ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

VadikV


68
Полина Дашкова: «Никто н
е заплачет»


Полина Дашкова
Никто не заплачет




«Дашкова П.В. Никто не заплачет: Роман»: АСТ /Астрель; М.; 2004
ISBN 5-17-022540-7/5-271-08252-0

Аннотация

Убийство коммерсанта Дениса К
урбатова и пропажа миллиона долларов у представителя русской мафии в Пр
аге неожиданно врываются в жизнь одинокой московской переводчицы Ц Ве
ры Салтыковой. Теперь за ней охотятся бандиты, пытающиеся возвратить ден
ьги. Что это? Просто совпадение или продолжение одной истории?


Полина ДАШКОВА
НИКТО НЕ ЗАПЛАЧЕТ

Глава 1

Утренняя Прага пахла мокрым булыжником и горячей сдобой. В конце мая в го
роде стояла небывалая тропическая жара. К полудню столбик огромного тер
мометра на башне старинной ратуши подскакивал вверх до тридцати шести г
радусов. Наступивший день обещал быть знойным, потным, тяжелым. Но пока бы
ло раннее свежее утро. Улицы городского центра еще не наполнились толпам
и людей и машин, радостно щебетали воробьи, от умытой брусчатки веяло про
хладой.
Полупустой трамвай неторопливо пересек площадь и грохотнул на поворот
е. Мужчина лет тридцати, сидевший на заднем сиденье первого вагона, сильн
о вздрогнул и пробормотал себе под нос по-русски:
Ц Почему?! Ну почему?!
Соседка, пожилая пани с клеенчатой сумкой на коленях, удивленно скосила
глаза. Она увидела вздыбленный ежик темно-русых волос, мягкий курносый п
рофиль, бледную щеку с неприятной трехдневной щетиной.
Молодой человек достал несвежий носовой платок и стал натужно сморкать
ся. Он страдал аллергией на тополиный пух, слизистая носа распухала, глаз
а слезились. Он почти не мог дышать, особенно когда нервничал. А сейчас он
не просто нервничал Ц психовал, сходил с ума. Ему казалось, что шея окамен
ела. Надо было повернуть голову, взглянуть сквозь заднее стекло во второ
й прицепленный вагон. Оттуда, из пустой кабины водителя, на него смотрели
спокойные, немигающие глаза убийцы. Надо было убедиться, что это мираж, бр
ед, последствие бессонной ночи. Надо было всего лишь оглянуться. Но шея ок
аменела.
Ц Пшичка станичка Инвалидовна! Ц сладко зевнув, сообщил в микрофон кон
дуктор.
В детстве, проезжая мимо трамвайной остановки со странным для русского у
ха названием, Денис Курбатов каждый раз усмехался.
Ц Это бабулька, старая-престарая, с клюкой. Инвалидовной зовут, Ц говор
ил Денис брату.
Ц Нет, Ц возражал Антон, Ц это тетка средних лет Ц толстая, косолапая,
злющая.
Они пробирались к выходу, на следующей надо было выходить. По этому маршр
уту два года они ездили в чешскую школу. Особым шиком считалось придержа
ть раздвижные двери и спрыгнуть на брусчатку мостовой в самый последний
момент, когда трамвай уже трогался. Если водитель или кондуктор замечали
такие безобидные детские шалости, они начинали громко ругаться в микроф
он. По-чешски бранные слова звучали смешно и необидно.
Про Инвалидовну они придумывали разные истории, рисовали ее уморительн
ые портреты. Это была одна из их любимых игр. Все свое детство братья Курба
товы, погодки, старший Антонии младший Денис, играли только друг с другом.
Чешские мальчики и девочки сторонились их со странно-взрослой вежливос
тью. Шел 1976 год, но память о советских танках была еще жива. Одноклассники Д
ениса, дети шестьдесят восьмого года рождения, разумеется, ни Ц чего пом
нить не могли. Но брезгливый ужас перед стальными монстрами, прущими с гр
охотом по узким улочкам родного города, эти дети впитали с материнским м
олоком.
Отец, Владимир Николаевич Курбатов, был направлен в Злату Прагу, в сердце
Европы, именно тогда, в 1968-м. Он преподавал марксизм-ленинизм и историю КПС
С в Пражском университете, являлся доктором общественных наук, подполко
вником КГБ. Чешским языком Владимир Николаевич владел свободно, выучил е
