ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса

 




Фридрих Незнанский
Неделя длинных ножей


Марш Турецкого Ц




«Неделя длинных ножей»: АСТ, Олимп; Москва; 2003
ISBN 5-17-016916-7
Аннотация

Случилось невероятное: на глазах у миллионов телезрителей криминальный авторитет убил капитана милиции, который производил его задержание, и бесследно скрылся.
Дело получило слишком громкую огласку, и следствие было поручено «важняку» А.Б.Турецкому. Следы преступления выводят его прямиком... в органы внутренних дел.

Фридрих Незнанский
Неделя длинных ножей

Пролог

Турецкого вызвал к себе зам генерального прокурора Меркулов. Поздоровался за руку, указал на стул.
— Саша, как всегда, две новости, хорошая и плохая. С какой начнем?
— Как всегда, с плохой… — насторожился Турецкий. — А можно без предисловий?
— Тогда смотри. — Меркулов взял пульт и стал нажимать кнопки, включая телевизор и видеомагнитофон. — Я знаю, телевизор тебе смотреть некогда, но, наверно, знаешь про вчерашнее убийство капитана милиции Анисимова, которое показали в прямом эфире во время телерепортажа о задержании преступного авторитета?
— Черт знает что… Нет, впервые слышу, — признался Турецкий. — А зачем надо было снимать это задержание?
— Главное, кому? Наверняка и здесь политика, — Меркулов указал на потолок. — Сейчас разворачивается кампания, мол надо срочно поднимать упавший престиж милиции, и все такое. А наши безотвязные телевизионщики рады стараться. Решили в очередной раз показать стране, как бравые менты вяжут криминальных авторитетов, только не в сериалах, а на самом деле. Заранее широко разрекламировали, да так, что все авторитеты попрятались… Они, Саша, ради собственного рейтинга состряпают шоу о смерти своей матери. Вот, началось, сейчас сам все увидишь. Хотели как лучше, а получили, как всегда. В результате вся страна испытала шок…
— Кстати, я-то почему должен об этом знать? — спросил Турецкий подозрительно. — Разве этим должны заниматься мы, а не МУР?
— Разумеется, они, — продолжал официальным тоном Меркулов. — И я уже говорил по этому поводу со Славой Грязновым. Дело они возбудили. Но мы предполагаем, а начальство располагает. Генеральному оборвали телефоны, в том числе звонили и из Кремля. Все действительно в шоке от увиденного. Никому не хочется предвкушать одно, а кушать прямо противоположное. И продвинутая общественность желает знать, как такое могло случиться. А ее доверие к милиции пошатнулось еще больше. Именно этого, помимо гибели своего коллеги, милиция сбежавшему Доронину точно не простит. А если его поймают, то сымитируют попытку побега, так что даже и допросить не успеем.
— У них не заржавеет, — согласился Турецкий. — А вопросы останутся.
— Словом, генеральный сегодня утром приказал возбудить уголовное дело по факту гибели офицера милиции во время исполнения служебных обязанностей. Слава обещал дать в помощь опытных оперов. Генеральный добавил, что если работников правоохранительных органов безнаказанно убивают на глазах миллионов зрителей, то найти преступника — это дело чести не только милиции, но и всех нас. И еще сказал, чтобы я поручил расследование именно тебе, теперь все понял?
— Да понял… — недовольно пробурчал Турецкий, не отрываясь от экрана. — Спасибо за оказанное доверие! Так… А где обещанная хорошая новость?
— А помогать тебе будет наш новый практикант. Впрочем, ты его хорошо знаешь. Дениска Грязнов.
— С чего это вдруг он практикантом заделался? Слушай, а как же его частное детективное агентство «Глория»? Он что, его забросил?
— Оставил на время практики. Оказывается, и ты тоже не все знаешь. А все потому, что не интересуешься, чем живут твои друзья… Стыдно, Саша. Денис-то ведь без отрыва от частного сыска поступил в аспирантуру родного юрфака, год проучился и сейчас будет проходить у нас практику. Слава позвонил мне по этому поводу и попросил пристроить племянника именно к тебе.
— Растут детишки, — кивнул Турецкий. — Особенно чужие. Не заметишь, как тебя на пенсию турнут… Слушай, Костя, а почему Слава мне не звонил? — недоуменно спросил он. — Я бы и сам Дениску с дорогой душой…
— Не знаю, наверно, у тебя, как обычно, занято было, — сухо ответил Меркулов. — Меня же он просил Дениса не жалеть, а гонять его как сидорову козу, проще говоря, сразу втянуть в дело.
— Нет проблем. Вот пусть он этим делом об убийстве офицера милиции и займется.
— Под твоим непосредственным руководством, — добавил Меркулов и встал, давая понять, что разговор окончен.

