ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


И тут меч, смоченный
в крови зломерзких,
клинок, как ледышка,
в руках стал таять –
то было чудо:
железо плавилось,
подобно льдинам,
когда оковы

1610

зимы на море
крушит Создатель,
Судеб Владыка,
Повелитель Времени.
Из всех сокровищ,
какие видел
гаутский воин
в подводном доме,
лишь вражью голову
да еще самоцветный

1615

взял чудо-черен,
меча огарок
(истлила лезвие,
сожгла железо
кровь ядовитая
врагов человеческих);
и в путь обратный
он, невредимый
чудищеборец,
пустился в пучинах;

1620

и были чисты
бурные воды,
пустынны хляби,
где прежде властила
тварь злотворная,
в схватке сгибнувшая.
Добродоблестный
к спасительной суше
выплыл воин
и вынес на берег

1625

добычу победы,
дань битвы;
а там уж встретила
вождя дружина,
Господу в радости
благодарствующая
за спасение витязя,
в живых возвращенного;
и от бремени шлема
свободили его,

1630

от нагрудника тяжкого;
и тогда успокоились
воды в том омуте
окровавленном.
От скал приморских
тропой знакомой,
дорогой хоженой
шли дружинники,
в сердце радуясь,
и несли с побережия

1635

неподъемную
мертвую голову,
череп чудища,
отягчавший им
плечи, сильным,
всем по очереди,
– так, по четверо,
волокли с трудом
на древках копий
голову Гренделя

1640

к золотому чертогу;
все четырнадцать
выступали в ряд,
впереди же всех
по лугам шагал
вождь могучий,
из них сильнейший.
И явились в хоромину;
и направился он,
достославный,

1645

отважный в битве,
предводитель их,
прямо к Хродгару,
к престолу конунга,
а за ним внесли
притороченную за волосы
к древкам ясеневым
голову Гренделя
в зал для пиршеств
на страх пирующим,

1650

и хозяйке-владычице
напоказ чудо-голову.
Молвил Беовульф,
отпрыск Эггтеова:
«Вот, гляди, тебе,
сын Хальфдана,
дань с морского дна,
владыка Скильдингов,
в знак победы
сюда принесли мы!

1655

То была не простая
служба ратная,
но подводная битва,
непосильный труд, –
шел на смерть я,
на верную гибель
в бурной бездне,
да Бог упас!
Острый Хрунтинг –
хотя и вправду

1660

меч отменный –
мне не сгодился,
но другое Создатель
дал мне орудие:
меч гигантов,
клинок светозарный,
там висел на стене –
так хранит Господь,
смертных в бедствии!
Этим лезвием,

1665

с помощью Божьей
удалось одолеть мне
вод владычицу;
но растаял клинок –
то железо расплавила
кровь горячая,
битвы испарина, –
мне ж достался
огарок – черен.
За датчан сполна

1670

я воздал
ярой нечисти
и клянусь, что отныне
ты с дружиной,
со старейшинами,
с домочадцами
сможешь в Хеороте
спать бестревожно,
ибо адские выходцы,
силы дьявольские,

1675

твои земли покинули,
конунг Скильдингов,
прежние скорби
не воротятся!»
И тогда золотую
рукоять меча,
исполинов наследье,
он вручил седовласому
старцу-воину,
и до веку владел

1680

вождь датчан
той диковиной –
после гибели
богопротивников,
после смерти зломерзких
сына и матери,
драгоценность
искусно выкованная
отошла во владение
к наилучшему

1685

на земле междуморской,
к достойнейшему
из дарителей золота,
к датскому конунгу.
Хродгар вымолвил
(он разглядывал
древний черен,
искусно чеканенный,
на котором означивалось,
как пресек потоп

1690

великаново семя
в водах неиссякаемых,
кара страшная! –
утопил Господь
род гигантов,
богоотверженцев,
в хлябях яростных,
в мертвенных зыбях;
и сияли на золоте
руны ясные,

1695

возвещавшие,
для кого и кем
этот змееукрашенный
меч был выкован
в те века незапамятные
вместе с череном,
рукоятью витой)
слово мудрое
сына Хальфдана
(все безмолвствовали)

1700

«Вождь, творящий
справедливый суд,
старец-землевластитель,
многое помнящий,
утверждает: рожден
этот воин
для славы всеземной!
Да! молва о тебе
в племенах человеческих
далеко разнесется,

1705

благороднейший друг мой Беовульф!
Мудромыслием, доблестью
ты стяжал теперь
нашу дружбу
и назван сыном;
ты же в будущем
над народом твоим
утвердишься (известно мне!)
добродетелями,
не как Херемод,

1710

наследник Эггвелы,
что над Скильдингами
гордо властвовал
не во благо им,
но к погибели
племени датского.
Он, исполненный лютости,
домочадцев разил,
сотрапезников,
и покинул мир,

1715

вождь неправедный,
в одиночестве;
и хотя Творец
одарил его
всемогуществом
и возвысил его
над народами,
все равно в душе
жаждал он кроволития,
и не кольцами

1720

данов радовал,
но безрадостные
длил усобицы,
распри ратников
во владеньях своих.
Вот урок тебе,
мудрая притча,
слово старца,
вождя многозимнего:
то не чудо ли,

1725

что всесильный Господь
от щедрот своих
наделяет людей
властью и мудростью,
возвышает их, –
Бог, он всем вершит!
– он же в сердце
высокородного
поселяет страсть
любостяжания

1730

и возводит его
на наследный престол,
ставит сильного
над дружиной,
над селеньями
и над землями
столь обширными,
что немудрому мнится,
будто нет пределов
владеньям его;

1735

и богатство его возрастает,
и ни старость, ни хвори
не вредят ему,
беды и горести
пе мрачат души,
и мечи врагов
не грозят ему,
ибо целый мир
под пятой у него.
Он же не ведает,

1740

что, покуда в нем
расцветала страсть
да гордыня росла,
в его сердце страж,
охранитель души.
задремал, почил,
сном пересиленный,
а губитель уже
тайно лук напряг
и направил стрелу,

1745

от которой душа
под кольчугой не спрячется,
под железною броней, –
нет спасенья
от посланницы адских
вредотворных сил
станет мало
ему, ненасытному,
всех имений его,
станет он гневлив

1750

и на кольца скуп,
и, презрев Судьбу,
он отвергнется
от Бога благостного,
ниспославшего ему
власть и золото;
между тем к окончанью
жизнь клонится,
обращая в прах
тело бренное,

1755

плоть ветшающую;
а на смену отжившему
придет конунг,
на рать расточающий
все богатства предместника
щедрой рукой.
Берегись же и ты,
милый мой Беовульф,
этих помыслов пагубных,
но ступи на путь

1760

блага вечного
и гордыню, воитель,
укроти в себе,
ибо ныне
ты знатен мощью,
но кто знает, когда
меч ли, немочь ли
сокрушат тебя,
иль объятия пламени,
или пасть пучины,

1765

или взлет стрелы,
или взмах меча,
или время само –
только свет помрачится
в очах твоих,
и тебя, как всех,
воин доблестный,
смерть пересилит!
Пять десятков зим
я под сводом небесным

1770

правил данами,
утверждая оружием
их могущество
в этом мире
между многих племен,
и тогда возомнил,
будто нет мне
под небом недруга.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24