ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса

 




Евгений Малинин
Драконья ненависть, или Дело врачей


Драконье горе Ц 3



Евгений Малинин
Драконья ненависть, или Дело врачей

Из пророческих снов
И из визга фанфар
Ты ко мне явись,
Как проклятие слов,
Как полночный кошмар
Ты ко мне явись,
Из зеленых побегов
И из мертвых ветвей
Ты ко мне явись,
Из изнанки победы,
И потерянных дней
Ты ко мне явись,
Как предательство друга
Или помощь врага
Ты ко мне явись,
Как предвестье недуга
Иль проклятье богам
Ты ко мне явись,
Избавленьем от жизни
Пустой и ненужной
Ты ко мне явись,
Моя ненависть!
Ненависть!
Ненависть!
Ненависть!
НЕНАВИСТЬ!
Из сожженной рукописи Фрика «Горючие стихи»

Глава 1

В медицине главное – правильно поставить диагноз:
Заболел – ОРЗ, помер – рак...
Медицинский анекдот времен развитого социализма

– Так что же нам с тобой делать, Сорокин?..
Глаза нашего главного редактора Савелия Петровича грустно и одновременно задумчиво смотрели поверх моего плеча на портрет классика советской литературы Максима Горького, почему-то все еще украшавший главный кабинет редакции нашей газеты.
Савелий Петрович имел давно всем известную привычку – не желая сразу сообщать работнику газеты об уже принятом решении, он задавал какой-нибудь риторический вопрос и принимался изучать портрет Горького. Может быть, поэтому я не слишком заволновался, услышав, что Савелий Петрович не знает, что со мной делать. «Видимо, собирается послать меня в местную командировку „не по профилю...“ – подумалось мне. Однако оказалось, что вопрос главного редактора был совсем не риторическим.
Оторвав взгляд от сурового и в то же время вдохновенного лица классика, главный взглянул в мое лицо и задал следующий вопрос:
– Ну, что ты молчишь?.. Или сам не знаешь, что нам с тобой делать?!
– А... разве надо что-то делать?.. – неуверенно переспросил я. – Мне как-то казалось, что со мной все в порядке... Или вы решили послать меня в институт пластической хирургии... за счет редакции?..
Своим последним вопросом я намекал на вечное: «Ну и рожа у тебя, Сорокин!.. Вылитый бандюган!» – произносимое Савелием Петровичем не реже двух раз в неделю. Однако на этот раз главный не дал сбить себя с выбранной темы.
– Володя!.. – начал он неожиданно проникновенным тоном, и я сразу серьезно испугался. – Володя!.. Тебе скоро тридцать. Возраст, так сказать, зрелости, а какая у тебя зрелость?! За последний год ни одной серьезной публикации, ни одного журналистского расследования, а разве у нас в области нечего расследовать, не о чем писать, не с чем бороться?! Вспомни хотя бы свой очерк о деле старшего лейтенанта Макаронина! Я, признаться, после этой публикации думал, что ты вырос наконец-то из детских штанишек, что стал настоящим серьезным журналистом... А ты?!
– А я?! – грустно повторил я вслед за своим руководителем.
– Ну посмотри, чем ты занимаешься?! – вдруг «возопил» Савелий Петрович. – Организовал какой-то странный клуб со странным названием «Внуки Ильи Муромца», учишь детишек драться. Да ладно бы еще показывал им какое-нибудь там «у-жу» или «так вам до», а ведь вы ходите по общественным местам, размахивая заточенным железом. Ну скажи, неужели это так интересно, дубасить друг друга старыми автомобильными рессорами в городском парке?!
– Это не рессоры!.. – обиделся я. – Это мечи!..
– Вот-вот!.. – немедленно подхватил Савелий Петрович. – Какие могут быть мечи в тридцать-то лет?!
«Какие?! – обиженно подумал я. – Да самые настоящие!..» И тут я вдруг понял, что главный... прав! Моя работа, моя журналистская деятельность, в последнее время как-то потеряла для меня привлекательность. Мне стало неинтересно писать о бытовом насилии, которое было, есть и будет подавляющим видом преступлений, о мелких мошенниках, катающих самые разные наперстки под носом разинувших рты обывателей, о бомжах, лишенных своего жилья расплодившимися «риэлторами». Даже об «акулах» нашего дикого капитализма, о капиталах, нажитых ими на слезах, горе и нищете простых, по-дурацки честных людей, мне писать не хотелось! Потому что вся эта писанина, все эти обличения и расследования абсолютно ничего не давали! Ты кричишь: «Караул, держите вора!!!» – но никто из тех, кому этого вора положено «держать», тебя не слышит... Не желает слышать!