Часть первая

1

Зимние сумерки уже сгущались, когда к бару «Мессалина» подъехали на «уазике» опоздавшие телевизионщики. Запыхавшаяся Галя Володина, телекорреспондент из программы «Криминал», виновато развела руками: дорожные пробки, будь они неладны. Трудно повышать голос на красивую женщину, и капитан милиции Сергей Анисимов только пожал плечами, глядя, как телевизионщики быстро разматывают свои кабели. И только убедившись, что они готовы, дал сигнал: пошли!
Озябшие оперативники, до этого болтавшие с мужиками возле киоска, где продавали подогретое пиво, к удивлению последних, мигом натянули на лица темные маски с прорезями для глаз и с двух сторон двинулись к бару.
Анисимов первым поднялся на крыльцо. Из приоткрывшейся двери тут же показался официант в форменной курточке, в руке у него была зажженная сигарета, он выжидательно взглянул на капитана.
— Здесь? — негромко спросил Анисимов.
Тот едва заметно кивнул и отошел в сторону, пропуская гостей, после чего сделал глубокую затяжку.
Натянув маску, Анисимов распахнул дверь, едва не сбив с ног пожилую подавальщицу с подносом, полным грязной посуды, который со звоном грохнулся на пол.
Несколько студентов, потягивающих пиво за стойкой, вскочили, а десяток парней со стрижеными затылками, сидевших за сдвинутыми столиками в дальнем углу, лишь лениво повернули головы в сторону ворвавшихся.
Анисимов сразу заметил Дона, он же Вячеслав Доронин, некогда известного авторитета местной группировки, ныне, по слухам, завязавшего. Его огромная фигура возвышалась во главе стола среди братков и девиц, подобранных где-нибудь на Тверской.
— Серега, ты, что ли? — спросил Дон, продолжая обнимать какую-то маруху и присмотревшись к его маске. — Ловишь, что ль, кого?
— Да ищем тут одного… — Анисимов подошел к их столу. — А вы тут киряете, типа, отдыхаете?
— Здорово! — протянул руку Дон. — Тенгиза ждем с его пацанами… Чего-то он опаздывает. Садись, посидим, покалякаем… Да нет тут твоих фраеров! Свои все пацаны…
Но в этот момент браслет наручников защелкнулся на его запястье.
— Ты арестован! — сказал Анисимов и махнул перед лицом Дона бланком с печатью и подписью. — Спокойно, Вячеслав, без лишних телодвижений, ты меня знаешь.
— Ты че, в натуре? — не понял Дон. Его маленькие медвежьи глазки стали наливаться кровью, а собутыльники вскочили, но он жестом велел им сесть обратно. — Спокуха! За что? Серега, ты, случаем, не перегрелся?
— Всем на пол! — скомандовал Анисимов и направил свой «макаров» на Дона. — А ты встань, когда с тобой разговаривают!
Девицы взвизгнули, нырнули под стол, братки вслед за ними. Дон встал, продемонстрировав присутствующим огромную разницу в весовых категориях между собой и отнюдь не щуплым капитаном.
— Серега, ты че?.. Это ж я!.. Да ты сыми с морды носок этот рваный, не боись… Не узнаешь уже?
И даже протянул руку, чтобы сорвать маску с лица Анисимова.
— Руки! — заорал тот, отступая. — Руки за головы!
Оперативники между тем деловито обшаривали карманы братков, которые послушно положили руки на затылки. На пол выкладывались выкидные ножи, газовые пистолеты, кошельки, бумажники, какие-то пластиковые мешочки.
Студенты, до этого разинув рты смотревшие на задержание, опомнились и на цыпочках потянулись к выходу.
— Куда?! — крикнул им вспотевший Анисимов. — Сафронов, не пускай их! Будете понятыми, поняли?