го в Институте международных отношений. И сыновей своих отдал не в русск
ую школу при посольстве, а в чешскую Ц во-первых, для того, чтобы как следу
ет знали язык, а во-вторых, чтобы учились одолевать трудности, с детства п
ривыкали к чужой среде. Он готовил мальчиков к дипломатическо-шпионской
карьере и никаких возражений не терпел…
Сквозь толстые трамвайные стекла взгляд убийцы жег Денису Курбатову за
тылок. Струйка холодного пота быстро пробежала под ворот мятой льняной р
убашки. Трамвай остановился, пожилая пани с клеенчатой сумкой спохватил
ась, неуклюже поднялась и направилась к выходу. Краем глаза Денис увидел,
как пани неловко переваливает ногу в растоптанной туфле с высокой трамв
айной ступеньки на мокрую, блестящую брусчатку. Через минуту, когда двер
и стали медленно закрываться, он вскочил со смутной паникой вспоминая де
тскую забаву, раздвинул двери слабыми, дрожащими руками и выпрыгнул на х
оду.
Трамвай тяжело двинулся по рельсам. Водитель и кондуктор хором ругались
ему вслед по-чешски. Он бежал по мокрой улице, мимо открывающихся фруктов
ых и мясных лавок, мимо распахнутых дверей утренних тихих кофеен, мимо те
мно-серого пятиэтажного здания школы, в которой проучился когда-то два г
ода. Он бежал очень быстро, не оглядываясь. Редкие прохожие провожали его
удивленными взглядами.
Он помнил с детства, что где-то здесь, в переулке, неподалеку от школы, межд
у табачным магазином и парикмахерской, должен быть проходной подъезд. Он
даже узнал этот дом, с парадным ходом на улицу, с черным ходом в тихий двор
ик. Но дверь парадного подъезда теперь оказалась стальной, с маленькой к
оробкой домофона. Бессмысленно взглянув на кнопки с цифрами, он сделал н
есколько шагов, уже медленно, почти спокойно.
В открытой двери парикмахерской стояла, прислонившись к косяку, полная д
евушка в сиреневом халатике с чашкой кофе в одной руке и с половинкой под
жаристого роглика в другой.
Ц Прошу, пан, проходите, доброе утро, Ц сказала она по-чешски и ласково у
лыбнулась.
Он шагнул в приторный запах лака и одеколона, рухнул в вертящееся кресло.
Из огромного зеркала на него смотрел чужой, за одну ночь постаревший, оче
нь бледный человек, с черными кругами под глазами, с заросшими, ввалившим
ися щеками.
Пани в халатике быстро доела свой роглик с маслом, одним глотком допила к
офе и возникла в зеркале у Дениса за спиной.
Ц Пана побрить? Стричь не надо? Ц спросила она, быстрыми легкими движен
иями заправляя крахмальную простыню под ворот его рубашки.
Ц Да. Только побрить, Ц ответил он хрипло по-чешски, Ц стричь не надо.
Ц В общем, и нечего пока стричь, Ц улыбнулась пани, прикасаясь прохладн
ыми пальчиками к его вздыбленным, очень густым и коротким волосам, Ц так
ой ежик пану к лицу. Мне нравится, когда у мужчины короткая стрижка. Ц Она
хохотнула и стала взбивать помазком мыльный крем в фарфоровой чашке.
Он немного успокоился. В зеркале отражалось широкое открытое окно. За ок
ном был виден кусок улицы как на ладони. Не поворачивая головы, он мог набл
юдать за прохожими. Вот промелькнул банковский служащий в строгом сером
костюме, молоденькая мамаша в шортиках прокатила прогулочную коляску. У
годовалой девочки на голове была ярко-розовая соломенная шляпка. Потом
не спеша прошел мимо окна старик трубочист в черном цилиндре. Денис вспо
мнил, как нравились ему в детстве эти сказочные пражские трубочисты. В ст
аринном городе много каминов, и трубы чистят все так же, как триста лет наз
ад. Однако сейчас, в конце мая, вряд ли кто-нибудь разжигает камин душными
вечерами…
Трубочист взглянул в окно, кивнул парикмахерше. Она улыбнулась в ответ и
крикнула: «Доброе утро, пан Сташек!»
И тут голова Дениса резко дернулась. Лезвие скользнуло по щеке, оставив н
а коже тонкий глубокий порез. Сквозь белоснежную пену просочилась струй
