ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Вот то-то и оно, что не обо всех. Ох, чувствую, зря я связался с Гришаней. Подведет он меня под монастырь.
– Раньше надо было думать.
– Век живи – век учись. Погоди-ка, Игнат, потом позвонишь своей ненаглядной.
Константин снова снял трубку, набрал номер сотового телефона Семенкова.
– Владимир Иванович, не спишь еще? Вот и хорошо. У меня к тебе просьба. Завтра с утра подними все, что у нас есть, на володинский «Бриг». И вообще, мне нужна вся подноготная. Да, все, что сможешь нарыть: счета, связи, партнеры, банки. Может, он еще какие-то фирмы открыл… Я понимаю, задача тяжелая. Подними связи в Москве. Хорошо бы еще Питер просветить, он там что-то крутит. Ничего конкретного у меня, одни догадки и предположения. Но ты же знаешь, я не люблю бежать позади телеги. В расходах не ограничиваю, но разумные рамки соблюдай. Да, очень важно. Будь здоров.
Игнат, сидевший в своей комнате, едва успел перекинуться парой слов с подружкой, как был вынужден распрощаться, когда вошел Константин и жестом попросил положить трубку.
– Что?
– Машинка твоя фурычит?
Константин кивнул на компьютер на столе Игната.
– А что с ней сделается?
– Заводи, надо покопаться у нее в мозгах.
– Досье хочешь поднять?
– Догадливый.
– Володин?
– Нет. Трошин и Копельман.
Пока компьютер загружался, а Константин усаживался за стол рядом с братом, Игнат спросил:
– Думаешь, это их рук дело? Но ведь Семенков говорил…
– Мало ли что он говорил.
– Хозяин – барин. Между прочим, мне нужен новый факс-модем. Этот безнадежно устарел.
Константин удивленно поднял брови.
– Так ведь полгода назад купили.
– Эх, темнота, – засмеялся Игнат. – Ты знаешь, что такое полгода в компьютерном мире? Сейчас техника развивается бешеными темпами. «Ю Эс роботикс» каждый месяц новую модель на рынок выбрасывает.
– Что ж поделаешь, покупай. Чек в бухгалтерию принесешь, оплатим.
– Вот это деловой разговор, – обрадовался Игнат. – Ну так, с кого начнем?
– Давай Исаака Лазаревича пощупаем.
Расставив на столе напитки и закуски, два официанта вышли из кабинета. Из-за закрытой двери приглушенно звучала музыка, не мешая собеседникам разговаривать. За накрытым столом в отдельном кабинете ресторана «Маленький принц» сидели трое.
Одним из них был Саша Порожняк, двое других в оперативных сводках городского отделения внутренних дел проходили под кличками «Шустрик» и «Ермолай». Шустрик, прозванный так за небольшой рост и нервные жесты, которыми он постоянно сопровождал сказанное, в свое время отсидел по гоп-стопной сто сорок пятой статье. Ермолай чалился за примитивное хулиганство, то есть, по тюремным понятиям, был простым «бакланом».
Опрокинув по стопарику «Смирновки», друзья-подельники закусили толстыми ломтями ветчины и захрумкали свежими огурчиками.
– Ну че там этот жид? – с плотно набитым ртом произнес Ермолай.
Прежде чем ответить, Саша Порожняк сытно рыгнул.
– Кипишует, морда.
– Чего это?
– Перессал, как кот помойный.
– А чего ему ссать-то? Не его ж накрыли, а Жигана.
– Потому и бздит.
– Он бы лучше азеров трухал, – заметил Шустрик. – От этих черножопых чего угодно ждать можно. Подставят, суки, а чуть какой базар – рыло отвернут: с понтом, мы тут ни ухом, ни рылом.
– Ты бы, Порожняк, с Айвазом перетер, – посоветовал Ермолай.
– Не бзди, перетру, – отмахнулся Порожняк. – Если надо будет…
– Нашему марамою скоро дым переправлять придется, – заметил Шустрик. – Может, отбой дать?
– Щас, разогнался, – презрительно бросил Порожняк. – Ты еще скажи, чтоб я сразу ментам сдался: мол, вяжите меня, мусорки, грешен.
– Да я только так, кумекаю.
– Не надорвись.
– А че ты кипишуешь?