— И Сафрон здесь? — покрутил головой Дон. — Ты че, Анисим, никак решил меня вместо Муму утопить?
— Поговори мне… — Анисимов подтолкнул его на выход. Сафронов уселся, чтобы начать заполнять протокол задержания.
Когда они появились снаружи, Дон отшатнулся, встреченный резким, после полутьмы бара, светом ламп телевизионщиков, и тут же увидел нацеленную на него видеокамеру. Это привело его в бешенство.
— Ты, сука, совсем оборзела? Меня для кино снимаешь? — заревел Дон и рванулся с крыльца так, что Анисимов упал на бок и потащился вслед за ним, прикованный наручниками.
— Стой! — крикнул он, пытаясь подхватить выпавший пистолет. — Славка, стой!..
Но Дон бешено сметал всех, кто попадался на пути, волоча за собой тело капитана Анисимова, обмякшее после звучных ударов головой о бетонные ступеньки, и несколько капель брызнувшей крови попали на объектив телекамеры…
Галя на мгновение, не больше, встретилась с налившимися глазами авторитета.
— Я те поснимаю, сука! Я те припомню!..
Она едва успела отскочить, когда он на ходу выбил у из ее рук видеокамеру, та упала на асфальт, после чего рванул по тротуару, волоча за собой Анисимова, и скрылся в гуще толпы. От него шарахались, перед ним расступались, потом толпа снова смыкалась.
Съемка о задержании опасного преступника была сорвана. Галя, закусив губу, смотрела вслед скрывшемуся в плотной толпе авторитету. Слышала, как где-то, уже возле метро, истерично кричали женщины.
Выбежавшие из кафе оперы крутили головами, стараясь понять, куда мог сбежать Дон, потом бросились в толпу, которая в это вечернее время только увеличивалась, ибо час пик был в самом разгаре.
Матерясь и расталкивая встречных, Дон рвался в глубь толпы, отчего окровавленная голова капитана моталась, будто у оторванной куклы. Наконец бросился к ближайшему гастроному, втащил Анисимова за собой, приведя в ужас всех, кто там был, и только здесь увидел, что тот уже не шевелится.
Женщины панически кричали, продавцы попрятались под прилавки, все кинулись к выходу, и в дверях образовалась давка.
Не обращая на них внимания, Дон перегнулся через прилавок, взял бутылку пива, отбил горлышко об угол мраморного прилавка, часть отпил, оставшееся вылил себе на голову.
— Зин, — заметил он спрятавшуюся за холодильником дрожавшую продавщицу. — Колян там? — он кивнул в сторону двери, откуда только что доносились мерные удары топора.
Дверь скрипнула, и в зал осторожно выглянул лысоватый молодой парень в грязном от засохшей крови фартуке. В руке он держал тяжелый топор.
— Не ссы, — хрипло сказал Дон. — Че смотришь? Не видишь, от ментов сбежал…
Он втолкнул его назад в помещение, где на дубовой плахе лежала наполовину разрубленная бычья туша. Морщась от боли в посиневшем запястье, куда впилось кольцо наручников, Дон втащил за собой тело Анисимова. Сбросил тушу на пол, положил на ее место свою руку, соединенную наручниками с рукой мертвого капитана, и, взяв топор из рук Коляна, с размаху разрубил цепь. Вторым ударом воткнул топор в колоду.
— Дарю, — он кивнул помертвевшему от страха мяснику на тело Анисимова. — За баранину сойдет?
И ударил труп ногой, так что голова капитана безжизненно запрокинулась.
Потом кивнул на вторую дверь, противоположную той, за которой уже слышались крики оперов, ворвавшихся в магазин.
1 2 3 4 5 6 7 8 9
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...