ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



«Конец фильма»: АСТ, Олимп; Москва; 2003
ISBN 5-17-016987-6, 5-7390-1185-X
Аннотация
Самоубийство сценариста нового детективного фильма, совершившееся буквально на съемочной площадке, выглядело абсолютно явным… пока за расследование дела не принимается частный детектив Денис Грязнов.
Только он уверен: кто-то в замкнутом кружке людей, упоенно «играющих в преступление» перед камерой, совершил преступление в реальности.
И, что самое загадочное, похоже, убийство совершается в полном соответствии со сценарием фильма…
Незнанский Фридрих
Конец фильма
(Агентство "Глория")
Глава первая
Карандаш сломался, бумага порвалась.
Точить другой было бы глупо и странно. Он поискал на столе, нашел шариковую ручку и, выдернув новую страницу из блокнота, что-то быстро написал. Поискал глазами, куда бы положить записку, но не нашел, оставил на столе. Некоторое время стоял, глядя себе под ноги, а потом медленно, словно во сне, обернулся.
За ним был шкаф с оружием. Несколько красивых пистолетов поблескивали на красном бархате. Он заставил себя подойти, взять небольшой черный, с коричневой рукояткой. Рука с пистолетом безвольно опустилась. Он взвел курок и от щелчка вздрогнул.
Суетливо поднес дуло к груди, потом переместил к виску, засунул даже в рот, но в конце концов упер холод металла в собственный лоб.
Прикусил губу, на глаза накатились слезы, он зажмурился, выдохнул шумно и нажал курок.
Пистолет сухо щелкнул — по белой стене разбрызгалась кровь.
Он покачнулся и стал заваливаться на спину.
— Стоп! Снято!
Актер, играющий самоубийцу, не упал, только привалился к дивану.
— Печатать? — подлетела к режиссеру помреж.
— Печатать, — сказал режиссер и покосился на операторшу. Та оторвалась от визира и скривилась так, словно сейчас ее стошнит.
— Второй дубль, — покачала она головой.
— Миш! — Через павильон к режиссеру шел Кирилл. — Погодите! Миш, что печатать? Это барахло ты хочешь печатать?
Режиссер встал со стула, развел руками.
— Марик, что за дела? — обернулся он к говорившему в мобильник лысоватому человеку.
Лысоватый тут же выключил телефон и во все тридцать два зуба улыбнулся.
— Миш, творчество, а, да? Что, Кирилл, что?
— Ну это же из рук вон, Миша, — укоризненно сказал Кирилл. — Вить, ты не обижайся, — успокоил он актера. — Ребята, вы сечете, что такое темпо-ритм, саспенс, драйв, наконец?
— Сайнекс! — скомандовала операторша.
— Не подходите к оружию! — громко сказал парень в кожаной куртке. Сколько можно просить!
— Это же просто. Ты видел когда-нибудь, как человек стреляется? размахивал руками Кирилл.
— Нет, — признался актер. — А ты? Сергей Петрович, вы видели?
Стоявший в стороне пожилой дядечка подошел, покачал головой.
— А я видел, — сказал Кирилл.
— Вить, пусть он покажет, а, Миша? — все так же лучезарно улыбался всем Марик Варшавский. — Кирилл, покажи.
— Игорь, ты охренел?! Куда столько дыма?! — закричала через всю площадку операторша.
Среди декораций носились реквизиторы, гримеры, пиротехники, на доброй половине из них были черные трикотажные куртки с названием фильма — «5+».
Парень в кожанке стал разгонять дым по павильону.
Женщину с любительской телекамерой, запечатлевавшую происходящее на площадке, шугали все, кому не лень.
— Понимаешь, любовь любовью не играют, — все размахивал руками Кирилл перед носом актера. — А ты все боишься и боишься. А наоборот — веселее, знаешь, уже все по фигу. Это же потом аукнется. Вернее, раньше аукнется.
— Где — раньше?
— Кирилл, что за новости? — встрял режиссер.
— Где… в четырнадцатой серии.
— В какой?! — схватился за живот режиссер, сгибаясь от наигранного смеха. — Когда она будет, Кирилл?!
— Будет.
— Марик, он издевается? — повернулся к Варшавскому режиссер.
— Миш… Ладно, да? — примиряюще улыбался Марик.
— Чего — ладно?! У нас написанных восемь серий из шестнадцати, а он тут режиссурой занялся. Он сценарист или кто?
— Ну пусть, пусть, — снисходительно сказал актер.