– Не бухти, Шустрый. Все будет путем. Дам этому Мойше быка на карету с дымом, и ладушки. Че нам понты колотить? Никто не наезжал, а мы уже верзать начнем?
– Кто верзает-то?
– Все, завязали. Давай-ка лучше водяры накатим, расслабимся.

Глава 5

Грузовик «МАЗ», кабина которого выкрашена в защитный цвет, с длинным полуприцепом-фурой свернул с асфальтированного шоссе на укатанную проселочную дорогу. До деревни Сморчково оставалось несколько километров.
В этот вечерний час, когда последние солнечные лучи золотили верхушки дальнего леса, ничто для водителя грузовика не предвещало неожиданностей.
К тому же рядом с ним сидел охранник – здоровенный детина с крепким лбом и бычьей шеей. За всю неблизкую поездку охранник не произнес ни единого слова. Водитель, скучавший в дороге, пытался развлечься, как мог: то напевал что-то, то насвистывал. Охранник лишь курил сигареты одну за другой да время от времени сплевывал в открытое окно.
Вечер был теплый. Нагретый за день воздух врывался в кабину, мягко лаская лица.
– Сейчас поворот будет, – сказал водитель, обращаясь то ли к самому себе, то ли к охраннику, – за ним еще один, и приехали.
Детина, на лице которого не было заметно следов какой-либо активной умственной деятельности, смачно харкнул в окно и почесал руку, на которой был вытатуирован оскалившийся черт с кривыми рогами, клыками и длинной бородой. Шофер покосился на охранника.
– Слышь, друг, а что это у тебя там нарисовано?
Детина не удостоил шофера даже взглядом.
– Да ладно, друг, уже почти приехали, скажи хоть пару слов. А то всю дорогу отмалчивался. Звать-то тебя как?
– Кеша, – хмыкнул громила.
– Ну вот, хоть что-то, – засмеялся водитель. – Понимаешь, я раньше, еще до того, как на грузовик выучился, на такси шоферил. Уже три года баранку «МАЗа» кручу, а все никак к долгим дорогам привыкнуть не могу. Тянет поговорить. Ты-то сам машину водишь?
– Менты!
– Что? – не понял водитель.
– На дорогу смотри! – неожиданно взорвался охранник.
У последнего поворота на Сморчково стояла, наполовину перегородив дорогу, милицейская желто-синяя «Волга» с включенным проблесковым «маячком». Двое высоких парней в камуфляжной милицейской униформе, вооруженные короткоствольными автоматами, прохаживались по обочине. В машине сидели еще двое.
Увидев приближающийся грузовик, один из милиционеров поднял полосатый черно-белый жезл.
– Вот херня, – пробормотал шофер «МАЗа». – Что это они тут в такое время делают?
– Сейчас узнаешь, – угрюмо пробасил охранник.
Повинуясь жесту милиционера, шофер остановил фуру и выглянул в открытое окно. Охранник неуютно заерзал в пассажирском кресле.
– В чем дело, начальник? – бодро спросил шофер.
– Проверка документов.
Шофер вытащил из-за солнцезащитного козырька права, путевой лист и протянул их милиционеру. Пока тот разбирался с документами, водитель успел заметить на рукаве камуфляжной униформы нашивку «ОМОН».
– Так вы не из ГАИ? То-то думаю, что в такой поздний час автоинспекции на проселочной дороге делать?
– Много болтаешь, – строго заметил милиционер.
– Так я ж бывший таксист. Все, молчу.
Внимательно изучив документы, омоновец спросил:
– Оружие есть?
– Нет, конечно. Откуда у нас оружие?
– А это кто с тобой?
– Так, друг один. Скучно, понимаешь, в дороге, вот он и решил мне компанию составить.
– Выходите из машины оба.
– Да в чем дело, начальник? Ты хоть объясни.
– Машину будем досматривать.
– А что, с документами что-нибудь не в порядке? – поинтересовался водитель, открывая дверь «МАЗа» и спрыгивая на пыльный проселок.
Милиционер проигнорировал вопрос.
– Обыщи пассажира, – сказал он, обращаясь к своему напарнику, – потом кабину.
Второй омоновец быстро подошел к детине с татуировкой на руке.
– Руки сюда.
Профессиональным движением он раздвинул ноги обыскиваемого, перекинув автомат через плечо, обшарил с ног до головы.
– Документы есть?
– Дома оставил.
– Чистый. Стой так и не дергайся.
