ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

И не был даже уверен, что она вообще
ему нравится как женщина. Сутолока и внимание, сопровождавшие ее, где бы
она не появлялась, раздражали его. Отсвет ее известности теперь падал и на
него, а он не был готов к этому и чурался своей популярности. К тому же он
ясно осознавал огромную пропасть, разделявшую их. Разнообразие ее
увлечений и всеядность претили его консервативной натуре. Она была
воплощением грации и изящества, эталоном наиновейших веяний в моде, он
же... Да что говорить! Он был обыкновенным, невзрачным, уже немолодым
юристом. И никак не мог взять в толк, что влекло к нему Элену Рофф. Здесь
он не был исключением: этого никто понять не мог. Ходили слухи, основанные
на том, что Элена Рофф, участвуя в соревнованиях по сугубо мужским видам
спорта, была ярой сторонницей движения эмансипации женщин. В
действительности же она презирала и само движение и особенно основной
принцип этого движения: равенство мужчин и женщин. Она не понимала, с
какой это стати мужчину приравнивали к женщине. Мужчина нужен только
тогда, когда в нем возникает потребность. Не обладая особым интеллектом,
он, тем не менее, может быть выдрессирован: приносить, например, сигареты
и подносить к ним зажженную спичку или зажигалку, выполнять мелкие
поручения, открывать двери, пропуская даму вперед, и удовлетворять
сексуальные потребности женщины в постели. Как домашние животные они
просто незаменимы: сами одеваются, сами умываются, сами спускают за собой
воду в туалете! Отличная порода!
Кого только на своем веку не перепробовала Элена Рофф: тут были и
плейбои, и мафиози, и магнаты, ворочавшие миллионами, и звезды кино и
спорта. Но Шарля Мартеля и ему подобных у нее никогда не было. Она точно
знала, что он собой представляет: абсолютное _н_и_ч_т_о_. Кусок мокрой
глины. В этом и состояло все дело. Она вылепит из него все, что захочет!
Ежели Элена Рофф хотела чего-нибудь, никто, даже Шарль Мартель - объект ее
желания, - не мог ей в этом помешать.
Они сочетались в Нейи и провели медовый месяц в Монте-Карло, где
Шарль потерял свою девственность и свои иллюзии. Он захотел вернуться к
себе в адвокатуру.
- Не будь дурнем, - сказала Элена. - Ты что, думаешь, я хочу быть
женой канцелярской крысы? Ты войдешь в наше дело. Пройдет время, и ты
станешь во главе его. Мы будем вместе возглавлять его.
Шарля определили служить в парижском филиале "Роффа и сыновей". Он
сообщал ей обо всем, что происходило на работе, и она руководила его
действиями, помогала и советовала ему во всем. Шарль быстро продвигался
вверх по служебной лестнице. Вскоре он уже стоял во главе французского
филиала и был введен в Совет директоров. Элена Рофф превратила его из
незаметного адвокатишки в руководителя высокого ранга одной из крупнейших
корпораций мира. Казалось, он должен был бы чувствовать себя счастливейшим
человеком. Он же чувствовал себя несчастнейшим из несчастных. С самого
начала их совместной жизни Шарль понял, что полностью оказался под
каблуком жены. Она сама выбрала для него портного, сапожника и мастера по
пошиву рубашек. Она добилась того, чтобы его приняли в члены престижного
"Жокей-клуба". Обращалась она с ним, как с наемным партнером. Его зарплата
до последнего сантима попадала в ее руки, и она выдавала ему до смешного
крохотные суммы на личные расходы. Если Шарлю нужны были дополнительные
суммы, он должен был сообщать об этом Элене. Он отчитывался за каждую
минуту своего времени и постоянно должен был находиться в пределах ее
досягаемости. Казалось, ей нравилось бесконечно унижать его. Бывало, она
звонила ему прямо на работу и требовала, чтобы он немедленно ехал домой,
захватив с собой баночку мази для массажа или еще какую-нибудь дребедень в
этом роде. Когда он приезжал, она, раздевшись догола, уже ждала его в
постели. Она была ненасытна, как дикое животное. Сколько себя помнил,
большую часть времени Шарль провел у постели своей матери, умершей от
рака. В такой жизни не было места другим женщинам. Когда мать умерла,
Шарлю казалось, что наконец-то он обретет чувство желанной свободы, в
действительности же он обрел чувство абсолютной пустоты. Секс и женщины
его не интересовали. Однажды, когда Элена впервые упомянула о женитьбе, он
в порыве откровения признался ей в этом.
