ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира,   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн,   действующие идеологии России, Украины, ЕС и США  
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

вещал о разлуке он.
Уехали мы, оставив дом наш пустынею.
О, если бы мы жилищ своих не оставили!
И потом она подошла ко второй двери и написала на ней такие стихи:
Аллахом молю, к дверям пришедший, взгляни теперь
На прелесть любимого во тьме и скажи другим,
Что плачу я, вспомнив близость с ним, и скорблю о ней,
И нету конца слезам, во плаче струящимся.
И если не стерпишь ты того, чем убита я,
Покрой эти строки пылью, прахом засыпь их ты.
Питом поезжай в края востока и запада
И будь терпелив – Аллах такие судил дела.
И потом она подошла к третьей двери и написала на ней такие стихи:
Потише, Масрур! Когда ты дом посетишь её,
Ты к двери пройди и строки ты прочитай на ней.
Обет не забудь любви, правдивым ты если был –
Ведь сколько вкусило женщин горечь и сладость дней.
Аллахом молю, Масрур, ты близость к ней не забудь –
Оставила для тебя ведь радости все она.
О, плачь о днях близости и дивной усладе их,
С приходом твоим завесы были отброшены.
Так странствуй же ты за нами в дальних краях, Масрур,
В моря погружайся их и земли их исходи.
Далеко ушли теперь сближения вечера,
Глубокая тьма разлуки свет погасила их.
Аллах, сохрани былые дни – дивна радость их
В прекрасном саду надежд, где рвали мы их цветы!
Зачем не продлились эти дни, как хотела я!
Аллах пожелал, чтоб дни, придя, уходили вновь.
Вернутся ли снова дни, и будем ли вместе мы?
Я буду верна, и дни исполнят тогда обет.
И знай, что дела мирские держит в деснице тот,
Кто чертит в предвечном сроки их на скрижали лба.
А потом она заплакала сильным плачем и вернулась в дом, плача и рыдая, и стала она вспоминать то, что прошло, и воскликнула: «Слава Аллаху, который судил нам это!» И затем усилилось её горе из-за разлуки с любимым и оставления родных мест, и она произнесла такие стихи:
«Привет над тобой Аллаха, о опустевший дом!
Окончили дни в тебе теперь свои радости.
О голубь домашний мой, ты плача не прекращай
О той, кто луну свою и месяц покинул вновь.
Потише, Масрур, рыдай, утративши нас теперь;
Лишившись тебя, лишились света глаза мои.
О, если бы видели глаза твои наш отъезд
И пламя в душе моей, все ярче пылавшее!
То время ты не забудь под тенью густой садов,
Что вместе нас видели и скрыли завесою».
И потом Зейн-аль-Мавасиф пошла к своему мужу, и тот поднял её на носилки, которые сделал для неё, и когда Зейн-аль-Мавасиф оказалась на спине верблюда, она произнесла такие стихи:
«Привет над тобою Аллаха, о опустевший дом!
Как долго сносить в тебе пришлось нам несчастия!
О, если б средь стен твоих порвались дни времени
И в пылкой любви моей была бы убита я!
Скорблю я вдали и изнываю по родине,
Любимый, не знаю я, что ныне случилось,
О, если бы знать мне, будет ли возвращение
Такое же ясное, как было нам ясно встарь?»
И её муж сказал ей: «О Зейн-аль-Мавасиф, не печалься о разлуке с твоим жилищем – ты вернёшься в него в скором времени». И он принялся успокаивать её сердце и уговаривать её, и потом они двинулись, и выехали за город, и поехали по дороге, и поняла Зейн-аль-Мавасиф, что разлука действительно совершилась, и показалось ей это тяжким.
А Масрур при всем этом сидел у себя в доме и размышлял о своей любви и своей возлюбленной. И почуяло его сердце разлуку, и он поднялся на ноги в тот же час и минуту и шёл, пока не пришёл к её жилищу, и увидел он, что двери закрыты, и заметил стихи, которые написала Зейн-аль-Мавасиф. И он начал читать надпись на первой двери и, прочитав её, упал на землю без чувств, а очнувшись от обморока, он открыл первую дверь и подошёл ко второй двери и увидел, что написала Зейн-альМавасиф, и на третьей двери также.
И когда он прочитал все эти надписи, его страсть, тоска и любовь успокоились, и он пошёл по её следам, ускоряя шаги, и нагнал караван. И он увидел Зейн-альМавасиф в конце каравана, – а её муж был в начале каравана из-за своих вещей. И, увидев её, Масрур уцепился за носилки, плача и горюя от мучений разлуки, и произнёс такие стихи:
«Если б знать, за какой нас грех поразили
Стрелы дали и долголетней разлуки!
Счастье сердца, пришёл однажды я к дому –
А от страсти сильна была моя горесть –
И увидел, что дом твой пуст и разрушен,
И в любви горевал своей и стонал я.
