ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Ч Двадцать семь. Вы старше меня на тридцать один год. И я прошу вас, перест
аньте так со мной разговаривать! Давайте вообще больше не говорить на эт
у тему… Мне неприятно.
Ч Что именно?
Ч То, как вы со мною разговариваете об этом!
Ч Но я действительно не мог поверить в то, что вы испытываете какие-то се
рьезные чувства ко мне! Если бы я не заметил, КАК вы на меня оглядываетесь…

Ч Я люблю вас. Наверное, я вообще впервые в жизни люблю мужчину, не являющ
егося моим кровным родственником! Я люблю вас, и мне странно, что вы до сих
пор этого не видели и не понимали!
Ч Я не осмеливался понимать этого…
Ч Лжете! Все вы понимали! Но вам хотелось услышать это от меня. Вот и все… Н
о вы можете не беспокоиться. Я не стану навязываться и усложнять вам жизн
ь. Когда вам придет время уехать, мы расстанемся, как цивилизованные люди!
Ну, может быть, я иногда буду вам писать… А вы мне Ч отвечать. Но наша переп
иска будет касаться только Ольги, ее жизни, развития. Я обещала Андрею, что
не оставлю ее совсем…
Что буду наблюдать за ее жизнью.
Ч Настя! Ну, о чем вы говорите?! Вы Ч мне Ч навязываться?!! Вы Ч молодая жен
щина, я Ч старик… Или почти старик. Вы делаете мне честь…
Ч Я не хочу делать вам честь! А так же Ч делать вам рекламу перед вашими б
огемными знакомыми! Ч заревела я, стряхивая с рук пюре. Ч Я хочу, чтобы вы
женились на мне, чтобы вы любили меня одну, чтобы мы жили долго и счастлив
о, и…
Ч …и умерли в один день? Ничего не получится, Настенька. Против нас Ч зак
он природы. Я уйду из этого мира много раньше, чем вы. Для вас, умереть однов
ременно со мной было бы Ч преждевременной смертью!
Ч Вы смеетесь надо мной! Прекратите! А то я уйду! И суп готовить не буду! Ч
заверещала я, вываливая пюре в кастрюльку, в которой уже варились другие
овощи, измельченные на терке.
Ч Я не смеюсь над вами! Ч смеясь, ответил Юзеф. Ч Клянусь вам, Настя, что э
то не более чем дурная привычка высмеивать все, что хоть сколько-нибудь з
адевает мои чувства! Ну же, девочка, перестаньте плакать…
Он повернул меня от плиты Ч к себе, обнял, принялся целовать Ч мелкими, н
ежными, холодными поцелуями осыпал он мое лицо, мою шею, мои плечи… Волосы
… Но я все равно ревела и не могла остановиться, и для дальнейших утешений
мы переместились в спальню, и там Юзеф оставался столь же нежен и деликат
ен, но уже не так холоден и весьма искусен, он вообще привносил в занятия л
юбовь творческое начало, а наши постельные игры были настоящими спектак
лями, причем всякий раз я следила за развитием событий с самым искренним
интересом, хотя приблизительно знала, каким будет финал. Больше всего я л
юбила, когда Юзеф изображал тигра-людоеда, а я становилась его жертвой… Н
о Ч это уже совсем ненужные интимные подробности!
После, когда мы лежали, прижавшись, и я, разморенная, лениво думала, что над
о бы пойти на кухню и снять пену с супа, но никак не находила сил подняться,
Юзеф вдруг сказал мне те самые слова Ч слова из моего сна! Ч которых я по
дспудно ждала от него с того самого мига, когда впервые увидела его в двер
ях квартиры:
Ч Девочка моя, как хорошо мне с тобой… Я становлюсь рядом с тобой молодым
. Это Ч счастье… Но это счастье не более, чем иллюзия…
Договорить до конца я ему не дала. Зажала его рот ладонью.
Ч Не надо дальше… Я знаю, что ты мне скажешь. Не надо этого говорить. Ты дал
мне счастье, которого я ждала много лет! Теперь у меня эмоций Ч на целый л
юбовный роман… И я, возможно, напишу его, когда ты меня бросишь. Чтобы для с
амой себя сохранить воспоминания об этом чувстве, об этом чуде!
Ч Я не брошу тебя. Никогда. Мы с тобой не расстанемся, пока ты сама не захоч
ешь меня оставить… А я боюсь, что ты совсем скоро поймешь, что я Ч не тот че
ловек, какого ты во мне видишь.