ка крови. Денис не почувствовал никакой боли, но от вида собственной кров
и на мыльной пене его затошнило.
Ц Ах, простите, пан так неожиданно повернулся, я сейчас… простите, заволн
овалась девушка и стала аккуратно стирать стерильной салфеткой пену с е
го щеки.
Убийца появился сразу, вслед за трубочистом.
Он остановился прямо у окна парикмахерской и закурил, спокойно глядя в з
еркало, на Дениса. Их глаза встретились. Денису показалось, что по молодом
у черноусому лицу скользнула тень усмешки.
«Это убийца, преступник! Ц хотел выдохнуть он в чистое личико девушки, ко
торая осторожно протирала порез на его щеке ваткой с перекисью. Ц Вызыв
айте полицию, срочно!»
Но он не сказал этого. Он не мог оторвать глаз от зеркала. Там, за его спиной
, маячило черноусое лицо и мягко слоился на утреннем солнце дымок сигаре
ты.
Ц Проминто просим, пани, Ц прохрипел он еле слышно, Ц здесь есть где-ни
будь поблизости факс?
Ц Да, очень близко, за углом, на Кленовой улице, офис туристической компа
нии. Оттуда можно недорого отправить факс.
Парикмахерша очень осторожно добрила его щеку, нежно поскребла лезвием
по подбородку, стерла пену с лица.
Ц Пан желает массаж или маникюр? Ц спросила она, промокая его подбородо
к салфеткой с одеколоном.
Лишь на секунду Денис прикрыл глаза, просто моргнул. А когда опять устави
лся в зеркало, убийцы за окном не было. Только слабая струйка дыма поднима
лась от плохо затоптанного окурка.
Ц Нет, спасибо, больше ничего не нужно. Ц Двадцать четыре кроны, Ц немно
го обиженно сообщила девушка.
Ц Простите, где у вас туалет? Ц спросил он, доставая деньги из поясного п
ортмоне.
На этот раз ему повезло. В маленькой кабинке было окно, густо замазанное м
асляной краской. Дернув шпингалет, он перемахнул через низкий подоконни
к и очутился в глухом безлюдном дворике. Сначала ему показалось, что это т
упик, дворик окружен домами с четырех сторон, и выхода нет. Но потом он зам
етил маленькую, заставленную мусорными контейнерами арку.
Он присел на корточки за одним из контейнеров, не чувствуя помойной вони,
стараясь оставаться в тени, оглядел кусок улицы. Ему показалось, что все с
покойно. Черноусый убийца опять потерял его. А может быть, тот парень за ок
ном был просто похож на убийцу? Может, там стоял и курил совсем другой чело
век? Ведь глаза болят и слезятся от аллергии, к тому же бессонная ночь, пер
ежитый ужас… И никто не сверлил ему затылок ледяным взглядом сквозь трам
вайные стекла. Померещилось. На самом деле он оторвался от убийцы еще нес
колько часов назад, на Центральном вокзале. Или все-таки нет?
Денис покинул подворотню и быстро, пружинисто зашагал по тенистой сторо
не узкой улицы. Хотелось есть. Это хороший признак Ц значит, опасность де
йствительно миновала. Он с раннего детства чувствовал опасность живото
м.

* * *

Антон Курбатов нажал кнопку отбоя и тут же опять набрал восьмерку, потом
код Праги. Задребезжали протяжные гудки.
Ц Дениска, ну где тебя черт носит! Ц проговорил он в гудящую трубку, подо
ждал еще немного, полистал толстую записную книжку, закурил.
Он сидел голышом в огромном кожаном кресле. За окном гудел утренний Куту
зовский проспект. Московское майское солнце пробивалось сквозь тяжелы
е шелковые портьеры.
Ц Я же просила тебя не курить в комнате! Ц На пороге появилась высокая х
удая женщина лет сорока в прозрачном пеньюаре. Ц И вообще, кончай звонит
ь в Прагу, мне потом счета придут баксов на сто.
Ц Извини, Ц буркнул Антон, но сигарету не загасил и опять стал набирать
пражский код. На этот раз трубку взяли очень быстро.
Ц Проминто просим, пани, Ц заговорил Антон по-чешски, Ц пан Денис Курба
тов живет у вас в гостинице в тридцать девятом номере. Да, я знаю, как позво
нить в номер. Но там никто не отвечает вторые сутки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

загрузка...