ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На этот вопрос она и сама не знала ответа. Но Машку не интересовали подобные «мелочи», она лишь деловито спросила, на какой срок Инга приехала.
- Как получится… Пока на месяц, а там видно будет! Может, на все лето задержусь, а может, и раньше уеду.
- Ишь ты! - присвистнула Маша. - А как же твоя столичная работа? Ведь, если я правильно Вас, москвичей, понимаю, вы просто повернуты на своих должностях и карьерах. В отпуск на все лето вряд ли уходите…
- У меня - свободный график, - Инга ответила с загадочной усмешкой. Машка сейчас, как пить дать, начнет расспрашивать, что же у нее за работа там такая… Но Маша, дабы не ударить лицом в грязь перед столичной подругой, сама обо все «догадалась» и со знанием дела кивнула:
- А-а, понятно… Свой бизнес, да? Салон красоты? Или магазинчик держишь?
- Скорее - «салон красоты», - Инга, развеселившись, засмеялась. Знала бы Машка, чем она на самом деле до некоторых пор занималась!
- Вот что значит - столица… Совсем другая жизнь! Не то, что тут у нас… Я вот торговое училище окончила. И то считаю, что все у меня удачно - с образованием я да при постоянной работе. Устроилась в продуктовый магазин! Хоть круглогодично я работой обеспечена, а то ведь многие у нас лишь летом могут зарабатывать - на курортниках. В сфере обслуживания там, сдавая комнаты или продавая овощи-фрукты со своих огородов. Да что тебе рассказывать! Помнишь, наверное, ты всю эту нашу жизнь! Зато воздух у нас свежий!
- И солнце есть, - Инга с улыбкой поддержала Машку. - И море.
- Ну, давай, рассказывай, рассказывай о себе! Как ты там, в столице, живешь? - Мария с жадным интересом поторопила ее. - И как брат твой? Я знаю лишь то, что вы с Вадимом уехали в Москву в институты поступать, а как дальше ваша жизнь сложилась - не знаю.
- Да неплохо вроде, - Инга ответила со скромной улыбкой. - Вадим в банке работает, ему повышение обещают в скором времени. Я вот на психолога выучилась. У меня небольшая частная практика. Я слишком свободолюбивой оказалась, чтобы ежедневно торчать в офисе с девяти до шести! Или ленивой, - Инга засмеялась и умолчала о том, что до недавнего времени совмещала практику психолога с «ведьминской практикой», как, смеясь, шутил брат.
- О, так ты значит - психолог! А мне про салон красоты пять минут назад заливала! - Маша немного обиделась.
- Ну а чем кабинет психолога не салон красоты? - Инга засмеялась. - Салон душевной красоты. А внутренняя красота и внешне отражается. Так что я тебя не обманула, согласившись с тем, что владею «салоном красоты».
- Резонно, - Мария с улыбкой согласилась и попросила:
- Расскажи мне о Вадьке! Все же моя первая любовь, как никак… Холостует или уже женился?
- Женился - совсем недавно, в конце апреля. Скоро уже и ребенок должен родиться.
- Ох, здорово! Ну, счастья ему и его семье!
Инга улыбнулась и предложила подруге заказать по чашке кофе и по десерту, но та, спохватившись, отказалась:
- Ох, нет уже, Инга! Я совсем о времени забыла! Встретила тебя так неожиданно и заболталась. А у меня сын еще без ужина где-то во дворе бегает с соседскими ребятишками! Пойду искать его и кормить. У меня сын уже взрослый какой! Осенью в школу пойдет!
И, прежде чем уйти, предложила Инге встретиться вечером:
- Мы сегодня с девчонками - моими подругами - маленький междусобойчик устраиваем. Выход, так сказать, в свет. Нас три подруги. Раз-два в неделю вечером мы обязательно собираемся вместе и идем в ресторан или просто прогуливаемся по набережной. Так, трещим о том, о сем, иногда мужикам глазки строим, - Маша кокетливо хохотнула. - В общем, приходи сегодня часам к десяти в ресторан «Морской». Это на набережной, где раньше ресторан «Советский» был, помнишь?
