ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

А ее строительство, включая оборудование и оснастку бронированного подземного бункера, выполняющего одновременно роль бомбоубежища и места конфиденциальных встреч с доверенными лицами, обошлось хозяину усадьбы в десять миллионов долларов – для жителей провинции, где средний годовой доход взрослого мужчины составляет около трехсот долларов, совершенно невиданную сумму.
– Как я догадываюсь, это не единственное твое жилище? – продолжал ехидничать Омар.
Абу Умар утвердительно кивнул.
– Есть еще усадьбы в Судане и Катаре, дом в Йемене, но... – Абу Умар внезапно замолчал и, тяжело вздохнув, добавил: – Всего этого я могу в одночасье лишиться, если членам совета станут известны некоторые факты из моей биографии.
Омар опешил. Он никогда не идеализировал отца, но тысячи и тысячи рядовых членов «Аль-Каиды» считали его новым пророком, глашатаем воли Аллаха, почти что богом. И вдруг оказалось, что святейший шейх Абу Умар боится, причем не израильтян или американцев – заклятых врагов всех мусульман, по его собственному утверждению, а своих соратников.
– О чем ты говоришь, отец?!
Абу Умар горько вздохнул.
– Когда мы сражались против русских в Афганистане, нам постоянно требовалось оружие, много оружия. Чтобы иметь его, мне пришлось пойти на сотрудничество с американцами. Да, на сотрудничество! – повысил голос духовный лидер «Аль-Каиды», заметив, как при его последних словах изумленно вытянулось лицо сына. – Иначе мы никогда не получили бы их «стингеры», позволившие нам сбивать русские самолеты! Это была вынужденная сделка, но члены совета не потерпят никаких оправданий. Любое сотрудничество с врагом для них равносильно предательству.
Омар понимающе кивнул. В организации немало претендентов на место отца. И прошлое сотрудничество шейха Абу Умара с американцами – прекрасный повод, чтобы раз и навсегда избавиться от него. Но раз уж ему столько времени удавалось хранить эту тайну...
– Прошло уже столько лет, – осторожно заметил Омар. – И если члены совета за все это время так и не узнали о твоей бывшей связи с американцами, то какие у тебя основания предполагать, что им все же станет известно об этом?
Абу Умар пристально взглянул в глаза сына. Ему внезапно показалось, что Омар знает о его контактах с американцами куда больше того, чем он сам ему сообщил. Если бы его связь с ЦРУ ограничивалась временем войны с русскими шурави в Афганистане, он бы не опасался разоблачения. В конце концов, он мог и не знать, что Фил Уотерс, поставлявший американское оружие в его отряд, является кадровым сотрудником ЦРУ. Если бы... Но жизнь не имеет сослагательных наклонений. И его отношения с Уотерсом не закончились после вывода из Афганистана советских войск. Оказалось, что американскую разведку весьма интересует ситуация в среднеазиатских республиках бывшего СССР. В обмен на эту и другую информацию Уотерс закрыл глаза на имевшие место, с точки зрения американцев, нарушения прав человека при режиме талибов, потом прикрыл пару сомнительных, опять же с точки зрения американского законодательства, финансовых операций, потом... В общем, до определенного момента отношения с Уотерсом