Может быть, поэтому мне в последнее время больше всего нравилось сидеть дома, перебирая камешки, подаренные Мауликом, и вспоминая о Драконьем горе, которое мне удалось утешить, спасая старшего лейтенанта Макаронина, о своих друзьях – каргушах Фоке и Топсе, маркизе Вигурде... О погибшей фее Годене... Крохе. Или же, взяв в руки крошечную книжку в переплете из нефритовых пластинок, медленно листать ее пустые, чистые страницы, отдавшие мне свое знание Искусства, снова и снова вызывать в памяти своего учителя – Фун Ку-цзы, принцессу Шан Те, черного синсина Гварду и, конечно же, Поганца Сю, этого маленького зачарованного «несуразца», неожиданного оказавшегося героем. Вспоминать Драконью алчность, приведшую к ограблению Алмазного фонда России, и свое безумное преследование мага-грабителя в Мире Поднебесной.
Только возня с мальчишками, этими самыми «внуками Ильи Муромца», казалась мне чем-то важным, чем-то не лишенным смысла в нашем обессмыслевшем Мире, тонущем в... Драконьей алчности. Кокон магической энергии, который я перенес из Поднебесной, вполне позволял мне делать кое-какие чудеса, но я пользовался этой возможностью крайне редко и только для...
– А кольчуги?! – прервал мои отвлеченные размышления неожиданный выкрик Савелия Петровича. – Ведь ты заказал на заводе металлоизделий для этих своих... э-э-э... внуков Ильи Муромца настоящие кольчуги! Спрашивается – на какие деньги?!
– Как это «на какие деньги»? – возмутился я. – А самый крупный выигрыш в истории старейшего казино города?!
– Да уж, самый крупный выигрыш!.. – воскликнул Савелий Петрович. – Весь город целый месяц только об этом выигрыше и говорил! Это ж надо – журналист областной газеты, занимающийся криминальной хроникой, обобрал до нитки самое... бандитское казино города!!! А знаешь, что интересовало весь город?!
Я всем своим видом показал, что даже и понятия об этом не имею.
– А то, как тебя с такими деньгами из казино на улицу выпустили!
«Попробовали бы они меня задержать!..» – с внутренней ухмылкой подумал я, с удовольствием вспоминая, какая физиономия была у Батяни Паши – нашего местного авторитета, державшего областной игорный бизнес. Это был как раз тот редкий момент, когда я воспользовался своими... необычными способностями и наукой Нефритовой Книги. Именно эти способности позволили моим ребятам получить настоящие кольчуги, шлемы, мечи, щиты, сапоги, боевые рукавицы, и они стали похожи на самых взаправдашних «внуков Ильи Муромца».
А Савелий Петрович, вдруг успокоившись и вернувшись к привычному неторопливому тону, продолжил свою «воспитательную» беседу:
– ... Самое обидное, что еще полгода назад я подумывал, не назначить ли тебя замзавотделом областной информации!.. Но не могу же я поставить во главе коллектива человека, который сам учится... э-э-э... драться... и учит этому детей!.. Человека, который утверждает, что на свете имеется самое настоящее колдовство и в доказательство показывает какие-то... нелепые фокусы!!! Да-да, я знаю, что ты две недели назад вытворял в моей приемной. Галочка до сих пор в себя прийти не может!..
Галочка – это новая секретарша главного редактора. Она очень молода и ее реакция на самые простые магические штучки весьма... импульсивна!.. Вот уже две недели, как у нее круглеют и загораются глаза, стоит мне только войти в приемную!.. Но... я опять отвлекся...
– В общем, так! – начал закругляться Савелий Петрович. – Пора тебе выбросить всю эту дурь из головы, все эти шлемы-мечи, все эти колдовства-чародейства, и заняться настоящим делом! У тебя ведь серьезная профессия в руках – ты журналист!! Вот и посвяти себя этой профессии, тем более что у тебя к ней талант. И, кстати, есть небезынтересная тема!..
Он взял в руки до половины заполненный машинописным текстом листок, а я с тоской подумал:
«Ну вот и дошли до главного... Как я и думал – задание не по профилю!.. Интересно, вместо кого я буду отдуваться?!»
– Завтра утром в районном центре N-ске состоится интересная... кхм... конференция. Проводит ее, чтоб ты знал, сам Захар Федорович, наш губернатор, а посвящена она обеспечению населения качественным медицинским обслуживанием!
Увидев, что я собираюсь возразить, что у меня на языке вертится, так сказать, нелицеприятный вопрос, Савелий Петрович заторопился:
– Наша «медичка» Светлана Николаевна в отпуске и... э-э-э... за границей, а материал об этой... конференции на первую полосу пойдет!.. Понял?! На первую полосу! Так что у тебя шанс!.. Ступай!..
Я махнул рукой и, встав из гостевого кресла, поплелся к выходу, а главный уже самым добродушным тоном напутствовал меня:
– Выезжай в N-ск сегодня. Начало конференции завтра в девять утра, а тебе до начала еще там кое с кем пообщаться не мешало бы... Тему конференции получше прояснить для себя!
«Вот и разобрались, что со мной делать!..» – подумал я, закрывая за собой дверь кабинета и с тоской глядя на секретаршу, уже округлившую глаза.
– Нет, Галочка, – угрюмо покачал я головой, – сегодня «фокусов» не будет, сегодня я отбываю в... глубинку, освещать медицинские вопросы!..

