ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ      ТОП лучших авторов Либока
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Кундера Милан

Смешные любови (рассказы)


 

Смешные любови (рассказы) - Кундера Милан
Смешные любови (рассказы) - это книга, написанная автором, которого зовут Кундера Милан. В библиотеке LibOk вы можете без регистрации и без СМС скачать бесплатно ZIP-архив этой книги, в котором она находится в формате ТХТ (RTF) или FB2 (EPUB или PDF). Кроме того, текст данной электронной книги Смешные любови (рассказы) можно комфортно и без регистрации прочитать онлайн прямо на нашем сайте.

Размер архива для скачивания с книгой Смешные любови (рассказы) равен 96.48 KB

Смешные любови (рассказы) - Кундера Милан - скачать бесплатно электронную книгу, без регистрации


Кундера Милан
Смешные любови (рассказы)
Милан Кундера
Смешные любови
Перевод с чешского Н. Шульгиной
В книгу Милана Кундеры "Смешные любови" вошли рассказы, написанные в Чехии в 1959-1968 гг. Они явились отправной точкой кундеровской прозы, в особенности его знаменитых романов "Невыносимая легкость бытия", "Бессмертие" и других.
Содержание:
НИКТО НЕ СТАНЕТ СМЕЯТЬСЯ
ЗОЛОТОЕ ЯБЛОКО ВЕЧНОГО ЖЕЛАНИЯ
ЛОЖНЫЙ АВТОСТОП
СИМПОЗИУМ
ПУСТЬ СТАРЫЕ ПОКОЙНИКИ УСТУПЯТ МЕСТО МОЛОДЫМ ПОКОЙНИКАМ
ДОКТОР ГАВЕЛ ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
ЭДУАРД И БОГ
В книге сохранены особенности пунктуации автора
НИКТО НЕ СТАНЕТ СМЕЯТЬСЯ
1
- Налей мне еще сливянки, - сказала Клара, и я выполнил ее просьбу. Повод распить бутылочку был вовсе не из ряда вон выходящим, но все-таки был: в этот день я получил сравнительно сносный гонорар за последнюю часть своего эссе, опубликованного с продолжением в нескольких номерах специального журнала по изобразительному искусству.
Уже тот факт, что эссе вышло в свет, казался чудом. Все, что я утверждал в нем, носило характер остро полемический. Моя работа, поначалу отвергнутая журналом "Изобразительная мысль", чьи редакторы седобороды и осмотрительны, впоследствии была напечатана в менее объемном, конкурирующем с "Изобразительной мыслью" издании, сотрудники которого были моложе и опрометчивее.
Гонорар, а вместе с ним и письмо принес мне на факультет почтальон; письмо малозначительное; в состоянии свежеобретенной самонадеянности я едва пробежал его глазами. Однако дома, когда время уже близилось к полуночи, а содержимое бутылки - ко дну, я взял письмо со стола и стал читать с явным намерением повеселиться.
"Уважаемый товарищ и - с Вашего разрешения - мой коллега! - вслух прочел я Кларе. - Прошу Вас извинить меня за то, что я, не имеющий чести знать Вас, осмеливаюсь писать Вам. Обращаюсь к Вам с просьбой: не отказать мне в любезности прочесть прилагаемую статью. Не будучи знаком с Вами лично, я уважаю Вас как человека, чьи взгляды, суждения и выводы столь удивили меня своим совпадением с результатами моего собственного исследования, что я был просто потрясен. Так, например, при всем моем преклонении перед Вашими суждениями в плане сравнительного анализа, которым Вы, вероятно, владеете лучше меня, я категорически утверждаю, что к мысли о том, что чешское искусство всегда было близко народу, я пришел до того, как прочел Вашу работу. Я мог бы это легко доказать, ибо, помимо прочего, располагаю и свидетелями. Но это только так, к слову сказать, ибо Ваш труд..." - тут следовал еще ряд дифирамбов в адрес моей персоны, а затем просьба: не согласился бы я, дескать, написать на его статью рецензию, а точнее, отзыв для "Изобразительной мысли", где данная статья уже более полугода лежит без движения. Моя рецензия, насколько ему известно, может оказаться решающей, а потому я для него, автора этих строк, единственная надежда, единственный огонек в поглотившей его непроглядной тьме.
Мы, конечно, не преминули посмеяться над паном Затурецким, чье высокородное имя нас буквально зачаровывало; однако наши шутки были вполне благодушными, поскольку фимиам, который он курил мне, особенно в сочетании с превосходной сливянкой, смягчал меня. Смягчал настолько, что в те незабвенные минуты я возлюбил весь мир. И в этом огромном мире - прежде всего Клару. Уже хотя бы потому, что она сидела напротив меня, тогда как остальной мир был скрыт за стенами моей мансарды в пражских Вршовицах. И не имея возможности чем-то одарить тот, большой мир, я одаривал Клару. По крайней мере обещаниями.
Клара была девушкой двадцати лет от роду, из хорошей семьи. Да что там из хорошей - из отличной семьи! Папочка, бывший директор банка, как представитель крупной буржуазии в пятидесятом году был выслан в отдаленную от Праги деревню Челаковице. Доченька по злой воле кадровиков работала швеей в большой мастерской пражской фабрики модной одежды. Сейчас я сидел против нее и лез из кожи вон, чтобы снискать ее благосклонность хотя бы тем, что легковесно расписывал ей преимущества будущей работы, на которую я обещал устроить ее с помощью моих друзей. Невозможно, убеждал я ее, чтобы такая прелестная девушка, как она, убивала свою красоту, сидя за швейной машиной. Я был полон решимости сделать ее манекенщицей.