- Помню, - Инга улыбнулась. Город детства продолжал заботливо подкладывать ей нужные пазлы, постепенно воссоздавая знакомую и когда-то оставленную картину ее жизни здесь. Встреча с подругой детства, ресторан «Морской», который раньше был «Советским»… Ностальгия и воспоминания, захлестывающие душу подобно морскому прибою, латали и залечивали раны-прорехи. Для полной картины детства не хватало только соседского сада, в котором черешня всегда казалась крупнее и сочнее…
- Ну, так придешь, а? Я тебя с девчонками познакомлю! Поболтаем о жизни…
Маша настойчиво спросила, и Инга приняла приглашение.
…Со стороны могло показаться, что эти два человека пришли в ресторан, чтобы подобно другим посетителям насладиться хорошей кухней и ленивым, ни к чему не обязывающим разговором за размеренным ужином с шашлыком и терпким вином.
- … Есть новости. Она - в городе.
- Когда приехала?
- Вчера вечером.
- Хм… - мужчина отложил вилку и неторопливо промокнул рот салфеткой. - Почему я узнаю об этом только сейчас, почти сутки спустя?
Второй собеседник виновато опустил глаза и еле слышно пробормотал:
- За этот период не произошло ничего такого, что могло бы…
- Послушай, дорогуша, - мужчина бесцеремонно перебил второго, младшего по возрасту, и раздраженно швырнул салфетку на стол. Наклонившись через стол к своему собеседнику, он с елейными интонациями в голосе зашептал:
- Твоя роль - исполнительный наблюдатель. Увидел - доложил, увидел - доложил. И так далее! А делать выводы, произошло или не произошло «ничего такого» буду я. И только я! Мне нужна точная и своевременная, слышишь, своевременная информация! Это понятно?
Второй человек еле слышно пробормотал слова согласия.
- То-то же… Твоя задача - наблюдать и докладывать мне. О любых даже мало значимых происшествиях или отсутствии оных. И при этом быть тише воды, ниже травы, чтобы ни одна душа даже мысли допустить не посмела о наличие какой-либо слежки. Это ясно? «Проколешься» на чем-либо, сгною.
Мужчина старшего возраста, прошептав угрозы, медово улыбнулся и подозвал крутившегося неподалеку официанта:
- Голубчик, принеси-ка нам по порции пломбира…
Дружеский, почти семейный ужин, да и только…
II
Ингу уже ждали. «…Три девицы под окном пряли поздним вечерком…». Или, верней сказать, «…три девицы за столом ждали поздним вечерком…», - Инга тут же перефразировала классика и мысленно усмехнулась. Судя по застывшему на лицах барышень ожиданию, смешанному со жгучим любопытством, Мария уже успела поведать своим подругам, что к ужину бонусом прилагается знакомство с ее давней приятельницей. Столичной штучкой. Ее и ждали - как столичную штучку - с некоторым ревностным вызовом в любопытных взглядах. Мы, мол, тоже тут не лыком шиты и красотой не обделены…
Маша, увидев Ингу, энергично замахала рукой, а остальные девушки за столом расцвели радушными улыбками. «Вэ-элкам!».
- Добрый вечер! - Инга подошла к столику с лучезарной улыбкой. Три подруги тут же окинули ее с ног до головы быстрыми оценивающими взглядами, какими встречают женщины другую женщину. Взгляд привлекательных самок, ревностно оценивающих привлекательность другой самки.
- Добрый вечер!
- Привет!
- Добрый!
Три подруги тут же охотно откликнулись. Новая самка хоть и была привлекательна, но одета была в слишком уж скромную «шкурку». Легкое разочарование («Как, и это - «столичная штучка? В таком неброском сарафанчике?») во взглядах девушек сменилось легким торжеством: не соперница. По крайней мере, не на этот вечер.
- Девочки, знакомьтесь! Это - Инга, моя подруга детства, которая сейчас живет в Москве, - Маша почти торжественным жестом представила вновь обретенную приятельницу подругам. - А это, Инга, мои подружки. Таисия, или можно - Тая, и Анна.
- Лучше - просто Аня, - одна из девушек скромно улыбнулась.
- Очень приятно, - Инга произнесла полагающиеся в таких случаях слова любезности и присела на свободный стул рядом с Машей.
Ее приняли. Настороженное любопытство, проявившееся в первые минуты встречи во взглядах новых знакомых, исчезло уже после первых бокалов терпкого южного вина, выпитого за знакомство. Южные знакомства завязываются быстро и непринужденно, даже если они предполагают не скоропалительный, пламенеющий страстью роман, а сезонную женскую дружбу.