Осмотрев кабину, второй омоновец вытащил из-под сиденья пассажира монтировку и показал ее старшему.
– Только это.
– Добро, – кивнул старший и обратился к водителю: – Что в фуре?
– Там же написано в путевом листе – бочки с химикатами.
– А на фуре у тебя написано: «Продторгсервис», – заметил омоновец. – С каких это пор химикаты стали продуктами?
– Это же фирма так называется, – пояснил водитель. – А возить можно все, что угодно: хоть коров, хоть железные опилки.
– Открывай фуру, посмотрим, что там за химикаты.
Один из омоновцев остался стеречь охранника, старший с документами в руках проследовал за водителем. Заскрипели дверцы полуприцепа, изнутри пахнуло запахом лежалой рыбы и еще чем-то, определенно знакомым. Милиционер потянул носом.
– Что за вонища?
– Обычное дело, – пожал плечами шофер. – То одно возишь, то другое, все перемешивается.
Полуприцеп был плотно забит уставленными друг на друга бочками синего цвета с надписями латинским шрифтом.
– Товар, похоже, импортный? – сказал омоновец.
– А нам, татарам, все равно, – засмеялся водитель. – Что загрузили, то и везем. Наше дело маленькое, как в школьной задаче: из пункта А в пункт Б надо доставить товар. Быстрее обернешься – больше денег заработаешь. Мы ж, шоферюги, с колес живем.
– Да не трынди ты, – оборвал его омоновец, – лезь давай.
Сам он забрался в полуприцеп следом за шофером.
– Открывай.
– Так ведь там зараза. Дыхнешь один раз – потом всю жизнь кровью харкать будешь, – кисло сказал водитель.
– Ничего, от одного раза не подохнешь, – уверенно сказал милиционер. – А вот если не откроешь, париться тебе в аквариуме.
– Да ладно… Я чего, я ничего.
Немного поколебавшись, водитель отвернул завинчивающуюся крышку емкости. Омоновец наклонился над бочкой, принюхался.
– Что-то от твоих химикатов спиртягой несет.
– Не может быть.
– А ты не бойся, пригнись.
Шофер тоже наклонился над бочкой, осторожно нюхнул раз, другой. На лице его появилась мина глубокого удивления.
– Это, наверное, аммиак, – неуверенно предположил он. – Я слышал, что аммиак чем-то похожим пахнет.
– Аммиак – это нашатырный спирт, – хмыкнул омоновец, – а мой нос чувствует запах этилового. И этот запах я никогда ни с чем не спутаю.
– Ну, не знаю… – Водитель почесал затылок. – Может, в одной бочке случайно оказался?
– Закрывай. Давай другую.
Вторая бочка издавала тот же самый аромат.
– Я сразу подумал – чем-то знакомым несет, – сказал милиционер. – Все ясно. Вылезай.
Один за другим они спрыгнули на землю, шофер закрыл дверь полуприцепа, замотал ее куском проволоки.
– Что ж теперь будет-то, а, начальник?
– Следствие будет.
– Так ведь я ж тут ни при чем. Мое дело маленькое.
– Я уже это слышал, шагай. Разберемся.
Подойдя к кабине, омоновец сказал своему напарнику:
– Дело ясное, товар контрабандный. В путевом листе в накладных записано – химикаты, а там – спирт.
– Кто грузоотправитель? – поинтересовался тот.
– Сейчас глянем. Какая-то фирма… что-то неразборчивое. И штамп смазанный. А предназначено это все какому-то заведению под названием «Контур». Эй, ты, как там тебя, – омоновец глянул в документы, – Петров, куда с грузом направлялся?
– В Сморчково.
– И что там?
– Не знаю. Мне сказали: спросишь там у кого-нибудь, где зерноток, все покажут, вот туда и вези.
– Проверим, – деловито сказал старший.
Он направился к желто-синей «Волге», подал документы сидевшему на заднем сиденье и перекинулся с ним несколькими фразами. Вернувшись к грузовику, милиционер сказал:
– Так, мы сейчас проверим, что у них там на зернотоку, а вы посидите там, на травке, под присмотром.
Второй омоновец ткнул стволом автомата в спину татуированному охраннику:
– Руки за голову. Вперед! Водила, руки на голову, за ним следом!
1 2 3 4 5 6 7 8

Загрузка...

загрузка...