ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


ЛУННЫЙ БАССЕЙН


1. ТАЙНА ТРОКМАРТИНА
Я нарушаю долгое молчание, чтобы восстановить доброе имя доктора
Дэвида Трокмартина и снять скандальный оттенок с имен его жены и его
помощника доктора Чарлза Стентона. Те, кто заботится о своей научной
репутации, познакомившись с фактами, доверенными мне одному, поймут,
почему я так долго молчал.
Вначале я кратко резюмирую общеизвестные сведения об экспедиции
Трокмартина на остров Понапе в группе Каролинских островов - о так
называемой тайне Трокмартина.
Доктор Трокмартин, как вы, возможно, помните, направился для
исследований Нан-Матала, островных развалин, остатков высокоразвитой
доисторический цивилизации, расположенных на обширном побережье Понапе. С
ним была его жена, на которой он женился менее года назад. Дочь профессора
Фразье-Смита, она чрезвычайно интересовалась следами исчезнувшей расы,
разбросанными по островам Тихого океана, знала о них почти столько же,
сколько сам Трокмартин, и разделяла теорию затонувшего тихоокеанского
континента.
Миссис Трокмартин, как вы, возможно, помните, была по крайней мере
лет на пятнадцать моложе мужа. Доктор Чарлз Стентон, сопровождавший их в
качестве ассистента доктора Трокмартина, был примерно ее ровесником. Эти
трое и шведка Тора Хелверсен, нянька, вырастившая Эдит Трокмартин и
всецело ей преданная, и составляли всю экспедицию.
Доктор Трокмартин собирался провести год среди руин не только на
Понапе, но и на Леле - втором центре колоссальной загадки человечества,
чьи корни скрываются в неизмеримой древности, расцвете чуждой человеческой
цивилизации, произраставшей задолго до того, как были посеяны семена
Египта; об искусстве этой цивилизации мы знаем очень мало, а о науке и
тайных знаниях - вообще ничего не знаем.
Трокмартин привез с собой все необходимое оборудование и набрал на
Понапе с дюжину или чуть больше туземцев-работников. Они направились к
гавани Металаним и разбили лагерь на острове Ушен-Тау, одном из островков
группы Нан-Матал. Вы, возможно, припоминаете, что эти острова не населены
и туземцы избегают появляться на них.
Три месяца спустя доктор Трокмартин появился в Порт-Морсби на Папуа.
Он приплыл на шхуне, капитан которой был наполовину китайцем, а экипаж
состоял из жителей Соломоновых островов. Трокмартин сообщил, что
направляется в Мельбурн за дополнительным оборудованием и за новыми
членами экспедиции, белыми, которые должны помочь в его раскопках, так как
суеверные туземцы работали неохотно. В то же утро он отплыл на борту
парохода "Южная королева". Трое суток спустя он исчез; официально было
объявлено, что его либо смыло с борта, либо он сам бросился в воду.
Вспомогательное судно, отправившееся с этой новостью на Понапе,
обнаружило лагерь Трокмартина на острове Ушен-Тау и меньший - на островке,
который называется Нан-Танах. Все оборудование, одежда, припасы оказались
нетронутыми. Но не было найдено ни единого следа миссис Трокмартин,
доктора Стентона или Торы Хелверсен!
Допросили туземцев, участвовавших в раскопках. Те рассказали, что
руины - жилище великих духов, _а_н_и_, которые особенно сильны в
полнолуние. В такие ночи туземцы стараются вдвое дальше обходить эти
развалины. Когда их нанимали на работу, они поставили условие, что за день
до полнолуния уйдут из лагеря и вернутся, только когда луна начнет
убывать. Доктор Трокмартин с этим согласился. Они трижды оставляли
экспедицию в такие ночи. После своего третьего возвращения они обнаружили,
что все четверо белых исчезли, и поняли, что "их съели ани". Они страшно
перепугались и бежали оттуда.
И это все.
