ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Рэдволл – 13

«Джейкс Б. Последняя битва»: Азбука-классика; СПб.; 2005
ISBN 5-352-01481-9
Оригинал: Brian Jacques, “Lord Brocktree”, 2000
Перевод: Ю. Балаян
Аннотация
Крепость барсуков в осаде. Ее окружает армия Синих, возглавляемая, диким котом Унгатт-Транн. Он не сомневается в легкой победе над горсткой воинов. А в это время обитатели Леса Цветущих Мхов собирают ополчение. Смогут ли осажденные продержаться до прихода помощи?
Брайан ДЖЕЙКС
ПОСЛЕДНЯЯ БИТВА

Слушай мою историю
О стародавней поре,
О барсуках могучих
И о Великой горе.
О воинах тех отважных,
Что жили, следуя снам,
Творя Великую Волю,
Неисповедимую нам.
И о зайчихе бесстрашной,
Что была отваги полна,
Что с барсуком дружила
И была, как и ты, юна.
Об их боевых товарищах,
Таких же, как вы, молодых,
Об их несгибаемой воле
И о деяниях их.
Слушай мою историю,
Пока за окном темно,
О том, как все это было,
Далеко и давным-давно.
Лорд Русано, правитель Саламандастрона, отложил перо и поплотнее закупорил чернильницу деревянной затычкой. Оставив свой кабинет, барсук сошел по лестнице, крепко сжав ручку деревянного ведерка, заполненного свитками. Жена Русано, леди Розалона, встретив его внизу, осуждающе покачала головой:
— Так вот куда делось мое ведро. А я-то ищу его, ищу. Ай, стыд-то какой, ведра таскать! Лорд Русано, однако, не выглядел пристыженным. Наоборот, он приподнял ведро и гордо встряхнул его.
— Глянь-ка, Розалона, я закончил ее, историю странствий лорда Броктри и завоевания нашей горы!
Леди Розалона улыбнулась мужу. Такого доброго и мудрого барсука еще не знал Саламандастрон, но когда заходила речь о его любимых занятиях, он воодушевлялся, как желторотый юнец. Она взяла его за испачканную чернилами лапу и повела в обеденный зал.
— Все уже ждут тебя. Ты не забыл, что обещал прочитать свою историю, когда ее закончишь?
Русано улыбнулся:
— Что, Снежнополоска и Черныш с зайчатами не подождут денек-другой, а я еще разок просмотрю рукопись?
— Не подождут. Всем зайцам горы не терпится услышать, что ты написал.
Лорд Русано резко повернул к лестнице, но жена удерживала его лапу. Барсук казался взволнованным.
— Ты говоришь, все зайцы? Все зайцы? Но… но… Я ведь думал только об учебнике для детишек, хотел, чтобы они знали историю своей горы.
Розалона сжала его лапу.
— Это было бы несправедливо, — убеждала она мужа. — А как же родители, отцы и деды? Разве им не хочется знать свою историю? Я сама с удовольствием послушаю. Кроме того, ты — прирожденный рассказчик, у тебя такой чудесный голос! Пожалуйста, Русано, почитай нам, прошу тебя!
Барсук сдался и пошел за женою в обеденный зал.
— Ну ладно. Только учти, это займет несколько дней. Вот уже два сезона я роюсь в пыльных пергаментах, расспрашиваю разных зверей об их предках, изучаю рельефы в кузнице. Сидя на берегу, я прислушивался к болтовне морских выдр, стоя под деревьями, подслушивал белок-балаболок. Четыре дня сидел я, скрючившись, в норе старых жирных кротов, то и дело засыпавших на самых интересных местах. Они слышали свою историю из уст прабабушки, которая узнала от троюродной тетки, так они мне сказали…
Обеденный зал действительно оказался забит битком. К лорду Русано тут же подскочили его дети, Снежнополоска и Черныш, и потащили вверх по трем широким ступеням, к креслу перед столом, на котором ждал ужин.
— Папа, папа, почитай нам свою историю, пожалуйста.
— А про меня и Снежнополоску есть в твоей истории?
Русано хмыкнул, усаживая малышей на мягкие под локотники.
— Только если бы вы были старыми-престарыми, если бы вам было много-много сезонов, смогли бы вы туда попасть. А теперь сидите спокойно и не ерзайте, милые мои.
В зале воцарилась тишина, прерванная было скрипом дверей, когда впопыхах вбежали дежурные повара. Все зашикали на них, и снова стало тихо. Русано разрезал ножом небольшой хлебец, отрезал толстый кусок сыра и сделал себе неуклюжий бутерброд. Все напряженно следили, как он спокойно отхватывал зубами изрядные куски, запивая их октябрьским элем из высокой кружки. Наконец тишину нарушил громкий писк крошки-ежа:
— Мама, когда лолд-балсук сказет сказку?
Лорд Русано тут же прекратил жевать и удивленно уставился на ежонка:
— Какую сказку?
— Историю!!! — потряс стены зала многоголосый возглас.
Русано поднял голову в притворном изумлении:
— Так вы хотите, чтобы я прочитал вам мой труд?
Он тут же зажал уши лапами, потому что в ответ раздалось гремящее, как волна прибоя:
— Дддааааааааа!!!
Небольшая тросточка, которую лорд Русано носил с собой, лежала рядом на столе. Леди Розалона взяла ее в лапу и предостерегающе помахала перед носом мужа:
— Лорд Русано, перестаньте, пожалуйста, нас дразнить и начинайте читать. Или немедленно отправляйтесь спать!
Все, особенно самые маленькие, засмеялись при мысли, что лорд барсук может в наказание отправиться в постель, как нашкодивший несмышленыш.
Русано вытащил из ведра первый свиток, раскатал его на столе и придавил дальний от себя конец кружкой. Его добрые карие глаза смотрели в зал, на губах заиграла улыбка, он обратился к присутствующим:
— Друзья, я буду читать вам понемногу каждый вечер. История Саламандастрона теряется в дымке времен. Но гора, какой мы ее знаем сегодня, с ее заячьей школой, Дозорным Отрядом и законами, позволяющими всем жить в мире, обязана своим существованием главным образом лорду Броктри. Ему мы обязаны жизнью, нашими полями и огородами, садами и террасами, удобными жилыми комнатами. До него жили здесь и другие барсуки, но лишь при нем гора стала уютным домом и крепостью одновременно. Я старался записать историю, ничего не пропустить и не перепутать.
И вот она перед нами. Надеюсь, она принесет вам пользу, а еще больше надеюсь доставить вам удовольствие этим повествованием о великих воинах.
КНИГА ПЕРВАЯ.
ДНИ УНГАТТ-ТРАННА ИЛИ ДОРОТИ ПОКИДАЕТ ДОМ

1
Одиночество, дух безнадежности нависли над западным берегом дурными предзнаменованиями, бросая отблески на сушу, море и гору Саламандастрон. И никто не ведал, откуда взялось это гнетущее, подавляющее душу настроение.
Бледная луна бросала неровный свет на поверхность моря, пятнала верхушки волн холодным серебром. На берег неумолимой чередой обрушивались волны прибоя, утомленные путешествием от дальних краешков земли. Над линией прибоя порывы ветра несли сухой песок, бросая его на утесы, заставляя каждую песчинку петь свою тонкую песенку, вливающуюся в хор волн темного океана.
В помещении, из которого открывался этот безрадостный вид, лорд Каменная Лапа сидел в большом кресле, чувствуя себя ровесником горы, обитателями которой он управлял. Возраст давал себя знать. Ритуал ежевечернего отхода ко сну и неизбежного подъема по утрам мучительно отзывался в старых костях.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67