ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ      ТОП лучших авторов Либока
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Пикуль Валентин Саввич

Потомок Владимира Мономаха


 

Потомок Владимира Мономаха - Пикуль Валентин Саввич
Потомок Владимира Мономаха - это книга, написанная автором, которого зовут Пикуль Валентин Саввич. В библиотеке LibOk вы можете без регистрации и без СМС скачать бесплатно ZIP-архив этой книги, в котором она находится в формате ТХТ (RTF) или FB2 (EPUB или PDF). Кроме того, текст данной электронной книги Потомок Владимира Мономаха можно комфортно и без регистрации прочитать онлайн прямо на нашем сайте.

Размер архива для скачивания с книгой Потомок Владимира Мономаха равен 12.82 KB

Потомок Владимира Мономаха - Пикуль Валентин Саввич - скачать бесплатно электронную книгу, без регистрации



Пикуль Валентин
Потомок Владимира Мономаха

Пикуль Валентин
Потомок Владимира Мономаха
Алексей Борисович князь Лобанов-Ростовский.
Назвав это имя, хочется задать школьный вопрос:
- Дети, поднимите руки, кто его знает?
Дети "этого не проходили". Князя знают лишь историки и дипломаты, ибо он сумел прожить две жизни - как историк и дипломат. У меня, автора, дня не проходит, чтобы я не обращался к трудам Алексея Борисовича. Допустим, понадобилось выяснить, на ком был женат безвестный поручик Данила Глинка ответ нахожу в родословных книгах князя; забираюсь в дебри стародавней политики - и опять возникает его имя. Наконец, он ведь был и просто человек - со своими личными страстями, с кризисами сердечных мук, он терпел унижения, падал и снова возвышался. "Но князь Лобанов всегда оставался порядочным человеком", - судили современники, служившие с ним.
Добавлю, что Лобановы-Ростовские при их въезде в город Ростов Великий имели право принимать особые почести - со звоном церковных колоколов и с пальбою из пушек, но сами от этих почестей отказались.
Кстати уж, скажу сразу, что Лобанов-Ростовский не имел земельной собственности, помещиком никогда не был, а жил на свои кровные - от жалованья. Читателям, сызмала воспитанным на школьной "премудрости", наверное, это обстоятельство покажется странным, однако же это было именно так.
Юный князь Алексей Борисович выходил в жизнь из Царскосельского лицея в 1844 году с чином титулярного советника; получивший золотую медаль, он был занесен на мраморную доску и, наверное, как и все лицеисты, приветствовал свое будущее словами лицейского гимна на слова Дельвига:
Шесть лет промчались, как мечтанье,
В объятьях сладкой тишины.
И уж Отечества призванье
Гремит нам: "Шествуйте, сыны!"
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Евгений Шумигорский, редко поминаемый нами историк, писал, что в Лицее "были живы тогда предания пушкинской эпохи, и в глазах его воспитанников имя их знаменитого однокашника неразрывно соединялось с понятием любви к родной земле и к ее родной старине". Вот это - последнее - очень важно для нас: врожденный, а не навязанный свыше патриотизм всегда неотделим от жажды познания истории своего народа.
В годы лицейской младости князь еще застал в живых вельможных старцев, для которых "золотой век екатерианства" был их юностью, их буянством-окаянством, их осмысленной зрелостью, вскормленной на обильных пажитях вольтеровского свободомыслия. Для них, этих реликтов прошлого, было проще простого удавить одного императора, чтобы "подсадить" на престол его жену, а потом с подобною же легкостью они пришибли табакеркой и ее сына. Эти старики, уже обессиленные годами и болезнями, многое помнили, и юный князь остро воспринимал их суждения о былом. Тогда же Лобанов-Ростовский приучил себя записывать то, о чем не писалось в книгах, а лишь передавалось из уст в уста, как нечто запретное, о чем говорить громко не следует.
"Осьмнадцатый" век стал его сокровением, а царствование Павла I излюбленной темой для исторических изысканий. Однажды князь узнал, что в провинциальной глухомани доживает, вот-вот готовый умереть, престарелый вельможа, который унесет в могилу тайны своего времени. Алексей Борисович, не раздумывая, пустился в путь. Отыскав имение старца, он нашел его дом будто вымершим, даже собаки на псарне не лаяли. Оказалось, что вельможа обращал день в ночь, а будить его было нельзя. Лишь к вечеру он проснулся, и в полночь состоялся завтрак - при свечах в старомодных шандалах. Старик невольно разговорился, и Алексей Борисович до самого рассвета брал "интервью", получая такие интимные тайны двора и политики, о которых в русском обществе едва догадывались. Понятно, что много лет спустя князь Лобанов-Ростовский легко и часто рисовал для друзей, в каком порядке была расставлена мебель в спальне императора Павла I, когда в нее ворвались убийцы.