были весьма полезны. Когда же их выгода перестала компенсировать очевидный риск каждодневного разоблачения, Абу Умар разорвал всякие контакты с американцем. Но вряд ли сам Уотерс согласился с таким решением и в качестве наказания за проявленную строптивость вполне мог сдать своего бывшего конфидента его соратникам. Абу Умар хорошо помнил, что за время своих контактов с Уотерсом не подписал ни одного документа. Но американец знает такие подробности его двойной жизни, что при желании может легко доказать его связь с ЦРУ.
– Не забывай, что эта информация может уйти от самих американцев. Точнее, от того человека, через которого осуществлялись все мои контакты с ними, – ответил Абу Умар на вопрос Омара.
– Значит, нужно раз и навсегда заткнуть ему рот! – после недолгой паузы твердо произнес Омар. – Ты знаешь, где он находится?
Абу Умар утвердительно кивнул.
– Сейчас он резидент ЦРУ в Москве.
– В Москве? – брови Омара изумленно поползли вверх.
– Да, – подтвердил Абу Умар. – Его зовут Фил Уотерс. В Москве он работает под прикрытием американского атташе по культуре. Я долго искал его через своих людей и вот, наконец, нашел. То, что ты предлагаешь, надо сделать сейчас, пока он не уехал из Москвы. Иначе мы опять потеряем его. Среди наших братьев, которые вместе с чеченцами сражаются на Кавказе против русских, у меня есть надежные и проверенные люди. Все они бесстрашные бойцы, но им самим не справиться со столь сложной задачей. Поэтому я прошу тебя сделать это. Никому другому я не могу это поручить. Ты прекрасно владеешь русским языком. А на нашей недавней встрече в Бейруте ты показал себя не только стратегом, но и отличным воином, когда обнаружил русских шпионов и уничтожил одного из них. – Видя, что сын медлит с ответом, Абу Умар поспешил добавить: – Если американец выдаст меня, пострадаю не только я. Лишившись моей поддержки, ты никогда не войдешь в совет и не сможешь стать во главе организации. Так что это и в твоих интересах, чтобы американец замолчал навсегда.
Тревожные мысли вихрем пронеслись в голове Омара. Москва – не Бейрут. Похитить там американского дипломата, даже не дипломата – профессионального разведчика, а именно это предлагает отец, совсем не то же самое, что загнать двух русских нелегалов в лабиринте улиц ливанской столицы. Такая операция потребует серьезнейшей подготовки. Не говоря уже об опасности, связанной с ее проведением. Но остаться без поддержки отца еще опаснее. Если это произойдет, что бы он ни делал, он на всю жизнь останется сыном предателя и никогда не поднимется до руководства организации. Отец прав: американец – их общий враг, а враг должен быть уничтожен.
Омар решительно расправил плечи.
– Ты можешь рассчитывать на меня, отец.
Губы сидящего на ковре лидера «Аль-Каиды» растянулись в непривычную для него улыбку, обнажив крупные редкие зубы. Зная авантюрный характер своего старшего сына, Абу Умар надеялся, что Омар примет его предложение, иначе никогда не завел бы с ним весьма опасного для себя разговора. Но все-таки вероятность отказа существовала. Своим ответом Омар окончательно развеял ее.
Шейх поднялся и, подойдя к Омару, крепко обнял его.
– Да поможет тебе Аллах!