Отыскали полукитайца, который неохотно признал, что нашел Трокмартина
в небольшой лодке в море примерно в пятидесяти милях от Понапе. Ученый
казался безумным, но он дал моряку много денег, чтобы его довезли до
Порт-Морсби и сказали, в случае расспросов, что он сел прямо в порту
Понапе.
Вот и все, что известно о судьбе экспедиции Трокмартина.
Хорошо, спросите вы, почему же я нарушаю молчание именно теперь и как
мне стали известны факты, о которых я собираюсь рассказать.
На первый вопрос я отвечу так: недавно я был в географическом клубе и
услышал разговор двух его членов. Они упомянули Трокмартина, и я стал
прислушиваться. Один из них сказал:
- Вероятнее всего, Трокмартин просто убил их всех. Опасно жениться на
женщине гораздо моложе тебя и потом по необходимости оставлять ее в
обществе такого приятного молодого человека, как доктор Стентон.
Несомненно, случилось неизбежное. Трокмартин обнаружил это и отомстил за
себя. Ну а потом угрызения совести и самоубийство.
- Трокмартин казался не способным на это, - задумчиво возразил
собеседник.
- Вы правы, - согласился первый.
- Я слышал другую историю, - продолжал второй. - Будто бы миссис
Трокмартин убежала со Стентоном, взяв с собой эту женщину, Тору. Как будто
их недавно видели в Сингапуре.
- Можете сами выбрать из этих двух версий, - ответил первый. -
Несомненно, либо то, либо другое верно.
Но на самом деле ни то, ни другое. Я знаю - теперь я отвечаю на
второй вопрос, - потому что был с Трокмартином, когда он... исчез. Я знаю,
что он рассказал мне и что я видел собственными глазами. Как это ни
невероятно, сверхъестественно, противоречит всем данным современной науки,
я свидетельствую, что это было. И мое намерение - после публикации
рассказа - отправиться на Понапе, к группе Нан-Матал, на тот островок, под
хмурыми стенами которого скрывается загадка, которую искал и нашел
Трокмартин - и которая искала и нашла его самого!
Я оставляю копию карты, данной мне Трокмартином. А также его чертеж
большого двора Нан-Танаха, где указано расположение лунной двери,
приблизительное местонахождение лунного бассейна, прохода к нему и
примерное расположение сверкающих шаров. Если я не вернусь и найдутся
такие, кто поверит моему рассказу, у кого хватит научной любознательности
и храбрости, чтобы последовать за мной, эти схемы дадут им верный след.
А теперь я обращаюсь к самому рассказу.
В течение шести месяцев я находился на островах Д'Антркасто, собирая
данные для заключительных глав своей книги "Флора вулканических островов
южной части Тихого океана". Накануне я добрался до Порт-Морсби и
благополучно погрузил свои образцы на борт "Южной королевы". И теперь,
сидя ранним утром на верхней палубе, с тоской думал о многих лигах,
отделяющих меня от Мельбурна, и еще больших - между Мельбурном и
Нью-Йорком.
Желтое утро Папуа - в такое утро Папуа проявляет свое самое мрачное и
злобное расположение духа. Небо - горящая охра. Над островами нависает
угрюмый, безжалостный, пагубный дух; их заполняет угроза скрытых,
затаившихся, злобных сил, ждущих освобождения. Кажется, это излучения
самого неприрученного злого сердца Папуа - зловещего, даже когда оно
улыбается. Время от времени ветер доносил дыхание неисследованных
джунглей, полное незнакомых запахов, загадочное и угрожающее.
В такое утро Папуа говорит вам о своей бесконечной древности и силе.
Я не чрезмерно впечатлителен, но такое утро заставляет меня вздрагивать -
я упоминаю об этом, потому что это непосредственно связано с судьбой
доктора Трокмартина. Такое настроение присуще не только Папуа. Я ощущал
его на Новой Гвинее, в Австралии, на Каролинских и Соломоновых островах.
