ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



«Пэлем Грэнвил Вудхаус. Билл завоеватель»: Олма-Пресс; 2000
ISBN 5-224-01362-3
Аннотация
Пэлем Грэнвил Вудхаус не нуждается в представлении читателю. У нас его знают в основном как автора «Дживса и Вустера», но и другие его романы, в том числе и предлагаемый читателю «Билл Завоеватель», так же уморительно смешны.

Пэлем Грэнвил ВУДХАУЗ
Билл-завоеватель
Глава I
Стороны договариваются о браке

1
С громким сопением, бессильным выразить всю меру его праведного гнева, сэр Джордж Пайк отложил последний номер «Светских Сплетен» и снял телефонную трубку.
– Редакцию «Сплетен», – бросил он.
В трубке наступило короткое молчание.
– Родерик?
– Он еще не вернулся с перерыва, сэр Джордж, – подобострастно сообщила трубка.
– А, это вы, Пилбем? – Лицо сэра Джорджа смягчилось; Пилбем -достойный юноша, будущая надежда фирмы. – Когда Родерик вернется, передайте, пожалуйста, что я хотел его видеть.
– Непременно, сэр Джордж.
Основатель и владелец издательской корпорации «Мамонт», крупнейшего концерна, снабжающего чтивом наиболее тупую половину Англии, повесил трубку; какое-то время он хмурился, потом схватил карандаш и принялся писать. Весь облик его преобразился, словно по волшебству. Чело разгладилось, исчез яростный блеск в глазах, что-то, отдаленно напоминающее улыбку, тронуло сурово сдвинутые губы. Сэр Джордж склонился над блокнотом, ничего не видя и не слыша.
Особая прелесть такого рода книг, помимо легкости, увлекательности и познавательности – в их способности наделять читателя свойствами бесплотного духа. Он проникает повсюду, видит все. Например, кому другому, пожелай он лицезреть сэра Джорджа Пайка, пришлось бы идти по Флит-стрит, сворачивать вправо на Тилбери-стрит и тащиться до Тилбери-хауза, общаться с мрачным служителем, вручать заполненный бланк с указанием имени и надобности мальчику в блестящих пуговицах; а в итоге, прождав от десяти до сорока минут, он скорее всего удостоится лишь краткой аудиенции у одного из секретарей сэра Джорджа, ибо основатель «Мамонта» кого попало не принимает. Его время бесценно, его самомнение безгранично, его особу оберегают толпы ретивых помощников, чья главная обязанность – внушать случайному посетителю уважение к девизу великого человека: «Пшел прочь! Тебе, ТЕБЕ говорят!» Войско со знаменами не одолеет запретной черты, и даже кабинету министров не сокрушить врат.
Читатель же, незримый и неслышимый, может без стука войти в кабинет на четвертом этаже. Он все еще застанет сэра Джорджа за блокнотом.
Зрелище это, безусловно, повергнет в трепет даже самый пресыщенный ум. Ибо кто скажет, что пишет сейчас властитель душ? Остроумное рассуждение для «Пайковского еженедельника» – «Целоваться ли жениху и невесте?», или передовую для «Ежедневного отчета», или даже сказочку для «Милых крошек»? Однако высказавший эти догадки попадет пальцем в небо. На самом деле сэр Джордж заносит в большой блокнот список имен.
Он уже написал:
Илфракомб
Форшор
Вейнскот
Барраклу
Венслидейл
Криби
Вудшотт
Марлингью и теперь, на наших глазах, добавляет:
Майклхевер
Это последняя фамилия явно особенно ему нравится, потому что он ставит рядом два крестика. Тут вдохновение покидает сэра Джорджа, он отодвигает стул, встает и начинает ходить по комнате.
Сейчас про всякого, кто добился успеха, коренаст и страдает избытком веса, принято говорить, что у него внешность Наполеона. Однако, хоть сравнение и намозолило всем глаза, нельзя не признать, что в облике сэра Джорджа, когда тот мерил шагами свой кабинет, и впрямь было что-то наполеоновское. Обтягивающий солидные телеса жилет и привычка в минуту задумчивости запускать пальцы правой руки между первой и второй пуговицами намекали хотя бы на внешнее сходство с великим корсиканцем, которое еще усиливалось мрачным выражением пухлого, решительного лица. Всякий сказал бы: вот человек, который любит настоять на своем, и в последние двадцать лет жизни ему это, как правило, удается.
Телефонный аппарат на столе негромко пискнул, словно страшась повышать голос в присутствии великого человека.
– Сэр Джордж, к вам миссис Хэммонд.
– Просите ее сюда, просите сюда. Господи, Фрэнси! – воскликнул владелец издательской компании «Мамонт», когда дверь открылась. – С утра тебе звоню, никак не могу застать.
– Как хорошо, что я решила заглянуть, – сказала миссис Хэммонд, усаживаясь. – Что случилось?
Фрэнсис Хэммонд, урожденная Пайк, выглядела женской копией своего преуспевающего брата. У нее не было второго подбородка, но яркие глаза так же властно смотрели из-под нависших бровей, а широкий лоб отливал таким же румянцем. Глядя на нее, сэр Джордж вновь ощутил тот трепет восхищения, который всегда охватывал его при виде сестры.
– Зачем ты хотел меня видеть? – спросила миссис Хэммонд.
Сэр Джордж набрал в грудь воздуха.
Он приготовил грандиозную новость, и драматическое чутье подсказывало: выпалив ее просто так, загубишь весь эффект. Однако ликование взяло верх над чувством драматического.
– Фрэнси, сестренка! – вскричал он. – Вообрази! Меня делают пэром!
Фрэнсис Хэммонд не так легко изумить, но эти слова совершили чудо. Целых десять секунд она сидела, разинув рот и вытаращив глаза, а сэр Джордж, краснея и только что не хихикая, смущенно одергивал алый вязаный жилет -знаменитый Пайковский жилет, одну из достопримечательностей Лондона.
– Пэром!
– Письмо на столе. Пришло сегодня утром.
– Джорджи!
Миссис Хэммонд вскочила и с чувством расцеловала брата. В ее начальственных глазах блестели слезы.
– Я знал, ты обрадуешься.
– Я горжусь тобой, Джордж, дорогой! Достойный венец твоей блистательной карьеры!
– А кто помог мне сделать карьеру? А?
– Я старалась по мере сил, – скромно отвечала миссис Хэммонд, – но конечно, только ты сам…
Сэр Джордж хлопнул кулаком по столу, угодил ребром ладони в край железной мусорной корзинки и тут же раскаялся в своей горячности. Прежде чем снова заговорить, он пососал руку.
– Ты стояла у истоков дела, – произнес он с жаром, когда боль немного унялась. – Без тебя я бы ничего добился. Кто предложил конкурс: «Угадай, сколько булавок в шляпе у премьер-министра?», когда «Еженедельник Пайка» дышал на ладан? С того дня «Еженедельник» неуклонно шел в гору. А ведь на нем я и сделал свое состояние. По сути дела, мы с самого начала работали в паре. Я был двигателем, ты – мозгом. Не знаю, чье суждение я поставил бы выше твоего, Фрэнси.
Миссис Хэммонд расцвела.
– Ах, Джорджи, я только рада, что мне удалось стать твоей Эгерией.
– Кем, кем? – опешил сэр Джордж.
– Эгерией звали нимфу, которая вдохновляла римского царя Нуму Помпилия. Во всяком случае, так говорит Синклер.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62