И спросил о желанной я стены дома:
«Куда скрылась, залогом взяв моё сердце?»
И сказали: «Оставила она дом свой,
И в душе она страсть свою затаила».
Написала ряд строк она на воротах –
Поступают так верные среди тварей».
И когда Зейн-аль-Мавасиф услышала эти стихи, она поняла, что Это Масрур…»
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
Восемьсот пятьдесят пятая ночь
Когда же настала восемьсот пятьдесят пятая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что Зейн-аль-Мавасиф, услышав стихи, поняла, что это Масрур, и заплакала вместе со своими невольницами, а потом она сказала: „О Масрур, прошу тебя, ради Аллаха, возвратись назад, чтобы не увидел тебя вместе со мной мой муж“. И, услышав это, Масрур лишился чувств. А когда он очнулся, они простились друг с другом, и Масрур произнёс такие стихи:
«Кричит об отъезде на заре их погонщик
Пред утром, и ветерок несёт его голос.
И вот, оседлав животных, быстро снялись они.
Вперёд караван спешит под пенье вожатых.
И землю благоуханьем со всех сторон обдав,
Они ускоряют ход по ровной долине.
Душой овладев моей в любви, они двинулись,
Следами обманут их я был в это утро.
Соседи! Хотел бы я совсем их не покидать,
И землю я омочил текущей слезою.
О сердце! Что сделала, когда далеко они,
Разлуки рука с душой – того не желал я!»
И Масрур продолжал оставаться вблизи каравана, плача и рыдая, и Зейн-аль-Мавасиф уговаривала его вернуться раньше утра из опасения позора. И Масрур подошёл к носилкам и попрощался с ней ещё раз взглядом, и его покрыло беспамятство на долгое время, а очнувшись, он увидел, что путники уходят. И он обернулся в их сторону и произнёс нараспев такие стихи:
«Коль ветер близости её подует,
Влюблённый сетует на муки страсти.
Вот веет на него дыханием утра,
И он очнулся будто бы на небе.
Лежит больной на ложе он недуга
И плачет кровью слез своих обильных.
Соседи двинулись, и сердце с ними,
Меж путников, погонщиком ведомых.
Клянусь Аллахом, ветер лишь подует,
Как на глазах к нему я устремляюсь».
И потом Масрур вернулся к дому в крайней тоске и увидел, что он покинут любимыми. И Масрур так заплакал, что замочил свою одежду, и его покрыло беспамятство, и душа его чуть не вышла из тела, а очнувшись, он произнёс такие два стиха:
«О сжалься, стан, – унижен я, в позоре,
Худеет тело, и слезы льют струёю.
Подуй на пас их ветра благовонием,
Чтобы душа больная исцелилась».
И когда Масрур вернулся домой, он смутился духом из-за всего этого, и глаза его заплакали, и он пробыл в таком состоянии десять дней.
Вот что было с Масруром. Что же касается Зейн-альМавасиф, то она поняла, что удалась против неё хитрость, и её муж ехал с ней в течение десяти дней, а потом он поселил её в одном из городов. И Зейн-аль-Мавасиф написала Масруру письмо и отдала его своей невольнице Хубуб и сказала ей: «Отошли это письмо Масруру, чтобы он узнал, как удалась против нас хитрость и как еврей нас обманул». И невольница взяла у неё письмо и послала его Масруру. И когда письмо пришло к нему, дело показалось ему тяжким. И он так плакал, что замочил землю, и написал письмо, и послал его Зейн-аль-Мавасиф, заключив его такими двумя стихами:
Если путь мне найти, скажи, к вратам утешенья,
Утешиться как тому, кто в огненном жаре?
Прекрасны как времена, теперь миновавшие!
О, если б из них могли вернуться мгновенья!»
И когда это письмо дошло до Зейн-аль-Мавасиф, она взяла его и прочитала и, отдав его своей невольнице Хубуб, сказала ей: «Скрывай это дело». И муж её понял, что они обмениваются посланиями, и взял Зейн-аль-Мавасиф и её невольницу и проехал с ними расстояние в двадцать дней пути, а потом он поселился с ними в одном из городов.
Вот что было с Зейн-аль-Мавасиф. Что же касается Масрура, то ему перестал быть приятен сон, и не поселялся в нем покой, и не было у него терпения, и когда он был в таком состоянии, в какую-то ночь его глаза задремали, и он увидел во сне, что Зейн-аль-Мавасиф подошла к нему в саду и начала его обнимать. И он пробудился от сна и не увидел её, и его ум улетел, и смутилось его сердце, и глаза его наполнились слезами, и сердце его охватило крайнее волненье, и он произнёс такие стихи:
«Привет той, чей призрак ночью нас посетил во сне,
Тоску взволновав мою и страсть лишь усилив.
