ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


А.С.Панарин
УЧЕБНИК
•ПРОСПЕКТ»
ББК 87.Я 93
А. С. Панарин
Политология. Учебник.— М: «Проспект», 1997.— 408 с.
ISBN-5-7896-0006-9
Учебник предназначен для студентов и аспирантов вузов, изучающих
политологию, а также для всех интересующихся современной политической
теорией.
А. С. Панарин
Политология. Учебник
Лицензия ЛР № 064869 от 09.12.96 г.
Подписано в печать 26.12.96. Формат 60х90'/1б. Печать офсетная.
Бумага офсетная. Печ. л. 25,5. Тираж 10000 экз. Заказ 6118.
ООО «Издательская группа ПРОСПЕКТ»
125047, Москва, ул. Чаянова, 8/26.
Отпечатано с готовых диапозитивов на Смоленском полиграфическом
комбинате Комитета Российской Федерации по печати.
214020, г. Смоленск, ул. Смольянинова, 1.
ISBN-5-7896-0006-9
© А. С. Панарин, 1997
ВВЕДЕНИЕ
(О предмете и методе политической науки)
Главный парадокс политики состоит в том, что, с одной стороны,
она существует с тех пор, как сложилась публичная власть и общество
разделилось на управляющих и управляемых, но, с другой стороны, по-
литическая жизнь в современном смысле слова возникает лишь в демо-
кратическом обществе, признающем несовпадение групповых интересов
и допускающем их соревнование в форме политического соперничества.
В традиционных обществах (как и в современных тоталитарных режи-
мах) нет политической жизни как процесса, в ходе которого определя-
ются носители власти - они там заранее известны.
О политике можно сказать то же самое, что Ф.Хайек сказал о ры-
ночной конкуренции: она есть процедура открытия таких факторов,
которые было бы невозможно открыть по-иному, ибо они носят непре-
допределенный характер. Вот ключевое понятие современного полити-
ческого процесса - непредопределенность результата.
Таким образом, специфика политики открывается с позиции теории
игр. Участие в политической игре, как и в любой другой, имеет смысл
лишь постольку, поскольку ее результаты не предопределены и, следо-
вательно, каждый из игроков имеет свой шанс. Если это условие нару-
шается, то мы можем констатировать, что нормальная политическая
жизнь отсутствует. Все мы помним коммунистические "выборы" на
безальтернативной основе - к нормальному политическому процессу
они отношения не имеют. Не дает гарантий и многопартийность, если
она представлена так, что "руководящую партию" окружают партии-
сателлиты.
Итак, можно дать первое определение политики: она есть форма
рисковой деятельности, в ходе которой участники оспаривают друг у
друга возможность определять характер и поведение власти. Решающим
здесь является принцип неопределенности, отраженный в понятии рис-
ка. Уже это понятие выводит современную политическую науку за пре-
делы классического детерминизма, формулирующего свои "непре-
ложные закономерности" и предопределенные финалы.
В частности, марксистская методология исключает политическое ви-
дение именно потому, что ориентируется на заранее известных победи-
телей (класс - гегемон, партия - авангард).
Но игру делает интересной не только относительное равенство шан-
сов, но и характер ставок. Если ставки никого не интересуют, игра не
привлечет по-настоящему интересных участников. Только тогда, когда
политика рассматривается как процесс, в ходе которого в самом деле
1* 3
решаются жизненно важные вопросы, она провоцирует общественные
страсти и привлекает яркие характеры. И здесь мы сталкиваемся с еще
одним парадоксом политики. Люди, твердо стоящие на ногах, решают
свои повседневные проблемы вне политики. Собственно, именно это
отражается в знаменитых принципах классического либерализма: laissez
faire, невмешательство государства в повседневную жизнь граждан.
"Политический человек" отличается от "экономического человека" ли-
беральной классики своей склонностью перемещать решение социаль-
ных проблем из сферы гражданского общества в сферу государства.
Классика в сущности предполагает, что граждански респектабель-
ный образ жизни - это неполитический образ жизни. Уважающие себя
люди не возлагают своих надежд на государство: они решают свои про-
блемы самостоятельно. Здесь необходимо обсудить еще один постулат
либеральной классики: о "естественном человеке" и "естественном со-
стоянии". Просветители XVIII в. склонны были отождествлять граждан-
ское состояние с естественным состоянием. Главную проблему они ви-
дели в том, чтобы устранить "искусственные" феодальные учреждения,
сковывающие свободу "естественного человека" ("разумного эгоиста").
Этот просветительский предрассудок дожил до наших дней. Наши ре-
форматоры с подачи своих западных учителей тоже отождествляли
"экономического человека" с "естественным" и потому надеялись, что
как только будут убраны "искусственные преграды" тоталитарного по-
рядка, само собой возникнет гражданское состояние со всеми его атри-
бутами - рынком, отношениями партнерства и т.п.
Вскоре последовало горькое разочарование: тотальное отступление
государства как общественного регулятора открыло дорогу не отноше-
ниям партнерства, а отношениям едва ли не тотального грабежа, обмана
и насилия.
И дело вовсе не в том, что такова специфика российского населе-
ния, отвыкшего от гражданской саморегуляции и самодеятельности.
Современные аналитики, внимательно изучающие условия экономиче-
ского старта на Западе, установили, что рыночные отношения основаны
не на естественном состоянии, а на правовом. Только право усмиряет
экспроприаторские поползновения "сильных" и ставит их в ситуацию,
когда заполучить желаемую "потребительскую стоимость" они могут
только вступив в отношения партнерского обмена с другими. Таким
образом, в правовом состоянии сила больше не приносит дивидендов.
Ценности и установки гражданского партнерства не даются от рождения
и не входят в генетическую программу естественного "разумного эгоиз-
ма", а вытекают из опыта правового состояния, обесценивающего голую
силу. В свете этого мы вынуждены по-новому взглянуть на политиче-
скую сферу: она не является исключительным прибежищем неудачни-
4
ков, не способных существовать по нормам партнерского обмена и по-
тому обращающихся к власти за покровительством; она является при-
бежищем всех, уберегая общество от стихии насилия. Следовательно,
либеральный принцип "государство-минимум" нуждается в уточняющей
интерпретации: для поддержания нормальных партнерских отношений
требуется правовая неусыпность государства, предотвращающего нару-
шения правил игры.
Если снова прибегнуть к аналогии с игрой, то вырисовывается образ
государства как судьи, которому категорически запрещено вмешиваться
в пользу одной из команд, но столь же категорически вменяется в обя-
занности неукоснительно следить за тем, чтобы не было нарушения
правил.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156