ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Пулеметный огонь, который велся с большого расстояния, был не слишком эффективен против отдельных людей, но зато он мог «прореживать» войска, оказавшиеся на открытой местности. В 1916 году Егер воевал на Сомме. Тогда немецкие пулеметы не то что «прореживали», а просто косили ряды наступавших англичан. В отличие от тех смелых, но глупых англичан, воевавших четверть века назад, партизаны не наступали на опутанные колючей проволокой заграждения, а бежали под прикрытие леса. Они были почти у цели, когда один из несущих «свинцовый ларец» выбросил вперед руки и ничком повалился на землю. Егер находился всего в нескольких метрах. Он подхватил рукоять, выпущенную погибшим. Для своих размеров ящик был неимоверно тяжелым, но не настолько, чтобы его не поднять. Егер вместе с русским партизаном, держащим вторую рукоять, побежали дальше.
Звук опавших листьев, хлюпающих под ногами, был одним из прекраснейших звуков, когда-либо слышанных Егером. Этот звук означал, что они достигли леса. Егер вместе с напарником запетляли меж стволов, пытаясь как можно лучше скрыться.
Позади них танк ящеров продолжал стрелять, но по звуку не ощущалось, чтобы он приближался. Егер повернулся к напарнику.
— Думаю, их танк засосало по пузо, — сказал он.
Егер чувствовал, как в нем нарастает удивительная уверенность. С тех самых пор, как он услышал об этой миссии от подполковника НКВД в Москве, Егер рассматривал ее как самоубийственную. Это не остановило его от участия в ней. Война сплошь состояла из самоубийственных миссий, и если они служат делу, то чаще всего игра стоит свеч. Но сейчас Егер начинал думать, что он действительно может выбраться отсюда живым. И тогда… Ладно, насчет «тогда» он побеспокоится потом. Если у него будет «потом», в котором можно побеспокоиться о «тогда».
Жужжание над головой мгновенно вернуло все его страхи. Зная, что это глупо и опасно, Егер оглянулся через плечо. За те считанные доли секунды, что он смотрел, вертолет значительно приблизился. Сверху застрекотали пулеметы. Да, этой машине грязь нипочем. Она могла парить над оголенными деревьями и поливать нападавших огнем.
Бум, бум, бум! Из-за деревьев по вертолету ударила двухсантиметровая противовоздушная пушка. Имея легкий лафет, созданный для войны в торных условиях, пушка состояла из двадцати семи узлов, переносимых, людьми. Егер сам нес сюда один из таких узлов. Орудие было немецким, и его расчет состоял из немцев. То было одной из причин, почему советские власти решили вместе со своими партизанами включить в этот отряд людей из вермахта.
На какое-то время вертолет ящеров просто повис в воздухе, словно не веря, что партизаны способны на серьезную атаку. Он был защищен от винтовочных пуль, но не от зенитных снарядов.
Вертолет попытался атаковать зенитку, однако было слишком поздно. Пушка продолжала стрелять. Словно тонущий корабль, вертолет накренился на один бок и рухнул вниз.
Лес наполнился ликующими криками бойцов отряда. Макс помахал в воздухе кулаком и заорал:
— Нате-ка вам, суки!..
Следующую тираду, произнесенную на идиш, Егер не понял, но слова Макса звучали словно взрывы. Майор и сам закричал, потом моргнул. Одно дело сражаться бок о бок с евреем — это диктовалось тактическими интересами. Но то, что ты, оказывается, соглашаешься с ним и он, возможно, даже нравится тебе как человек, — это уже совсем другое. Егер решил, что, если останется в живых, потом поразмыслит над этим.
Пробираясь между деревьями, к ним подошел Отто Скорцени. Даже заляпанный грязью, даже в пятнистой маскировочной форме, он ухитрялся выглядеть щеголеватым.
— Дурачье набитое, пошевеливайтесь! — закричал Скорцени. — Если мы сейчас же не уберемся отсюда, потом будет поздно. Думаете, ящеры будут сидеть с поднятыми обрубками хвостов и ждать? Если вы так думаете, вы покойники!
Как обычно, Скорцени будоражил вокруг себя всех. Несомненно, красные партизаны по-прежнему ненавидели его, но кто станет спорить с человеком, который собственными руками уничтожил танк ящеров? Бойцы поспешили в глубь леса.
Тем не менее достаточно скоро Егер вновь услышал в небе рокот приближающихся вертолетов. Он оглянулся и увидел две машины. На этот раз немцы, обслуживавшие зенитку, повели дальний огонь, надеясь побыстрее сбить один из вертолетов, чтобы затем более обстоятельно заняться другом. Зенитчики также надеялись оттянуть стрельбу с вертолетов на себя и уберечь своих спешно уходящих товарищей.
Вертолеты разделились и пошли на заход поодиночке, чтобы атаковать зенитку с противоположных сторон. Егер пожалел, что это не большая восьмидесятивосьмимиллиметровая пушка. Та сшибла бы вертолеты, словно мух. Но такую пушку на себе не унесешь. Она имела ствол длиной почти в семь метров и весила более восьми тонн. Так что придется отдуваться горной зенитке-коротышке.
Один из вертолетов взорвался в воздухе, разбрасывая горящие обломки над деревьями. Другой устремился в атаку. Егер наблюдал, как трассирующие снаряды пушки выгнулись в яростную дугу и затем ударили по второму вертолету.
Неожиданно двухсантиметровая зенитка смолкла. Но вертолета тоже не было слышно. Внушительный грохот, раздавшийся через несколько секунд, объяснил причину. Орудийный расчет честно выполнил свой долг — лучше, чем кто-либо отваживался надеяться, когда разрабатывался план этой операции.
Партизан, который вместе с Егером нес покрытый свинцом ящик, был изможден до предела. Он шатался, спотыкался и ловил ртом воздух, словно готов был свалиться замертво. Егер сердито крикнул ему:
— Пусть вас заменит кого-нибудь, кто в состоянии нести груз, прежде чем вы завалите операцию и нас обоих убьют.
Партизан кивнул в знак благодарности и поставил ящик на землю, оглядываясь в поисках помощи. К ящику поспешил Георг Шульц.
— Герр майор, я разделю с вами ношу, — сказал он, кивком указывая на ящик.
— Нет, дай мне.
Это был Макс, еврейский партизан-сквернослов. Он не был рослым и вряд ли обладал такой же силой, как Шульц, но отличался жилистостью и выносливостью. При всех прочих равных обстоятельствах Егер предпочел бы нести ящик в паре со своим стрелком, однако все прочие обстоятельства не были равными. Успех операции зависел от сотрудничества между уцелевшими немцами и русскими. Если неведомый драгоценный груз понесут два немца, это может заставить красных всерьез задуматься, не пустить ли их в расход.
Все это пронеслось в голове Егера за несколько секунд. Он не мог позволить себе долго раздумывать.
— Пусть понесет еврей, Георг, — сказал он. Шульц бросил разочарованный взгляд, но отступил на несколько шагов назад. Макс взял ящик за рукоять. Вдвоем они двинулись дальше.
Оказавшись рядом с Егером, Макс сердито поглядел на него.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194