- Мои сексуальные чувства, либидо, так сказать, неразвиты, почти на
нуле, - заявил он.
Элена улыбнулась в ответ.
- Бедный Шарль. Полно бояться. Вот увидишь, секс тебе придется по
душе.
Он его возненавидел. Что для нее послужило дополнительным стимулом
сексуального удовольствия. Она смеялась над его слабостью и заставляла
проделывать с ней такие отвратительные вещи, от которых его тошнило.
Половой акт и сам по себе был для него омерзителен. Элена же обожала
экспериментировать. Шарль никогда не знал, что она предпримет в очередной
раз. Однажды, в момент оргазма, она приложила к его мошонке размельченный
в порошок лед; в другой раз ввела ему в задний проход электрод. Шарль
физически боялся Элены. Она вела себя по отношению к нему, словно она, а
не он, была мужчиной. Он пытался хоть в чем-то превзойти ее, но, увы, это
ему было не по плечу. Она превосходила его во всем. У нее был блестящий
ум. Юриспуденцию она знала не хуже него, юриста по образованию, а в
коммерческом деле чувствовала себя как рыба в воде. Часами могла обсуждать
с ним проблемы концерна. И никогда от таких разговоров не уставала.
- Ты только взгляни на эту силищу, Шарль! "Рофф и сыновья", если
захотят, могут раздавить или поднять из пепла половину стран земного шара.
Я обязательно стану президентом фирмы. Фирма основана моим прадедом. Она -
неотторжимая часть меня.
После такого рода разговоров Элена была ненасытна в постели, и, чтобы
ее удовлетворить, Шарлю приходилось проделывать с ней такие вещи, о
которых и думать боялся. За это он стал презирать ее. Теперь он только и
помышлял о том, как бы скорее избавиться, сбежать от нее. Но для этого
нужны были деньги.
Однажды, во время ленча, один из ее друзей, Рене Дюшами, предложил
Шарлю способ нажить состояние.
- У моего дяди огромный виноградник в Бургундии. Дядя недавно умер, и
виноградник пойдет с торгов - десять тысяч акров первоклассной лозы. У
меня точные сведения о реальной стоимости земли, - продолжал Рене Дюшами,
- так как дядя мой единственный ближайший родственник, и семья не хотела
бы выпустить виноградник из своих рук. Но одному мне не поднять такую
сумму. Вот если бы ты вошел со мной в долю, то в течение года мы бы
удвоили начальную сумму. По крайней мере, хоть съезди, посмотри, о чем
идет речь.
Так как Шарлю стыдно было признаваться другу, что у него за душой ни
гроша, он, чтобы не обидеть его отказом, поехал в Бургундию, якобы воочию
убедиться в истинности его слов. Увиденное, якобы произвело на него
сильное впечатление.
- Каждый из нас должен вложить в дело по два миллиона франков, -
сказал Рене Дюшами. - Через год мы получим в два раза больше.
Четыре миллиона франков! Это желанная свобода, полное и окончательное
избавление. Он уедет так далеко, что Элена никогда-никогда не сможет найти
его.
- Я подумаю об этом, - пообещал Шарль своему другу.
