ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Морская лирическая повесть
На студенческой вечеринке, шумевшей в просторной квартире у Тучкова моста,
Володя Алныкин попал в пренеприятнейшую историю. Приглянулась ему
хорошенькая девушка из университета, ее он и потащил в коридор - потрогать,
поцеловать, а там уже как получится. Хотя ты и на последнем курсе училища, а
увольняешься редко, ни часу нет на обстоятельное ухаживание, и надо
молниеносно преодолевать передовые линии обороны, чтобы при обещанной
встрече атаку возобновить с достигнутых накануне рубежей. Для Ленинграда,
перенаселенного институтами и военными училищами, такое начало знакомства -
традиционно, и почти всегда курсант Высшего военно-морского училища держит в
памяти адрес и телефон некой студентки, намекнувшей на вольности, но только
в следующее увольнение.
Не могла не знать о здешних нравах и эта студентка филфака, но повела она
себ странно: отпихивалась от Алныкина, вместо губ подставляла холодные уши и
колючие плечики, правда, не звала подруг на помощь. Пораженный Алныкин
позволил ей вырваться из своих молодецких объятий и сгоряча решил, что ноги
его больше не будет в этом доме на Петроградской, куда, впрочем, он попал
впервые, подхваченный волной увеселений: в институтах кончилась зимн
экзаменационная сессия. Порывшись в пальто на вешалке, он нашел-таки свою
шинель, снял сине-белый форменный воротничок, сунул его под суконку,
отстегнул широкий ремень с бляхой, выдернул из кармана тренчик (пояс для
брюк), из-за косо повешенного зеркала вытащил свой палаш, извлек из кармана
шинели нагрудный воротник, именуемый сопливчиком... Оставалось надеть
шинель, навесить на левый бок палаш, нахлобучить шапку на пылающую от гнева
голову, не очень громко хлопнуть дверью и начать спуск по широкой лестнице,
кончиком палаша касаясь стоек перил, производя тот дробный грохот, какой
бывает, когда мальчишка перебирает палкой по садовой решетке.
С шинелью, однако, пришлось повременить, упиравшегося Алныкина затолкала на
кухню свидетельница его позора, аспирантка биофака, сидевшая в коридоре у
телефона. С высоты своего возраста (была она по виду лет на десять старше
Володи) аспирантка, блестя зубами, сережками и черными глазами, пристыдила
зазнавшегося курсанта Высшего военно-морского училища имени Фрунзе, честно и
мужественно перечислила допущенные им ошибки, столь обидные, что Алныкин
самолюбиво отказался от еды, не идущей ни в какое сравнение со щами, кашей и
компотом казенного изготовления. Она поведала ему правду - ту, о которой он
смутно догадывался, не желая ее признавать, потому что верил в любовь,
которая вспыхивает как бы по сигналу с неба, и ее надо лишь приманивать
чередою знакомств. Погрузив кусок пористого хлеба в банку со шпротами,
аспирантка отведала осетринки, откушала копченого мяса, проглотила
напитавшийся маслом кусок хлеба и продолжала образовывать угрюмо молчавшего
Алныкина. С ума сойти, негодовала она, наброситься на студентку 3-го курса в
период, когда в разгаре брачные игры выпускниц институтов и выпускников
военных училищ?! В добропорядочных русских семьях всегда очередность, -
первыми выходят замуж старшие по возрасту дочери, чему способствуют младшие,
отгоняя от себ женихов. Эту якобы недотрогу еще осенью можно было пригласить
на кухню, запереться и получить определенного рода удовольствие, но -
осенью, а не сейчас: притворщица блюдет интересы подруг с выпускного курса.
Через четыре месяца такие, как он, Володя Алныкин, станут офицерами славных
Военно-морских сил и захотят к месту службы отбыть под ручку с молодой
женой, только что получившей диплом о высшем образовании и старающейся не
попасть под распределение в какую-то глухомань. Надо учитывать и множество
нюансов. Жене ведь нужно работать в местах базирования флота, поэтому в цене
сейчас Библиотечный институт и, пожалуй, Педагогический имени Герцена. Здесь
же (аспирантка ткнула вилкой в сторону развеселого застолья) преимущественно
матмех и филологический, которые под воздействием курсантов Училища имени
Дзержинского, и "фрунзак" Алныкин вторгся, так сказать, в территориальные
воды чужой державы...
Военно-морская терминология, привычная уху Алныкина, соседствовала в устах
аспирантки с чудовищным набором понятий типа "ареал обитания половозрелых
особей", "завершающая стади брачных игр", "период воспитания потомства" и
прочих, оскорбляющих святые чувства. "Надо идти протраленным фарватером!" -
неожиданно заключила она, подвела Володю к вешалке, показала, где ее пальто,
раскинула руки, как перед прыжком в воду, сунула их в подставленные рукава,
а затем придирчиво осмотрела спутника, нашла, что ни один патруль к нему не
придерется, и повела его провожать себя на 5-ю линию Васильевского острова,
совсем рядом с училищем. Еще на кухне они перешли на "ты", аспирантка
назвала свое имя, умолчав про отчество, хот не раз подчеркивала: тридцать
один год ей, побывала и замужем. "Аспа" - так обращался к ней Володя
Алныкин, чтя научное звание новой знакомой, и аспирантка была польщена. При
прощании в подъезде настал для Алныкина томительный момент неопределенности,
- по обычаю надо поцеловать Аспу, но - разница в возрасте?! Чутка спутница
вывела его из нерешительности, сняла варежку и приложилась надушенной рукой
к ярко-красной курсантской щеке. Строго предупредила: за такими юными, как
Володя, и неопытными охотятся забывшие стыд и совесть хищницы, смазливые
ленинградочки с поломанной судьбой и давно утраченной девственностью, шакалы
женского рода, готовые схватить острыми зубками и когтями зазевавшегося
Алныкина, завлечь его в загс, затащить в нору, откуда выхода уже нет.
Не прошло и недели, как Володя на себе испытал правоту Аспы, чудом выскочив
из уготованного ему капкана. Он позвонил студентке, с которой познакомился
месяц назад на танцах, получил приглашение навестить ее дома и прибыл туда
во всеоружии, то есть с кульком конфет. Коммунальная квартира, длинный
коридор, в комнате студентки стоял густой запах каких-то не по сезону
цветов. Мамаша мелькнула и пропала, на патефонном диске крутился Вертинский:
"Вы не допили ликер в бокальчиках, так не ищите ж других мужчин, на свете
много есть красивых мальчиков..." Бутылка вина на низком столике, студентка
сидела в кресле напротив, таком глубоком, что из него торчали круглые
коленки ее, а над ними - два таинственных светлячка, желтые глазенки
направлялись то на Володю, то на диванчик справа, куда желательно
перебраться, с чем Володя как бы и соглашался, но пока присматривался. По
учебникам на этажерке догадался, что студентку еще год назад выперли из
института, а по мебели и кубатуре понял:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27