- Завидую людям, жившим в осьмнадцатом веке, - не раз говорил Алексей Борисович, - им было намного вольготнее жить, нежели всем нам, которым выпало влачить до конца век девятнадцатый, обреченный двигаться уже не страстями людей, а лишь ускоряемый силою пара в мудреных машинах.
"Влачить" свою карьеру в этом столетии было нелегко, особенно при Николае I, когда внешней политикой России заправлял горбоносый карлик Нессельроде. Именно при нем Лобанов-Ростовский и начинал карьеру. Можно было позавидовать своим немало куролесившим предкам, если при Николае I все строилось по ранжиру, по чинам, по регламенту. душно!
Но служить все равно надо, и карьера началась в хозяйственном департаменте министерства иностранных дел. Правда, потомку Владимира Мономаха как-то не пристало сидеть в бухгалтерии, калькулируя расходные суммы на званые ужины, и в 1849 году царь отличил князя званием камер-юнкера. Нессельроде обещал:
- При первой же вакансии я найду вам место за границей.
Тогда или позже Лобанов-Ростовский сошелся с князем Петром Долгоруким, с позором изгнанным из пажей за дурное поведение. Это был человек большого и очень злого ума, такой неслыханной дерзости, что Бенкендорфу с его присными надоело выслушивать доклады о его скандалах. Ссылка в Вятку нисколько не образумила его, напротив, разгорячила, и Долгорукий в своих писаниях пощадил на белом свете лишь одного человека - это был Герцен, ставший потом свидетелем его предсмертной агонии.
Долгорукого все боялись, ибо он обладал страшной и сильной властью над людьми - знанием генеалогии дворянства, отлично владея секретами самых знаменитых родов. Побывав за границей, Долгорукий выпустил книжку о закулисных тайнах родословия титулованных фамилий, и эта книга вызвала сильное раздражение в правительстве Николая I, ибо князь открыл легендарный "ящик Пандоры", доставив немало неприятностей князьям и графам.
Лобанов-Ростовский говорил князю Долгорукому:
- Конечно, "Бархатная Книга" - это не собрание непреложных истин, но вас боятся, ибо вы не пощадили даже своих предков.
- Боятся, - отвечал Долгорукий, - потому что, владея подлинной генеалогией, я в любой момент могу убить любого придворного, доказав, что его бабка изменила мужу с кучером, а род князей Воронцовых давно пресекся, "полу-подлец, полу-невежда" Воронцов, что сидит в Крыму, совсем не Воронцов, а самозванец, ибо подлинные Воронцовы давно все вымерли.
Мало кто знает, что знаменитый четырехтомник П. В. Долгорукого по названию "Российская родословная книга" вместил в себя немалую долю генеалогических материалов, собранных не автором, а именно Лобановым-Ростовским, который великодушно уступил их своему собрату-историку. Об этом стало известно гораздо позже, и то не всем, а лишь избранным. П. В. Долгорукий закончил свою жизнь в отчуждении эмиграции, а князь Лобанов-Ростовский продолжил начатое им дело.
Был 1850 год, когда Нессельроде сообщил ему:
- Открылась вакансия при нашем посольстве в Берлине, не соблаговолите ли начинать службу секретарем миссии?
Алексей Борисович выехал в Берлин, увозя с собою огромные кофры, заполненные историческими материалами, чтобы там, в Берлине, дни посвящать дипломатии, а ночи отводить для истории в ее самых загадочных и необъяснимых явлениях. Именно в Берлине князь начал открывать неизвестные страницы русской истории, именно в Берлине он пережил, как патриот, сильные душевные муки, когда николаевская эпоха завершалась трагической Крымской кампанией.
- Конечно, - рассуждал он в кругу чиновников посольства, - муза дипломатии помалкивает, когда грохочут пушки, но она начинает улыбаться и даже кокетничать, когда пушки закатывают в арсеналы. Не сомневаюсь, что после войны начнутся перемещения, и не знаю, куда направят меня.
С кончиною императора Николая I исчез и его прихвостень Карл Нессельроде, ничего, кроме вреда, для России не сделавший, и после Крымской войны следовало обновление дипломатических штатов.

Потомок Владимира Мономаха - Пикуль Валентин Саввич - читать бесплатно электронную книгу онлайн


Полагаем, что книга Потомок Владимира Мономаха автора Пикуль Валентин Саввич придется вам по вкусу!
Если так выйдет, то можете порекомендовать книгу Потомок Владимира Мономаха своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Пикуль Валентин Саввич - Потомок Владимира Мономаха.
Возможно, что после прочтения книги Потомок Владимира Мономаха вы захотите почитать и другие бесплатные книги Пикуль Валентин Саввич.
Если вы хотите узнать больше о книге Потомок Владимира Мономаха, то воспользуйтесь любой поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Пикуль Валентин Саввич, написавшего книгу Потомок Владимира Мономаха, на данном сайте нет.
Отзывы и коментарии к книге Потомок Владимира Мономаха на нашем сайте не предусмотрены. Также книге Потомок Владимира Мономаха на Либоке нельзя проставить оценку.
Ключевые слова страницы: Потомок Владимира Мономаха; Пикуль Валентин Саввич, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно.
загрузка...