И вот пробудился я от сна, весь взволнованный
Видением призрака, пришедшего в грёзах.
Но будет ли правдой сон о той, кого я люблю,
И вылечится ль болезнь любви и недуги?
То руку она мне даст, то крепко прижмёт к груди,
То речью приятною подаст утешенье.
Когда же окончились во сне порицания
И слезы мои глаза навеки покрыли,
Напился я влагой уст её, и казалась мне
Прекрасным вином она, как мускус пахучим.
Дивлюсь я тому, что было в грёзах пронёсшихся, –
Достиг от неё тогда желанной я цели.
Но вот пробудился я от сна, и увидел я,
Что призрака нет, а есть лишь страсть и волненье.
И стал как безумный я, когда увидал её,
И пьяным я сделался, вина не вкусивши.
О ветра дыхание. Аллаха молю, доставь
Привет от тоски моей и мира желанье!
И им ты скажи, тому, кого вы все знаете:
«Превратность судьбы дала испить чашу смерти».
И потом он отправился к её жилищу и не переставал плакать, пока не дошёл до него, и он посмотрел на это место и нашёл его опустевшим, и увидел он перед собой её блистающий призрак, и показалось ему, что её образ стоит перед ним. И загорелись в нем огни и усилились его печали, и он упал, покрытый беспамятством…»
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
Восемьсот пятьдесят шестая ночь
Когда же настала восемьсот пятьдесят шестая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что когда Масрур увидал во сне Зейн-аль-Мавасиф, которая его обнимала, он обрадовался до крайней степени, а потом он пробудился от сна и пошёл к её дому и увидел, что дом опустел. И усилились его печали, и он упал, покрытый беспамятством, а очнувшись, он произнёс такие стихи:
«Почуял я бани запах и благовонья их
И с сердцем, взволнованным тоскою, направился,
Со страстью своей борясь, безумный и горестный,
Ко стану, где прелести любимых уж больше нет:
Он хворь мне послал разлуки, страсти и горестей,
И прежнюю дружбу мне напомнил с любимыми».
А окончив свои стихи, он услышал ворона, который каркал возле дома, и заплакал и воскликнул: «Слава Аллаху! Каркает ворон лишь над жилищем покинутым!»
И затем он начал горевать и вздыхать и произнёс такие стихи:
«Над домом любви зачем рыдает так ворон,
А жар мою внутренность клеймит и сжигает?
Грустя о том времени, что быстро прошло в любви,
Пропало напрасно сердце в страсти пучинах.
Я гибну в тоске, и пламя страсти в душе моей,
И письма пишу, но их никто не доставит.
О горе! Как изнурён я телом, а милая
Уехала! Если б знать, вернутся ль те ночи!
О ветер, когда её под утро ты посетишь,
Приветствуй её и встань у дома с приветом».
А у Зейн-аль-Мавасиф была сестра, по имени Насим, и она смотрела на Масрура с высокого места. И, увидев, что он в таком состоянии, она заплакала и опечалилась и произнесла такие стихи:
«Доколь приходить ты будешь в стан, чтобы плакать,
А дом уже с горестью о строившем плачет?
Ведь были в нем радости, пока не уехали
Жильцы, и сияли в нем блестящие солнца.
Где луны, которые тогда восходили в нем?
Превратности свойства их прекрасные стёрли.
Забудь о красавицах, которых любил ты встарь, –
Смотри, не вернутся ль дни опять с ними вместе?
Не будь тебя, из дому жильцы б не уехали,
И ворона ты над ним тогда бы не видел».
И Масрур заплакал сильным плачем, услышав эти слова и поняв нанизанные стихи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299 300 301 302 303 304 305 306 307 308 309 310 311 312 313 314 315 316 317 318 319 320 321 322 323 324 325 326 327 328 329 330 331 332 333 334 335 336 337 338 339 340 341 342 343 344 345 346 347 348 349 350 351 352 353 354 355 356 357 358 359 360 361 362 363 364 365 366 367 368 369 370 371 372 373 374 375 376 377 378 379 380 381 382 383 384 385 386 387 388 389 390 391 392 393 394 395 396 397 398 399 400 401 402 403 404 405 406 407 408 409 410 411 412 413 414 415 416 417 418 419 420 421 422 423 424 425 426 427 428 429 430 431 432 433 434 435 436 437 438 439 440 441 442 443 444 445 446 447 448 449 450 451 452 453 454 455 456 457 458 459 460 461 462 463 464 465 466 467 468 469 470 471 472 473 474 475 476 477 478 479 480 481 482 483 484 485 486 487 488
Загрузка...

научные статьи:   расчет возраста выхода на пенсию в России,   схема идеальной школы и ВУЗа,   циклы национализма и патриотизма  
загрузка...