* * *

Надо сказать, что наш N-ск – захолустье еще то! Теоретически туда можно добраться на автобусе, который отходит дважды в сутки от железнодорожного вокзала строго по расписанию... Если, конечно, не разлилась Хотька – речка местного значения, разливающаяся из-за малейшего ливня и затопляющая автомобильный брод. Впрочем, я сильно подозреваю, что наше областное автобусное начальство объявляло Хотьку разлившейся каждый раз, когда ему светили премиальные за экономию бензина, как ни странно, этот показатель все еще учитывался областной администрацией.
Но в этот раз я был вправе рассчитывать, что автобус до N-ска все-таки пойдет. Во-первых, было начало квартала, так что экономить сейчас бензин было вроде еще рановато, а во-вторых, в N-ске ожидали прибытия самого губернатора, а потому брод должен был быть в порядке!
И мои ожидания оправдались, автобус на N-ск действительно отходил строго по расписанию, в двадцать один ноль-ноль. И места свободные были. Так что я быстренько обосновался около окошечка и через полчаса отличной езды по асфальтовому шоссе республиканского значения, а затем еще двух часов тряски по ухабам значения местного прибыл на центральную площадь районного центра N-ска. Автобус остановился аккурат рядом с ихним двухэтажным Hotel-ем «Сказка Залесья», до эпохи исторического материализма называвшимся Домом колхозника. В этот самый Дом, ставший «Сказкой», мной давно была протоптана тропинка, и меня там всегда принимали очень радушно.
Через двадцать минут я уже занял койку в четырехместном «люксе» этого гостеприимного дома и, поужинав захваченными с собой бутербродами, отошел ко сну.
Проснулся я на следующий день очень рано, так что успел не только позавтракать, но и прогуляться по городу. Совещание областных медиков, или, как высокопарно назвал его Савелий Петрович, «конференция», должно было начаться в девять утра в местном кинотеатре «Голд синема», бывшем городском Доме культуры, бывшем складе местного купчины Заемова, правда, с тех пор слегка перестроенном. Я явился без четверти девять и был беспрепятственно допущен в зал, поскольку моя фамилия была сообщена устроителям данного мероприятия еще две недели назад... Вот вам и «... что же нам с тобой делать, Сорокин!».
Договорившись с фотографом местной районной газетки о снимках с областного мероприятия, я расположился в середине зала и раскрыл захваченный с собой томик Роджера Желязны... Ну в самом деле, не вникать же мне в смысл речей областных медицинских светил с моим-то журналистским образованием, а список выступающих и темы докладов я и так получу в секретариате.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...