И он стал думать. Денно и нощно. Такой случай заработать целое
состояние нельзя было упускать. Но где взять деньги. Шарль знал, что
одолжить такую сумму у кого-нибудь, чтобы об этом не стало известно Элене,
он не мог. На ее имя было записано все: дома, картины, машины,
драгоценности. Стоп, стоп, стоп! Драгоценности! Эти красивые безделушки,
которые она держит в сейфе в их спальне. Идея постепенно начала принимать
зримые очертания. Если ему удастся заполучить драгоценности, он сможет,
постепенно заменяя оригиналы на подделки, заложить первые под необходимую
сумму. После того как сработает виноградник, он просто выкупит
драгоценности обратно. И все равно оставшихся денег хватит, чтобы
бесследно и навсегда исчезнуть.
Шарль позвонил Рене Дюшами и с колотящимся от волнения сердцем
сказал:
- Я решил войти в долю.
Однако исполнение первой части плана повергло его в ужас. Необходимо
было проникнуть в сейф и выкрасть оттуда драгоценности Элены. В ожидании
удобного момента для осуществления своей задумки Шарль так нервничал, что
ничего не мог толком делать. Дни сменяли друг друга, а он, словно
механическая кукла, ничего не чувствовал, не слышал и не видел, что
творилось вокруг него. Встречаясь с Эленой, вдруг начинал обильно потеть.
В самые неподходящие моменты у него ни с того, ни с сего начинали дрожать
руки. Его состояние обеспокоило Элену, как могло бы обеспокоить состояние
любимой собачки. Она пригласила к нему врача, но тот никаких отклонений у
Шарля не обнаружил.
- Он, правда, немного перенапряжен. Но два дня постельного режима, и
все опять войдет в норму.
Элена долгим взглядом окинула обнаженную фигуру Шарля, лежавшего в
постели, и улыбнулась.
- Спасибо, доктор.
Едва доктор ушел, Элена начала раздеваться.
- Я... я себя не очень хорошо чувствую, - запротестовал Шарль.
- Зато я себя чувствую прекрасно, - отрубила Элена.
Такой ненависти к ней, как в этот раз, он еще никогда не испытывал.

Случай представился Шарлю на следующей неделе. Элена с друзьями
собиралась покататься на лыжах в Гармиш-Партенкирхен. Шарля она решила
оставить в Париже.
- Вечерами будь дома, - сказала ему Елена, - и жди моего звонка.
Едва за поворотом скрылся красный "йенсен", за рулем которого сидела
Элена, Шарль бросился к сейфу в стене спальни. Она часто открывала при нем
сейф, и он наизусть знал почти всю числовую комбинацию. В течение часа ему
удалось вычислить недостающие цифры. Дрожащими руками он отпер сейф.
Внутри него в коробочках, выстланных бархатом, блестя, подобно крохотным
звездочкам на черном небосклоне, лежала его свобода. Он уже договорился с
ювелиром, неким Пьером Ришаром, славившимся своим умением создавать
искусные дубликаты знаменитых ювелирных изделий. Когда Шарль стал сбивчиво
и бестолково объяснять ему, зачем ему понадобились копии, Ришар сухо
перебил его, заявив:
- Мсье, я многим делаю копии. Кто же в здравом уме, выходя из дома,
станет надевать настоящие драгоценности в наши дни?
Шарль приносил ему драгоценности поштучно и, когда копия была готова,
клал ее в сейф вместо настоящей. Когда копии заняли место настоящих
драгоценностей, он заложил сокровище в государственном ломбарде "Креди
мюнисипаль".
Операция по замене драгоценностей заняла больше времени, чем он
рассчитывал. Во-первых, к сейфу он мог наведываться только в отсутствие
Элены, во-вторых, возникли непредвиденные задержки с копированием. Но
наконец наступил день, когда Шарль мог сказать Рене Дюшами:
- Завтра я передам тебе необходимую сумму.
Свершилось! Он стал совладельцем огромного виноградника. И Элена
ровным счетом ничего не знала об этом.
Шарль потихоньку начал почитывать литературу по выращиванию
винограда. А почему бы и нет? Разве он теперь не виноградарь? Он узнал,
например, что в качестве основных высаживались сорта "каберне совиньон",
остальные - "гро каберне", "мерло", "мальбек", "пти вердо" - сажались на
оставшихся площадях.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2 3 4 5 6 7 8 9

загрузка...