Ч Никогда! Если ты меня не бросишь, мы не расстанемся, пока смерть не разл
учит нас! Ч восторженно выкрикнула я.
И Юзеф расхохотался в ответ.
А с кухни донеслось шипение вытекающего на плиту супа.
Юзеф заставил меня пойти в милицию и сообщить об исчезновении Андрея.
Голова Андрея к тому времени была давно уже погребена где-то в Измайловс
ком парке.
И все равно я ужасно переживала, боялась идти, боялась, что милиционеры, с
помощью профессионального чутья и годами отработанной проницательнос
ти, смогут догадаться обо всем по моему мятущемуся взгляду или по каким-н
ибудь еще им известным признакам… То есть, обо всем им, конечно же, не дога
даться. Но могут понять хотя бы то, что безутешная супруга на самом-то дел
е прекрасно знает, куда делся ее муж и что с ним случилось!
Но Ч нет, ничего они не поняли… А слезы, стоявшие у меня в глазах, дрожь в ру
ках и в голосе только убедили их в искренности моих переживаний.
Милиционеры насторожились конечно же, когда узнали, что пропавший супру
г Ч это тот самый, который совсем недавно обрел свою дочь, так же до того в
ремени считавшуюся без вести пропавшей. Но мне их настороженность вряд л
и могла чем-нибудь повредить… Ведь это я узнала девочку! И я осталась тепе
рь обремененной чужим ребенком, а вовсе не веселой богатой вдовой, вызыв
ающей множество подозрений!
…Если они как следует проведут следствие, догадаются об истинной подопл
еке происходящего и тоже подключатся к охоте на Короля Нищих, это будет с
овсем не так уж плохо! У них есть хотя бы какие-то силы! А у нас Ч ничего…
Веник ходил в маленький полуподпольный тир тренироваться. И Ч ждал… Жда
л звонка от человека по кличке Кривой.
Кривой должен был оповестить Веника о том, что их главарь, Сабнэк, собирае
тся «выйти в люди», то есть Ч выступить перед народом, перед членами подз
емной секты.
Как я поняла, почти все время, почти всю свою жизнь Сабнэк проводил в кроме
шной темноте, на краю какой-то там ямы, в медитациях или размышлениях о су
дьбе той части человечества, которая была вверена его власти самим Повел
ителем Мух! И иногда, в результате медитаций и размышлений, Сабнэка охват
ывало вдохновение. И он являлся при свете, среди своих людей, и он говорил
с ними, проповедовал от имени Баал-Зеббула, стоял среди толпы, но все-таки
Ч был доступной мишенью. Настолько доступной, что, по словам Кривого, даж
е Веник сможет в него попасть… Если постарается. Сабнэк был крупным мужч
иной. Крупной целью… И, словно специально для того, чтобы облегчить задач
у своего возможного убийцы, Сабнэк давно уже завел привычку заблаговрем
енно предупреждать о своих предстоящих «выступлениях». Разумеется, он э
то делал только для того, чтобы собрать побольше желающих послушать.
Но и для нас это оказалось удобно…
Точнее, я хочу сказать, не для нас, а для Веника. Все, на что оказалась способ
на я Ч это СОПЕРЕЖИВАНИЕ! Ну, и еще Ч приготовление пищи, стирка, уход за О
льгой… Правда, пищу я готовила плохо, в конце концов, Юзеф решился взять эт
о на себя. И Ольгу к репетитору тоже он возил. А я Ч сопереживала. И страдал
а от собственной никчемности.
Увы, я Ч не героиня!