Клара не возражала мне, и мы провели ночь в счастливом взаимопонимании.
2
Человек проживает настоящее с завязанными глазами. Ему дано лишь думать или догадываться, что он живет. И только позднее, когда ему развязывают глаза, он, оглядываясь на прошлое, осознает, как он жил и в чем был смысл этой жизни.
В тот вечер я думал, что пью за свои успехи, и вовсе не предполагал, что это торжественный вернисаж моих закатов.
А так как я ничего не предполагал, то и проснулся утром в отличном настроении, взял в постель статью, приложенную к письму, и, пока Клара блаженно посапывала рядом, с веселым равнодушием приступил к чтению.
Статья, озаглавленная "Миколаш Алеш, мастер чешского рисунка", не стоила даже того получаса рассеянного внимания, что я ей уделил. Это было беспорядочное нагромождение банальностей без всякого представления о логической связи, без малейшей честолюбивой попытки разбавить их хоть какой-нибудь собственной мыслью.
Мне стало совершенно ясно, что статья эта - несусветная чушь. Кстати, доктор Калоусек, редактор "Изобразительной мысли" (в сущности, человек малоприятный), в тот же день подтвердил это; позвонив мне на факультет, он сказал: "Ну как, получил трактат этого самого пана Затурецкого?.. Тогда напиши. Уже пятеро рецензентов зарубили ее, а он никак не угомонится, теперь решил, что единственный настоящий спец - это ты. Напиши в двух словах, что это полная дребедень, ты это умеешь, язвительности тебе не занимать, тогда уж он оставит нас в покое".
Тут что-то во мне воспротивилось: почему, собственно, я должен быть палачом пана За-турецкого? Я что, получаю за это редакторскую зарплату? К тому же я прекрасно помнил, что именно в "Изобразительной мысли" из осторожности завернули мою статью; зато имя пана Затурецкого крепко увязывалось для меня с Кларой, сливянкой и восхитительным вечером. И наконец - не стану отрицать, это же вполне по-человечески, - и одного пальца мне было бы достаточно, чтобы сосчитать тех, кто полагает меня "настоящим спецом"; так чего ради терять мне и этого единственного?
Я закончил разговор с Калоусеком какой-то невнятной остротой, которую он мог счесть обещанием, а я - всего лишь уверткой, и повесил трубку, будучи твердо уверен, что рецензию на пана Затурецкого не напишу никогда.
И вместо рецензии я, вынув из ящика стола почтовую бумагу, написал пану Затурецкому письмо, в котором, обойдя какую бы то ни было оценку его работы, извинился и сообщил, что мои взгляды на живопись девятнадцатого века считаются порочными и дерзкими, и потому мое мнение - особенно в редакции "Изобразительной мысли" - могло бы скорее навредить делу, чем поспособствовать; при этом я обволок пана Затурецкого таким дружелюбным многословием, что трудно было бы не усмотреть в нем моего расположения.
Стоило мне опустить письмо в почтовый ящик, как я тотчас забыл о пане Затурецком. Зато пан Затурецкий не забыл обо мне.
3
В один прекрасный день, только я закончил лекцию - в институте я веду курс истории живописи, - в дверь аудитории постучала наша секретарша, пани Мария, приветливая пожилая дама, что нередко варит мне кофе и избавляет от нежеланных женских телефонных звонков. Заглянув в дверь, она объявила, что меня дожидается неизвестный господин.
Мужчины не вызывают во мне страха, и я, попрощавшись со студентами, бодро-весело вышел в коридор. Низкорослый человечек в поношенном черном костюме и белой рубашке поклонился мне и весьма учтиво сообщил, что он Затурецкий.
Я пригласил его в свободную комнату и, предложив кресло, учтиво завел с ним непринужденный разговор обо всем на свете, о том, какое нынче в Праге мерзкое лето и какими выставками она нас балует. Пан Затурецкий вежливо поддакивал моему трепу, однако каждое мое слово стремился тотчас увязать со своей статьей о Миколаше Алеше, пролегшей между нами в своей незримой субстанции, точно неустранимый магнит.

Смешные любови (рассказы) - Кундера Милан - читать бесплатно электронную книгу онлайн


Полагаем, что книга Смешные любови (рассказы) автора Кундера Милан придется вам по вкусу!
Если так выйдет, то можете порекомендовать книгу Смешные любови (рассказы) своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Кундера Милан - Смешные любови (рассказы).
Возможно, что после прочтения книги Смешные любови (рассказы) вы захотите почитать и другие бесплатные книги Кундера Милан.
Если вы хотите узнать больше о книге Смешные любови (рассказы), то воспользуйтесь любой поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Кундера Милан, написавшего книгу Смешные любови (рассказы), на данном сайте нет.
Отзывы и коментарии к книге Смешные любови (рассказы) на нашем сайте не предусмотрены. Также книге Смешные любови (рассказы) на Либоке нельзя проставить оценку.
Ключевые слова страницы: Смешные любови (рассказы); Кундера Милан, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно.
загрузка...