждены, что обилие фирменных знаков на одежде усиливает их значимость и вес в обществе. В определенном смысле они, конечно, правы. Встречают-то по одежке. Правда, брендоносная Алла Миркина, обладающая всеми атрибутами успешности, включая проживание на Рублевке, не была образцом счастливой женщины. Это всегда немного смущало Алису, во всем подражавшую подруге, которая и сблизилась с ней именно потому, что Лисовская готова была выслушать ее излияния.
Выслушивала, сочувствовала, успокаивала и в глубине души мечтала о том, что когда-нибудь сама будет рассказывать о проблемах с собственным венценосным мужем своей почитательнице, для которой теперь уже Алиса станет образцом для подражания. Ну а пока у нее дома на Рублевке нет, мужа нет, надо слушать тех, у кого этот самый муж имеется, точнее, имелся, хотя законные узы с ним еще не разорваны.
Алиса сидела в кресле напротив подруги, вытянув вперед руки и любуясь своими пальчиками. До работы она успела заскочить в салон и сделать маникюр. Полированные, ухоженные ноготочки радовали глаз. Неотразимая Алла, некоторое время витавшая где-то в своих мыслях, вдруг решительно согласилась со своей молодой подругой.
– Точно. Все переживаю, как в первый раз. Сколько можно? – удивилась она самой себе. – Но я с этим борюсь. И вовсе не то раздражает, что у него бесконечная череда романов, а то, что у меня все в прошлом, а у него есть будущее.
– Такова женская доля. – Алиса, налюбовавшись маникюром, была готова к диалогу. – Но к ней надо относиться философски. Женщину прошлое украшает. Уайльд, между прочим, говорил, что любит мужчин с будущим, а женщин – с прошлым.
– Он так много говорил по всем поводам, что замучаешься цитировать. К тому же в этом вопросе Уайльд явно не авторитет. Писателя женщины в принципе не интересовали, вот ему и наплевать было на их будущее.
– Все зависит от самонастроя. Полно мужчин, которых интересуют женщины с прошлым. Могу сообщить тебе интересную новость. Я недавно прочитала, что время Лолит заканчивается, скоро в моду опять войдут барышни с историей, а значит, с загадкой… как Джоконда.
– Неужели?
– Научно доказано на материале многовекового опыта.
– А мой личный опыт доказывает, что пока спросом пользуются все-таки молоденькие. Но, честно говоря, эта тема меня волнует в самую последнюю очередь. Я не собираюсь заводить никаких романов.
– Так что же тебя тогда волнует? – недоумевала Алиса.
– Компания меня волнует. Недвижимость, оба ресторана, налаженное производство, да много чего еще. Волнует, что в конце концов найдется какая-нибудь барышня, которая сумеет заставить Вольнова потребовать официального развода со мной и женить на себе. Чувствую, к этому идет, и тогда все мои труды насмарку. Я могу остаться ни с чем.
– Сомневаюсь. Женить пытались многие, но, кроме тебя, сделать это никому не удавалось, – с улыбкой заметила Алиса. – Бумеранга опасаешься?
– Между прочим, в таком случае могу пострадать не только я. Жена генерального продюсера телевизионной компании – это профессия, которая требует соответствующей должности. Новая метла выметет всю прежнюю команду и наберет новую.
– Не исключено, – посерьезнела Алиса.
– Он же думает только о себе, – завелась Миркина. – Считает, что ребенку не надо ничего оставлять, кроме небольшого стартового капитала, чтобы не лишить его мотивации. Он не молод. Мужчины в нашей стране живут недолго, в среднем до пятидесяти шести. А ему, между прочим, через семь лет будет семьдесят. На том свете уже прогулы ставят. Сию секунду с ним может случиться что угодно. И кому тогда все достанется?
– Ну, если сию секунду, то тебе. – В голосе Алисы проскользнули нотки скрытой зависти.
– Меня не покидает какое-то странное чувство тревоги, – призналась Алиса. – Я ужасно нервничаю в последнее время. Стараюсь понять, что такое со мной, и не могу.
– Ты просто устала, сама себя накручиваешь. Тебе надо куда-нибудь съездить развеяться, завести роман.
– Завести роман! Вот у тебя единственная панацея от всех бед.