Очень нелегко давались мне телефонные разговоры с мамой. Ведь мама звони
ла часто… Практически каждый день! Она и раньше часто звонила и приезжал
а, и я должна была представлять ей подробные «отчеты» о своей супружеско
й жизни и о жизни вообще, с точностью до часа! А теперь… Теперь мне приходи
лось лгать и изворачиваться. С помощью Ольги Ч вернее, с помощью рассказ
ов о том, какая нервная моя падчерица и как переживает Андрей ее нервозно
сть Ч я еще могла удержать маму на каком-то расстоянии от моего дома. Но к
ак быть с ее расспросами? Об Андрее… Она все время спрашивала о моих взаим
оотношениях с Андреем… А Андрей был мертв… Его обезглавленное тело сбро
сили в коллектор! Его промороженную голову Юзеф похоронил где-то в Измай
ловском лесу! А я должна была отвечать маме: «Все хорошо, все в порядке» Ч
не имея возможности открыть даже часть правды, хотя бы о том сказать, что А
ндрей пропал и мне пришлось заявить в милицию о его исчезновении… Потому
что, стоит мне это сказать, мама тут же примчится: утешать меня, заботитьс
я обо мне, жить со мной! А со мною уже жил Юзеф!!! И для мамы здесь места не было
… Во-первых, она никогда не поняла бы моих отношений с мужчиной, который п
о возрасту старше моего отца! А во-вторых… Она бы всюду вмешивалась, всем
интересовалась, высказывала бы свое отношение ко всему происходящему. А
мы и так жили в чудовищном напряжении! Да и потом, Веник тоже переехал в эт
у квартиру. Чтобы всем быть вместе… Только с другом своим продолжал встр
ечаться в той, своей квартире. Потому что здесь была Оля… Нет, конечно, пот
ому что здесь был Юзеф! Юзеф Ч с его холодным, насмешливым, пренебрежител
ьным взглядом! Юзеф, не перестававший осуждать Веника. Юзеф, старавшийся
побольнее уязвить сына при каждом удобном случае.
Без жалости! Потому что сам был уязвлен до глубины души…
Во всяком случае, я именно так объясняла и оправдывала поведение Юзефа п
о отношению к Венику. И я не могла пустить сюда еще и маму! Она бы скорее сми
рилась с тем, что я сожительствую с шестидесятилетним стариком, изменяя
Андрею, чем с гомосексуализмом Веника! И потому я лгала ей… Обливаясь хол
одным потом при мысли, что все равно когда-нибудь мне придется сказать ей
правду!
Ушел дождливый слякотный ноябрь.
Пришел декабрь Ч такой же дождливый и слякотный.
Кажется, зима заблудилась по дороге к нам…
Шел декабрь Ч а я все еще не могла извлечь из недр шкафа свою хорошенькую
шубку, чтобы блеснуть в ней перед Юзефом. Серебристый мех снежной лисы ше
л мне замечательно!
Не знаю, быть может, все женщины становятся красавицами, нарядившись в до
рогие меха! Но я Ч уж точно! Стоило кому-нибудь увидеть мое лицо в обрамле
нии пушистого капюшона…
Нет, правда, я не хвастаюсь! Так вообще Ч я не очень, а вот в меховом капюшон
е Ч очень даже ничего!
Мне так хотелось показаться Юзефу в этой шубке, но все никак не предостав
лялось случая: декабрь Ч а все еще слякотно и дождливо. Будто и не в Росси
и живем! И мы Ч все трое Ч ходили в своих осенних кожаных пальто.
Ч Хоть бы к Рождеству снег выпал! Ч вздыхал Веник.
Он, как ребенок, мечтал о праздновании Рождества и Нового Года, о нарядной
елке, о подарках под елкой, завернутых в несколько слоев цветной бумаги
Ч так, чтобы под оберткой не угадывались очертания даримого предмета! О
н, конечно, оправдывался тем, что, якобы, мечтает устроить для Оли два заме
чательных праздника подряд… Но я-то понимала, что он мечтает о детском пр
азднике для себя! Потому что сам до конца не вышел из детского возраста…

Думаю, Юзеф тоже понимал это. Ведь это благодаря отцу остались у Веника та
кие чарующие воспоминания о Рождестве и о праздновании Нового Года!
В семье Юзефа праздновали Рождество даже в советские времена, причем Ч
Рождество католическое, в ночь с 24 на 25 декабря. Как дань памяти польским пр
едкам, как обряд, не более, потому что сам Юзеф верующих христианином не бы
л.
Елку наряжали перед Рождеством.
А сразу после Нового Года разбирали.
Подарки-сюрпризы были на Рождество… Да и вообще Ч на Рождество приходи
лись все те тихие радости и чудеса уютного семейного праздника, который
у меня, например, связан с Новым Годом.
На Новый Год Юзеф, как правило, отбывал Ч куда-нибудь в ресторан или на ин
ое богемное сборище. Новый Год он с семьей не праздновал. И на Новый Год де
тям Ч Лане и Венику Ч дарились только сласти в подарочной упаковке.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51

загрузка...