Но наиболее ярко оно проявляется именно на Папуа. Оно как будто говорит:
"Я сама древность; я свидетель рождения земли; я свидетель рождения и
смерти рас; смотри: в моей груди сокрыты тайны, которые сожгут вас, дети
изнеженного века. Мы с вами не можем сосуществовать в одном и том же мире,
и все же я есть и вечно буду! Никогда не постигнете вы моей сути, и я
ненавижу вас, хотя и терплю. Терплю - но долго ли еще буду терпеть?"
В такие мгновения мне кажется, что я вижу, как гигантская лапа,
протянувшаяся с Папуа, вытягивает и втягивает чудовищные когти.
Все ощущают это настроение Папуа. В ее жителях оно всегда сокрыто,
оно часть их души; неожиданно и мгновенно проявляется, как дух чуждой
вселенной, так же неожиданно и мгновенно исчезает.
Я боролся с Папуа, как каждый белый это делает в такое утро. И увидел
высокого человека, идущего по пирсу. За ним мальчишка капа-капа нес новый
чемодан. Что-то в этом высоком человеке показалось мне знакомым. Дойдя до
трапа, он поднял голову, посмотрел мне прямо в глаза и махнул рукой. Это
был доктор Трокмартин!
Удивившись его неожиданному появлению, я одновременно испытал...
неприятный шок. Это, несомненно, был Трокмартин, но было какое-то
беспокоящее различие между ним и тем человеком, которого я так хорошо знал
и с которым распрощался меньше года назад. В то время, как вы знаете, ему
едва перевалило за сорок; худощавый, стройный, мускулистый, с лицом
ученого и искателя. На лице всегда выражение сдержанного энтузиазма,
интеллектуальной остроты, постоянного... как бы это назвать... поиска.
Вечно ищущий разум четко отпечатался в выражении его лица.
Я попытался объяснить себе, что же так поразило меня в этом кратком
приветствии. Заторопившись на нижнюю палубу, я обнаружил так Трокмартина в
обществе начальника хозяйственной части. Когда я заговорил, он повернулся
и протянул руку - и тут я увидел происшедшее в нем изменение!
Разумеется, он увидел по выражению моего лица, какой шок я испытал.
Он резко отвернулся к моряку, потом заторопился в свою каюту, оставив меня
ошеломленным.
У трапа он повернулся.
- Да, Гудвин, - сказал он, - увидимся позже. Сейчас мне как раз нужно
кое-что срочно записать до отправления...
И он быстро ушел.
- Странный парень, да? - сказал моряк. - Хорошо знаете его, сэр?
Похоже, он вас удивил.
Я что-то ответил и медленно направился к своему креслу. Я пытался
проанализировать, что же так поразило меня, что изменилось в Трокмартине.
И тут я понял. Как будто этот человек испытал сильнейшее потрясение
одновременно от ужаса и восторга, какая-то душевная катастрофа изменила
его лицо, наложив на него отпечаток радости и страха. Как будто небесный
экстаз и адский ужас пришли к нему одновременно, рука об руку, захватили
его, посмотрели ему в глаза и, уходя, оставили на его лице свой
неизгладимый отпечаток.
Я то смотрел за корму, то принимался ходить по палубе, пытаясь
разгадать загадку, изгнать ее из своего мозга. И все это время над Папуа
нависал злобный дух древнего зла, непостижимый, недоступный уму; и когда
"Южная королева" подняла якорь и вышла в залив, этот дух не оставил нас.

2. ПО ЛУННОЙ ДОРОЖКЕ
Я с облегчением смотрел, как исчезают за горизонтом берега, радовался
свежему морскому ветру. Казалось, мы уходим от чего-то зловещего, чего-то
скрывающегося на островах и - мелькнула в моем мозгу мысль - наложившего
свой отпечаток на лицо Трокмартина.
Я надеялся - и одновременно испытывал необъяснимое нежелание,
невыразимый страх, - что встречу Трокмартина за ленчем. Но он не
показался, и я одновременно с разочарованием испытал неожиданное
облегчение.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...