ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ      ТОП лучших авторов Либока

Тысячи афоризмов здесь и тут
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Уоррен Роберт Пенн

Память половодья


 

Память половодья - Уоррен Роберт Пенн
Память половодья - это книга, написанная автором, которого зовут Уоррен Роберт Пенн. В библиотеке LibOk вы можете без регистрации и без СМС скачать бесплатно ZIP-архив этой книги, в котором она находится в формате ТХТ (RTF) или FB2 (EPUB или PDF). Кроме того, текст данной электронной книги Память половодья можно комфортно и без регистрации прочитать онлайн прямо на нашем сайте.

Размер архива для скачивания с книгой Память половодья равен 5.83 KB

Память половодья - Уоррен Роберт Пенн - скачать бесплатно электронную книгу, без регистрации


Уоррен Роберт Пенн
Память половодья
РОБЕРТ ПЕНН УОРРЕН
Память половодья
Перевод Г. Дашевского
До того высохшей, до того блеклой казалась она, проходя по улице, что при встречах мальчик с трудом признавал в ней героиню тех вечно неконченных повестей, которые складывались из перешептываний приходивших к его матери дам. Как это у них говорилось? Говорилось так: Ни стыда, ни совести, жить здесь как ни в чем не бывало. Она его не любила. Зачем ей понадобилось за него выходить? Зачем все прочее ей понадобилось? Она его не любила - десять лет как умер, и хоть бы цветочек на могилу. Вот увидите - и у дочки кровь скажется. Говорилось так: Хоть бы цветочек. При встречах на улице он вспоминал то, что говорилось. Высохшая, она была похожа на ту солому и сор, которые памятью давно спавшего половодья невинно ютятся в ветвях пойменных платанов - будто живая отметка былого разлива страстей в городке.
Высохшая, но мальчик все-таки верил в историю о ней и гадал, не надеясь узнать, о ее деталях - ведь имелся и более убедительный, чем идущая по улице миссис Бомонт, залог ее истинности. Залогом была девушка. Торопясь зимним вечером в бакалею, быстрыми ровными шажками рассекая холодный воздух; летом в гурьбе подруг плетясь за мороженым в аптеку; или летом, зимой ли идя на почту с письмом в руке.
На руке, сжимавшей белый прямоугольник, не было перчатки; по крайней мере, никогда не было в его воспоминаниях. На бумаге одиноким пятном краснела марка. Когда она плечом распахивала дверь почты, по-детски спадавшие на шею темные локоны вздрагивали. Хоть и ни разу не оказавшись рядом, когда она вверяла письмо прорези, он словно сам это видел: легкое движение пальцев - и письмо, ею самой, наверно, написанное, отправляется в путь к кому-то, кого он никогда не узнает; звякает ящик.
У нее в пальцах письмо было ее частью, ее продолжением. Когда оно ныряло в черную полость, когда за ним звякала крышка, записанные чувства от нее отделялись, теперь связанные с нею лишь подписью - эту подпись он ясно представлял по отчетливым, с левым наклоном буквам "Элен Бомонт" на ее тетрадях и учебниках. Письмо с подписью "Элен" ей уже не принадлежало; оно принадлежало миру, чуть ли не кому угодно, тому, кого он никогда не узнает. Кому угодно, только не ему. В его памяти тем не менее она всегда несла на почту письмо, а не сидела, например, на уроке, где он с тех пор, как перескочил через класс, видел ее чуть не ежедневно.
- Элен Бомонт, - говорил мистер Гриффин, постукивая мелом по чертежу из прямых и треугольников на доске, - не скажете ли вы, почему эти два треугольника пропорциональны?
Пальцы мистера Гриффина вертели мел, постукивали по доске. Это был молодой человек, очень высокий, подносивший ко рту, когда сконфуженно и виновато кашлял, костлявую руку. Он старался заработать, чтобы вернуться в колледж или, если получится, переехать на Запад. Иногда, по вечерам, мальчик с приятелем заходили к мистеру Гриффину в его комнату в пансионе. На столе под зеленой лампой рядом с учебником геометрии и "Галльскими войнами" Цезаря были навалены бумаги. Мистер Гриффин рассказывал о Теннессийском университете. На блоках у стены висели старые атлетические гири. Он показывал, как с ними упражняться. Мальчики смотрели, как он сосредоточенно двигает рукоятки взад-вперед раз-два, раз-два-три. Крылья его большого заостренного носа подергивались в такт счету, на лбу выступал мелкий, почти невидимый пот. "Я вам голоски-то сломаю, - говорил мистер Гриффин. - Я из вас сделаю мужчин". И, глубоко вдохнув, тянул на себя рукояти.
- Элен Бомонт, - говорил мистер Гриффин, - так что вы нам скажете?
Она смотрела на него, на вертящийся в пальцах мел, словно укоряя существо из прямых линий и холодных углов за вторжение в иной мир, где все линии томно изогнуты в сторону какого-то цветения, которого ему никогда не понять.
- Не знаете, - произносил мистер Гриффин раздраженным тоном.
- Не знаю, - говорила она.