Кирилла это вдохновило, он бросился к письменному столу, повторил то, что уже делал актер, но страшно наигрывая, а потом с улыбкой подбежал к оружейному шкафу, схватил пистолет, приставил к своему лбу и сказал:
— Весело, понимаешь, ты уже все знаешь наперед, тебе уже все по фигу… — и нажал на курок.
В шуме суетящегося павильона грохнуло так, что всё замерло.
Голову Кирилла отбросило назад, и он рухнул на спину.
Среди застывшей толпы двигался только он. Да еще парень в кожанке бежал к оружейному шкафу.
Потом из-за спины режиссера выглянула актриса и сказала:
— Дураки… Что за шутки, дураки!
— Я не виноват! — истерично закричал парень в кожанке.
И только тут все задвигались, закричали, забегали, ужаснулись.
Стоявшая позади Кирилла помреж вытирала с лица красную жижу и спрашивала пустоту:
— Это настоящая? Это настоящая? Это настоящая?
Вперед протиснулся пожилой дядечка, быстро склонился к мертвому телу и громко скомандовал:
— Так! Из павильона никто не выходит! Марк Семенович, проследите!
За ним пробилась к трупу женщина с видеокамерой.
Начала снимать и упала в обморок. И тут же протяжно закричала, закрывая лицо руками, другая женщина.
Денис Грязнов тыкался в разные двери, спрашивал пробегавших мимо:
— Где второй павильон, не подскажете?
Но люди неопределенно махали рукой в разные стороны и убегали.
— Денис! — наконец услышал Грязнов. Обернулся.
Из дальнего конца стеклянного коридора к нему бежал пожилой дядечка.
— Сергей Петрович? — немного опешил Денис. — А вы?..
— Сюда пойдем, сюда, — на ходу приобнял Грязнова дядечка.
— Я тут заблудился, в этих лабиринтах, — виновато улыбался Денис.
— Как говорил Довженко, здесь усе криво и ничого не прямо, — улыбнулся дядечка. — Это я тебе звонил. Нужна будет твоя помощь.
— А что тут?
— Сам увидишь.
Шумная толпа курила на лестнице, но, завидев пожилого дядечку с Грязновым, побросала окурки и скрылась за дверью с надписью «Павильон № 2».
— Только ты это, Денис… — остановился Сергей Петрович. — Народ специфический, понимаешь?
— Артисты, понимаю…
— Ну да. И еще… Ты не пугайся только, держись, ладно?
— А что? Сергей Петрович, что?
— Кирилл застрелился.
— Медведь?.. Медведев?! Где?!
— Здесь, — кивнул на павильон Сергей Петрович.
Место смерти Кирилла уже было огорожено милицейской лентой, крутились эксперт, фотограф, оперативники заполняли протоколы, беседовали с людьми.
Тело Кирилла было накрыто простыней, но все так же лежало на полу.
Женщина, которая кричала, сидела теперь на полу рядом с телом, все так же закрывая лицо руками.
— Кто? — спросил Денис Сергея Петровича.
— Сам. Взял пистолет и…
Денис остановился.
— Они что тут, настоящими стреляют? — вытаращил он глаза.
Сергей Петрович развел руками.
— Здравствуйте. — К ним подошел Варшавский. — Вы тоже следователь?
— Я частный детектив. Мне Сергей Петрович позвонил.
— Да-да, я сам и попросил. На милицию, знаете, надежды никакой, а шуму будет много. Лучше уж вы.
— Но мое расследование официального не заменит.
— Это мы понимаем. Однако мы совсем не хотим шума, прессы. В конце концов, если несчастный случай… вы понимаете? Вот Сергей Петрович и предложил привлечь вас. Говорит, что, на худой конец, можно вашего дядю попросить…
Варшавский имел в виду, конечно, начальника МУРа Вячеслава Грязнова.
Денис не ответил, подлез под заграждение и присел рядом с женщиной.
— Лена, ну Лен, — сказал он, трогая ее за плечо. — Это я, Лен…
Она подняла на него невидящие глаза и снова закрыла их руками.
— Это вы, что ли, из «Глории»? — К Денису подошел следователь.
— Я.
— Ну давайте нюхать вместе, мне уже сказали про вас.
— Давайте.
— Не уходит, — сказал следователь, кивнув на Лену.
— Пусть сидит, — прошептал ему Денис, — она супруга погибшего.
Он вылез из-под заграждения.
— Так мы на вас рассчитываем? — тут же снова пристал Варшавский.
— А вы сами кто?
— Я продюсер, Варшавский Марк Семенович. Какой ужас, да, а? Мы никого отсюда не выпускали, как наш консультант Морозов сказал…
В углу сидел бледный актер, возле него хлопотала помреж. Он отталкивал ее руку со стаканом воды, капризно морщился.