Они были слишком разными - эти три подруги, начиная внешностью и заканчивая характерами. Легкая на подъем Мария готова была к приключениям и легкому флирту в любую минуту, и эта готовность отражалась и в ее немного легкомысленном наряде, и в озорном блеске в глазах, и чуть более громком, чем требуют приличия, смехе. Но, однако же, ее сильное желание нравиться не выглядело смешным. Мария рискованно балансировала на границе, отделяющей умеренность от излишества, но не оступалась в сторону вульгарности.
Таисия предпочитала более скромную, но подобранную со вкусом одежду и неброский макияж. Среди своих подруг она занимала «золотую середину»: спокойная, рассудительная, не лишенная здоровой иронии. В ней было в меру «правильности», проявлявшейся скорее в виде безобидных подшучиваний над ветреностью Марии и «ханжеством» Анны, чем в поучениях.
И, наконец, Анна. Испуганный серый мышонок или кроткая овечка… Не сказать, что она была так уж некрасива, скорей слишком неприметна. Видимо, ее застенчивость, разросшаяся до глобального комплекса, превратилась в параноидальное желание сделаться невидимой для окружающих: об этом простодушно поведало и длинное старомодное платье синего цвета, и завязанные в скучный хвост тусклые волосы, и отсутствие малейших признаков макияжа на простоватом личике.
Но, не смотря на такую «разность», подруги удивительным образом дополняли друг друга, словно каждая из них являлась лишь третью общей цельной картины. Даже в разговоре они договаривали друг за друга, привнося в общий разговор индивидуальный колорит.
- Ох, девчонки, ка-акой вон мужчина-а! Мама родная, держите меня, - эмоциональная и любвеобильная Мария по-простецки ткнула пальцем в сторону понравившегося мужичка за столиком в противоположном углу ресторана.
- Вот именно, что «мама родная», - спокойная и немного флегматичная Таисия скептически усмехнулась, усмешкой красноречиво вынося вердикт и внешности мужчины, и вкусу подруги.
- Девочки, ну не так же громко! На нас уже смотрят. Ой, он оглянулся! - скромная и пугливая Анечка (почему-то Инге хотелось звать ее именно «Анечкой» - за овечью кротость в светло-карих глазах и смущенный румянец) громко и испуганно шикнула на подруг.
- Оглянулся? - Машка тут же к вящему недовольству Анечки бросила меткий взгляд на облюбованный столик и призывно улыбнулась вмиг подобравшемуся «плейбою» местного разлива.
- Машка, сама потом от него отматываться будешь. Мы - умываем руки, - Таисия тут же с усмешкой предупредила, а Анечка возмущенно покраснела.
- Зануды! - весело припечатала Машка. Инга лишь молча улыбнулась.
Город словно вдыхал в нее новую жизнь - или, точней сказать, давно забытую старую. Ту жизнь, в которой были абрикосы с медовыми капельками сока на месте разлома, нелегально ободранная соседская черешня, связки высушенных морских «бычков», загадочная сезонная популяция курортников, стекающаяся сюда из другой северной жизни, мелкие несерьезные ссоры с братом и следующие за ними серьезные примирения, бабушкина улыбка, когда улыбались не только ее губы, но и глаза, и каждая морщинка на высушенном солнцем и жизнью лице. Эта жизнь, как ей казалось, надежно осталась в далекой стране детства, в которую нельзя купить обратный билет, и путешествовать можно лишь транзитным туристом - с помощью чуть стертых воспоминаний и искажающих действительность снов. И вот сейчас словно ей чудесным образом достался последний билет на самолет, пролетающий над страной детства.
- Инга, а ты замужем? - Таисия задала свой немного беспардонный вопрос с живым женским интересом. Впрочем, в этой атмосфере сезонной курортной дружбы, темного, как южная ночь вина, соленого, пахнущего флиртом ветра и раскаленного любовной страстью песка любые отношения стремительно сходятся на короткую ногу, и вопросы не кажутся беспардонными.
Из всех троих новоиспеченных подруг замужем была только Таисия.
- Нет, - Инга скромно улыбнулась. О-о, знали бы эти ее новые подруги об ее последнем романе, они бы совершенно с другим интересом посмотрели на «столичную штучку».
1 2 3 4 5 6 7

загрузка...