Так повторялось из раза в раз. Когда мистер Гриффин ее спрашивал, мальчик смотрел не на нее, а в окно, поверх полей, на зимний дождь, сеявший с высоты на размокшие стебли кукурузы. На горизонте за полями виднелся лес - размытая, без объема и глубины, полоска, такая же далекая, как небо, серое и беззвучное, будто провисшая кожа барабана. Под черневшими вдали ветвями, ступая по набухшему лиственному настилу, можно было бы пройти совершенно бесшумно.
Так повторялось из раза в раз. На вопрос отвечал кто-нибудь другой. Все к этому привыкли - она была известная тупица. Если мистер Гриффин обращался к нему: "Ну а вы, Стив Адамс, можете нам ответить?" - он отвечал. Но однажды, уже открыв рот для ответа, он встретил ее взгляд, спокойный и насмешливый. "Я не знаю", - сказал он.
Пузатая печка круглый день краснела от жара. Окна запотевали, буквы учебников таяли в полутьме. На большой перемене старшеклассницы ели завтраки, усевшись у печки. От жара щеки румянились, в голосах слышалось возбуждение. Стив иногда съедал завтрак за партой - он ел сосредоточенно, после каждого откуса разглядывая выгрызенное в хлебе полукружье. Он слышал девические голоса и обдумывал какую-нибудь из фраз так же сосредоточенно, как рассматривал след зубов на хлебе. Слышал голос Элен Бомонт: "...а я Фрэнку говорю: "Мне это безразлично". Тщательно сминал замасленную бумагу.
- Стив, - окликнула его Сибил Барнс, - хочешь торта? - Худая, смуглая, она становилась злой и недовольной, когда делала что-нибудь приятное, точно стыдясь, что поддается такой пошлой слабости. - Бери, - сказала она резко, хороший, шоколадный.
Он подошел и, протянув руку за тортом, правой оперся на ее парту.
- Господи, - сказала она, - какая у тебя гадкая бородавка.
Левая рука застыла на полпути, он посмотрел на свою распластанную по парте кисть. Бородавка, толстая, в коросте, мерзко торчала у ногтя на указательном пальце. Он медленно подогнул палец, пряча ноготь в укрытие ладони, оставив на виду только сустав - тупой, как обрубок на руке Люка Смита, работавшего на отцовской лесопилке.
- Покажи, - приказала Сибил.
- Пустяки, - ответил он.
Она осторожно взяла палец.
- Такую не сведешь, - сказала она.
- Пустяки, - повторил он.
Он выдернул руку и вернулся за свою парту. От шоколада стало сухо, горько. Он слышал голоса, голос Элен Бомонт: "...а я Фрэнку говорю: "Мне это безразлично".
Этим вечером, голый, он встал перед умывальным зеркалом и поднял руку к груди. Рука в зеркале на фоне белой кожи была серой и скрюченной, будто огромный паук, бородавка - чудовищной. Лицо в зеркало не попадало. Он быстро натянул ночную рубашку, присел на изразцы перед камином и уставился на разваливающиеся золотые угли. Из соседней комнаты донесся голос матери.
- Ложись спать, сынок, - сказал голос.
Круглый день жарко пылала печка. Оконницы слезились, будто от тающего инея, скрывая поля в стеблях прошлогодней кукурузы. К трем часам накал печного корпуса слабел, по нему расползалась, проступая сквозь меркнущую красноту, дремотная серость железа. На железе проступали застарелые плевки, налипшая апельсинная мякоть. Минутная стрелка судорожно ползла вверх, и в мертвой тишине между фразами мистера Гриффина класс заполняло тиканье часов, отсчитывавших свою несомненность.
В три выходили во двор: сперва дети помладше гуськом за учителями, потом, вразброд, старшеклассники. Старшеклассницы, стесняясь носить ботики, боязливо пробирались между луж, будто курицы по скотному двору. Мальчики вязли в лысом хлюпающем дерне; когда бывало морозно и ясно, они громко топали по мерзлому грунту, окликая друг друга пустыми и пронзительными, как у ржанки, голосами.
Было морозно, ясно, и мальчики окликали друг друга, когда большой новый "гудзон" в первый раз поднялся по склону, точно гравием хрустя и плюясь наледью, намерзшей в колеях. Он остановился на углу школьного двора. Фрэнк Барбер опустил стекло и высунул голову, приоткрыв рот в улыбке, похожей на ломкий, неверный ледок. В восемнадцатом году Фрэнк Барбер с армией побывал во Франции, а теперь служил детективом на железной дороге - но говорили, что свою самую большую в городе машину он вряд ли купил на жалованье.

Память половодья - Уоррен Роберт Пенн - читать бесплатно электронную книгу онлайн


Полагаем, что книга Память половодья автора Уоррен Роберт Пенн придется вам по вкусу!
Если так выйдет, то можете порекомендовать книгу Память половодья своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Уоррен Роберт Пенн - Память половодья.
Возможно, что после прочтения книги Память половодья вы захотите почитать и другие бесплатные книги Уоррен Роберт Пенн.
Если вы хотите узнать больше о книге Память половодья, то воспользуйтесь любой поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Уоррен Роберт Пенн, написавшего книгу Память половодья, на данном сайте нет.
Отзывы и коментарии к книге Память половодья на нашем сайте не предусмотрены. Также книге Память половодья на Либоке нельзя проставить оценку.
Ключевые слова страницы: Память половодья; Уоррен Роберт Пенн, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно.
загрузка...