– Почему только у меня? Это на самом деле лучшее лекарство от хандры и необъяснимой тревоги. Ты же обожаешь психоаналитиков. Сходи, и тебе скажут то же самое. Измени привычный ход жизни и увидишь ее по-новому.
– Может, ты и права. Кстати, Вольнов именно так и делает.
– И заметь, прекрасно себя чувствует. Как сказал поэт: «Дух рыцарства переместился в женщин…» Такое время. Мужчины – безответственные создания, думают только о своем душевном комфорте, ищут муз, вдохновения, забвения в любви, избегая старости всеми доступными способами. Надо это принять, а чтобы не злиться и не хандрить, научиться поступать так же. Вот Вольнов съездил в очередной раз отдохнуть – сразу новости, и, скорее всего, опять влюбился. А ты возьми и тоже влюбись или выкинь какой-нибудь фортель. От тебя-то он точно ничего такого не ожидает. Ты можешь его встряхнуть.
– Возможно, возможно, еще и встряхну, – задумчиво проговорила Миркина.
– Вот и отлично, – облегченно вздохнула Алиса, почувствовав, что кризис бурного раздражения по отношению к начальству у собеседницы прошел. – Теперь мне ход твоих мыслей нравится. Значит, говоришь, всех собирает?
– Абсолютно. Событие планетарного масштаба, – уже со свойственной ей иронией поведала Алла.
– Может, покурим? – невинно предложила Алиса, решив закрепить достигнутое подругой душевное равновесие.
– Он уже давно ждет. Срочно надо бежать, да я и не курю в кабинете… Впрочем, видимо сегодня день имени форс-мажора. Пока нас не будет, все проветрится. – Отбросив сомнения, Алла достала из ящика стола пачку «Вога» и протянула ее подруге.
– Конечно, проветрится, – согласилась Алиса, вытягивая сигарету из пачки. – Вообще-то я бросаю, но одна сигарета в день, говорят, даже полезна.
– Врут.
– А кто не врет?
– Все врут. И мы всем врем, и нам все врут. Круговая порука. – Миркина с олимпийским спокойствием медленно потягивала сигарету, откинувшись на спинку кресла и мечтательно глядя в потолок.
– Мы уже опаздываем со страшной силой, – не слишком куда-либо торопясь, заметила Лисовская.
– И не говори. Жутко опаздываем. Надеюсь, за это время он уже проговорит свой спич о великой роли рейтинга и неизменном падении уровня культуры при ее демократизации, которую подарило людям развлекательное телевидение.
– Меня эти его «откровения» тоже укачивают. Как хорошо, когда он отдыхает на своих Багамах.
– В прошлый раз был на Багамах, а в этот на Бали. Только потом он возвращается, и в нем вдруг просыпается деловая активность. Как будто на время его отдыха наша кнопка отключается и здесь ничего не происходит. Ладно, теперь я готова все выслушать по новой, – решительно сказала Алла, резко давя в пепельнице недокуренную сигарету. – Жаль, что не сначала, но у нас же была встреча?
– И пробки, – в тон ей с невинным видом подала не менее «оригинальную» идею Лисовская.
– Не говори. Пробки – чума двадцать первого века. Рванули. Вот духи, спрей для рта, жвачка. Выбирай. Не надо раздражать шефа. Он терпеть не может табачного запаха.
– Да, не будем его раздражать, – миролюбиво согласилась Алиса, торопясь загасить свою сигарету.
Дамы проворно встали, на ходу уничтожая запах табачного дыма всеми предложенными Аллой средствами, и с видом деловой озабоченности стремительным шагом направились в кабинет шефа. Он уже озвучивал свое традиционное обращение к собравшимся. Почти все стулья по периметру огромного стола заседаний были заняты, но два почетных места возле шефа дожидались опоздавших. Вновь прибывшие стали жестами показывать, что говорили по телефону, принимая срочное сообщение, изображая горячее смущение и готовность мгновенно влиться в процесс обсуждения наболевших проблем телеканала. Вольнов, не прерываясь, тоже жестом пригласил их сесть, продолжая говорить, а собравшиеся – слушать с видом крайней заинтересованности во всем происходящем. Некоторые даже что-то старательно записывали.
Лисовская с интересом глянула, что же такое из услышанного записывает шеф-редактор программ популярной юриспруденции Оля Злобина.
1 2 3 4 5 6
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   циклы национализма и патриотизма и  пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и 
загрузка...