Грязнов удивленно посмотрел на Сергея Петровича.
— Так это вы здесь консультант?
Тот пожал плечами:
— Осуждаешь?
— Почему, завидую.
— Вы уже в курсе? — спросил Варшавский.
— Нет пока.
— Вот его должны были убить, — кивнул он на актера. — Представляете, а?
Грязнов снова обернулся к Морозову:
— Что тут вообще?.. Объясните!
— Сергей! — крикнул из своего угла актер. — Сережа, ты куда провалился? Морозов!
Морозов помахал рукой актеру: дескать, я сейчас.
— Кино, понимаешь, — почему-то виновато начал говорить он Грязнову. Снимали сцену самоубийства. Вон актер, Максимов…
— Узнал.
— А потом Кирилл стал показывать, ну репетиция, и — бах…
— Так патроны откуда? Там же холостые должны быть, наверное, — снова спросил Грязнов.
— Какие — холостые?! Никаких патронов вообще. Пистолет бутафорский, замахал руками продюсер. — Вы что, холостыми можно обжечься, вы что!..
Грязнов залез под ленту и сказал следователю:
— Ну расскажите, что у вас тут.
— Вот пистолет, — ответил тот, демонстрируя пакет с пистолетом. Пиротехник сидит рядом, в комнате.
— Кто?
— Ну который за оружие у них отвечает. — Следователь заглянул в блокнот: — Линьков. Собираюсь допрашивать.
— Я с вами, ладно?
Он подошел к трупу, поднял простыню. Кирилл смотрел пустыми глазами в потолок.
У Грязнова дернулась щека, сжались губы.
— Лен, держись, — сказал он сидящей на полу женщине. И обернулся к следователю: — Я минут на двадцать отъеду? Подождете?
— Подождем.
Грязнов вылез из-под ленты. Нашел глазами Морозова — тот успокаивал актера, — подошел.
— Сергей Петрович… Здравствуйте, — кивнул актеру. — Поеду попробую у дядьки кое-какие справки навести. Хотите со мной, по дороге поговорим.
Морозов кивнул:
— А поможет ваш дядя?
— Поможет, — уверенно сказал Грязнов.
— …Нет, Денис. Ни за что. Ты ж не первый год замужем, — говорил Вячеслав Иванович Грязнов, что-то разыскивая в ящиках стола. — Эти всякие твои братья, сестры, знакомые, сам знаешь, потом боком вылезают. Да и дело слишком уж шумное. Идет же официальное расследование…
— Вячеслав Иванович, они ж ведь приятели… — сказал Морозов.
— Во, как раз! Стоит адвокату пронюхать, что приятель покойного там копал, он же все дело утопит!
— Да не утопит. Денис постарается…
— Ты, Сережа, помолчи, — незло перебил Грязнов. — Сейчас адвокаты, знаешь, волки.
Зазвонил телефон.
— Грязнов слушает, — оторвался от поисков и поднял трубку генерал.
Морозов положил руку на плечо Дениса, спокойно кивнул:
— Поможет.
— Да знаю уже, — поморщился Грязнов-старший. — Да, люди там работают. Конечно. У нас плохих следователей вообще нету. Плохие убежали в мафию, хохотнул он неожиданно. — Есть. Есть. Здравия желаю.
Грязнов положил трубку, нагнулся над ящиком стола, наконец достал оттуда коробку со скрепками.
— Во! Неделю ищу. Нужно? — показал ее Морозову и Денису.
— Нет, — покачал головой Денис.
Грязнов снова сунул скрепки в стол:
— Все, Денис. Свободны оба.
Морозов встал:
— Товарищ генерал…
— Идите-идите, — махнул рукой Вячеслав Иванович.
Денис резко развернулся. Дернул ручку двери.
— Только со следователем там не конфликтуй, — крикнул вдогонку Грязнов-старший.
— С каким?
— Ну с тем, что ведет дело это, о самоубийстве, — пожал плечами генерал.
— Тогда давай свои скрепки, — улыбнулся Денис.
Линьков, парень в кожанке, курил сигарету, обжигая черные пальцы только что эксперт-криминалист снял на карточку отпечатки его пальцев, — и время от времени остервенело тер свою стриженную наголо макушку.
— Я первый просек, правда! Он как долбанет, я сразу просек…
— Ваш пистолет? — спросил, показывая полиэтиленовый пакет с оружием, следователь.
Линьков присмотрелся:
— Похож.
— И как в нем оказались боевые патроны?
1 2 3 4 5 6 7
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...