ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Зря ты его взял, - заметил Потапов. - Замучается. Слабоват он
у тебя...
- И телом, и духом, - согласился дядя Витя. Но жестковато доба-
вил: - Ничего. Сделаем покрепче. А то у родителей живет, как в аква-
риуме. В Крым не взяли, боятся, что перемена климата повредит... Мне
в его годы никакие перемены не вредили... Володька, спишь?
Он не откликнулся, чтобы не вступать в неприятный разговор.
- Спит, - сказал Потапов. Давай еще по одной. У меня во фляжке
есть. И на боковую...
- А чай?
- Да аллах с ним. Сними, чтоб не выкипел.
Они звякнули алюминиевыми стаканчиками. Потом дядя Витя подошел
к Володьке, сунул ему под голову свернутую куртку, бросил на него
жесткий тяжелый плащ.
Володька дышал ровно и тихо.
- Не простынет? - спросил Потапов.
- Да что ты... Тепло, как в печке... - Дядя Витя помолчал и
немного виновато объяснил: - Куда его было девать? Пришлось взять. А
то он из-за этой чертовой собаки совсем извелся.
- А что с собакой?
- Да так... Притащил откуда-то пса. Не собака, а пугало. Жрет,
между прочим, как корова. Татьяна меня совсем заела... Ну, я с неде-
лю терпел, потом сказал Андрею. Он ее увел в карьер и хлопнул из
винтовочки...
- Татьяну? - усмехнулся Потапов.
- Собаку, - сказал дядя Витя и тоже засмеялся.
"Не двигайся, - сказал себе Володька. - Теперь все равно". Он с
удивлением почувствовал, что не хочется плакать, кричать, обвинять в
предательстве.
Дядя Витя и Потапов забрались в палатку. Поговорили и затихли.
Донесся булькающий храп.
Володька, не открывая глаз, повернулся на спину. Сейчас он не
думал о своих взрослых попутчиках. Он думал о карте.
Стало чуть прохладнее. Ночь вкусно пахла осиновыми листьями,
золой костра и близким дождем. Похоронно кричала какая-то незнакомая
птица. Дрогнул воздух: где-то в страшной дали шел тяжелый самолет.
"А у Юрика брат - бортрадист", - неожиданно подумал Володька. И
почему-то именно эта посторонняя мысль помогла ему все решить до
конца.
Приняв решение, он открыл глаза.
Сквозь дымку душного неба пробивались звезды Медведицы. Володь-
ка скользнул глазами по краю "ковша" и увидел бледное пятнышко По-
лярной звезды. Тогда он встал, поправил пояс и застегнул куртку.
Неслышно двигаясь, Володька взял ведро и выплеснул воду в дого-
рающее пламя. Костер взорвался негодующим шипением. Взметнул вихри
золы и дыма. Но тут же огонь совсем обессилел, пробежался по пунцо-
вым головешкам и пропал. Володька ногами раскидал недогоревшие ветки
и угли. Он не боялся, что проснутся дядя Витя и Потапов. Они слишком
откровенно храпели, уверенные,что ничего не может случиться.
Ночь стала совсем глухой, непроглядной. Была только темнота и
красная россыпь углей. Они горели, как непонятные письмена на черной
странице. Словно какой-то кроссворд, нарисованный огненным пером.
Володька подумал, что об этом и вспомнил, что сделал еще не все.
Он отыскал головешку покрупнее и при ее свете содрал с березо-
вого кругляка полоску коры. Кончиком ножа, на котором сидела рубино-
вая искра, он нацарапал на бересте:
Я УШЕЛ СОВСЕМ
Подумал и добавил:
В КРЮКОВО
Он был уверен, что прежде, чем поднимется шум и перекроют доро-
ги, попутный грузовик домчит его до дальней стройки.
Потом Володька ножом пригвоздил записку к пню, сбросил с пояса
ножны, отвернулся от углей и стал смотреть на север, где была доро-
га. Сначала в глазах плясали зеленые горошины, затем спустилась тем-
нота. И наконец из ночи смутно выступили березовые стволы.
Тогда, словно в темные, но знакомые сени, Володька шагнул в
лес.


1 2 3