Глава 3
ПЛЮРАЛИЗМ МНЕНИЙ

Первым делом, приехав в Ясенево, Вероника взялась за составление запроса. К десяти часам он уже был готов. Вероника быстро напечатала на компьютере шапку письма, поставила под текстом запроса свою персональную электронную подпись и по внутренней сети отослала письмо в информационно-аналитический отдел. Конечно, лучше было бы подписать письмо у начальника сектора – запрос рядового сотрудника аналитики будут обрабатывать несколько дней, – но тогда это уже не будет ее самостоятельная работа. А она должна доказать всем, и прежде всего этому надменному полковнику из ФСБ, что способна сама, без чьей-либо посторонней помощи, добиться результата. С каким превосходством смотрел он на нее в кабинете своего шефа! И потом это его совершенно неуместное предложение выпить кофе! Почему все мужчины, с которыми приходится работать, воспринимают ее как наивную, недалекую девушку, которую нужно постоянно опекать? Только Владимир оценил ее по достоинству. Вспомнив о своем погибшем в Бейруте наставнике, спасшем ее от террористов ценой собственной жизни, Вероника всхлипнула и закусила губу, чтобы, чего доброго, не разрыдаться в собственном служебном кабинете. После гибели Владимира их общий кабинет, где они почти полгода просидели напротив друг друга, казался Веронике холодным и неуютным. А ведь прежде она каждое утро с радостью спешила на службу, потому что знала, что увидит там его. Больше этого никогда не будет. Владимир никогда не зайдет в эту дверь, не усядется на край своего стола и не взглянет на нее так, как мог смотреть только он. А этот Егоров, что он может знать о Владимире, а еще лезет со словами утешения. Лучше бы занялся своим прямым делом.
Разговор с Егоровым в его кабинете зародил у Вероники серьезные сомнения в его аналитических способностях. Может быть, он и хороший оперативник, как его охарактеризовал начальник управления, но он мыслит старыми категориями. В молодости гонялся за Абу Умаром по всему Афганистану, так и не поймал и теперь считает, что престарелый лидер «Аль-Каиды» представляет собой чуть ли не главную опасность. В его представлении террористы – это обвешанные взрывчаткой малограмотные моджахеды, одурманенные исламистами, вроде того же Абу Умара. Может быть, чеченские боевики и воюющие на их стороне арабские наемники, с которыми приходится сталкиваться Егорову и его коллегам-фээсбэшникам, именно такие, но лидеры «Аль-Каиды» уже давно освоили компьютерные технологии и взяли их на вооружение. А Егоров до вчерашнего разговора наверняка и не слышал про такое явление, как компьютерный терроризм. Но с материалами аналитического отдела она заставит его по-иному взглянуть на эту проблему, а заодно и изменить его отношение к себе. Впрочем, чтобы изменить отношение Егорова одних материалов аналитического отдела будет явно недостаточно. Ничего, она докажет этому надменному полковнику, что и сама способна добывать информацию.
Открыв сейф, не выкрашенный масляной краской неподъемный сундук, как в кабинете Егорова, а хромированный изящный стальной пенал, органично вписывающийся в современный интерьер кабинета, Вероника достала оттуда похожую на записную книжку кожаную визитницу. Сейф, правда, был маловместительным и, как однажды заметил Владимир, не особенно надежным. Но какие ей там хранить материалы, особенно после того, как СВР перешла на электронный документооборот.
Перелистав визитницу, Вероника отыскала там нужную визитную карточку и набрала отпечатанный на глянцевом прямоугольнике телефонный номер. После четвертого гудка в трубке раздался уверенный женский голос:
– Программа «Актуальная тема», приемная Максима Астахова.
Какая-нибудь пышногрудая блондинка с ногами от ушей. Астахов всегда любил окружать себя именно такими. Впрочем, он был падок не только на блондинок.
Сдержав готовую сорваться с губ презрительную усмешку, Вероника ответила:
– Я хотела бы переговорить с Максимом Леонидовичем.
– Кто его спрашивает? – надменно поинтересовалась принимающая звонки девица.
Действительно, кто? Не скажешь же: из Службы внешней разведки, а прошлая легенда безнадежно устарела.
– Это Вероника Богданова, – после секундной паузы сказала Вероника. В конце концов, Астахов должен ее помнить.
– Максима Леонидовича нет на месте. Что ему передать? – последовал дежурный вопрос секретарши.
– Ничего не нужно. Я сама ему перезвоню, – с достоинством ответила Вероника. Надменной секретарше и невдомек, что Астахов оставил ей номер своего сотового.
Но едва Вероника положила трубку, как ее охватило беспокойство. За два года номер мобильного телефона Астахова мог и измениться. С волнением она принялась набирать на аппарате цифры, от руки добавленные Астаховым на свою визитную карточку. Но когда оставалось набрать последнюю цифру, Веронику внезапно прошиб озноб. Что она делает?! Ведь номер ее рабочего телефона останется в памяти аппарата Астахова! А если тот выяснит, что этот номер закреплен за СВР?! Вся ее легенда лопнет, как мыльный пузырь. Хуже того, из-за своей тяги к сенсационным разоблачениям Астахов может «ославить» ее на всю страну в одной из своих очередных передач. Да еще наверняка добавит что-нибудь от себя про их отношения! Веронику буквально передернуло от этой мысли, и она поспешно бросила трубку на рычаг. Сделав несколько глубоких вдохов, по методу Владимира, чтобы успокоиться, она раскрыла сумочку и достала оттуда собственный мобильный.
Ждать пришлось не меньше трех или четырех минут, Вероника уже собиралась отключиться, когда в трубке наконец раздался заспанный голос Максима Астахова:

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2 3 4 5 6 7 8

загрузка...