ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

.. это самое..." Еле сдерживаю смех. "Спасибо, Ванечка". Возвращает пестрое "полотенце". Поворот на одной ноге с помощью услужливых рук, одна из которых оказывается у меня на бедре, а одна под правой рукой. Интересно, что при этом половина ладони касается моей правой груди - случайно или нет?
Обе груди в контакте с огромным торсом. Неконтролируемая эрекция сосков. Продолговатый восторг под тонкими шортами Сергея весьма ощутим моим животом, активность Ивана, направленная вниз, к...
"Ай, я там обгорела!" Осторожное промокание ягодиц. Еще большее блаженство и влажное возбуждение, лучше остановиться, пока не...! "Спасибо вам обоим". "Иван, ты не поможешь мне надеть платье?"
Непроизвольное сжатие рук Сергея, нерешительность Ивана и тут же поспешный вопрос: "Как ваша нога?" Внезапная боль в забытой ноге. "Сергей - медик, а я прошел курс первой помощи, но мы не можем помочь вам здесь, Лена. Здесь слишком темно!". Оживление Сергея: "Как вы доберетесь домой? Вам далеко? Мы живем прямо здесь, наверху. У нас есть аптечка первой помощи". Пока натягивается платье, пребываю в раздумье.
"Спасибо за предложение!" Снова обнимаю их за плечи, и они несут меня на руках. Невозможно придержать платье, Иван надрывается, но не подает виду. Между елей и кустов шиповника - к неосвещенному дачному домику. "Мы снимаем его у отца Ивана", - говорит Сергей, принявший всю ношу на себя, чтобы Иван открыл дверь и зажег свет. Затем меня вносят с террасы в большую комнату, где все несет на себе печать "непринужденного холостяцкого отдыха": магнитофон в окружении стаканов, бутылок, разбросанная одежда и песок на полу.
"Здесь есть ванная?" Оба в один голос: "Есть!" - "Я вам помогу", добавляет Сергей. "Я справлюсь сама, только доведите меня". Отличная, выложенная кафелем ванная со всем необходимым. Писаю и промокаюсь всюду песок. На одной ноге под теплыйщш, смываю песок, промываю рану. "Черт!.." Все равно приятно расслабляет. Трудно вытираться, стоя на одной ноге! Не менее трудно снова натянуть платье. Смотрюсь в чужое зеркало, причесываюсь чужой, не очень чистой расческой. Вполне довольна отражением в зеркале, вспоминаю слова дочерей: "Ты у нас девушка что надо!"
Возвращаюсь в уже прибранную комнату. Сильная усталость в слишком шустрой ноге, опускаюсь на большой диван. "Лена, я тут вам налил... в смысле, нам всем, подкрепиться", - говорит Иван и протягивает мне граммов сто чего-то светло-коричневого в высоком стакане.
"Это виски, - объясняет Сергей. - Надеемся, вы любите?" Оба вовсю стараются не походить на заговорщиков. "Я с удовольствием выпью, но только если вы разбавите чем-нибудь прозрачным и шипучим!" Тут же приносится и наливается совсем немножечко содовой.
"Давайте выпьем за ваше скорейшее выздоровление", - подняв свой стакан, произносит Сергей, которым уже успел переодеться в белый махровый халат. "Ваше здоровье!" Коктейль крепок, от него по всему телу расходится тепло. "Может, посмотрим больную ногу?" - говорит Иван, садится на диван, поднимает мою ногу и боком пододвигается под ней. "Так будет сподручнее. Надо, наверное, что-нибудь постелить на диван!" Иван приносит полотенце и красный ящичек для инструментов, в котором оказывается все необходимое для ремонта поврежденных конечностей, но в котором также содержится солидный запас женских тампонов и презервативов.
"У него отец холостяк", - поясняет Сергей. "Никогда бы не подумала", - отвечаю я. Подозрительно испытующий взгляд Сергея. Иван, поставивший кассету с Гленом Миллером, улыбается. "Мама ужасно его любит", - говорит он. Так мне и надо! "Он не то хотел сказать, перебивает его Сергей, досадливо косясь на друга, - мы совершенно без ума от старого джаза... это самое, в смысле, он ведь современен, правда? Ваше здоровье!" Поднимаю стакан: "Ваше здоровье!" Делаю большой глоток, тепло, которое сегодня уже во второй раз отправляется в эрогенное путешествие.
Иван начинает обрабатывать рану, удаляет что-то пинцетом. "Стекло, - говорит он. - Кровит прилично!" - "Согните вторую ногу, чтобы ему лучше было видно", - подсказывает Сергей. "Сейчас я протру спиртом", объявляет Иван. Жгучая боль: неожиданное самосгибание здоровой ноги. Платье между бугорком Венеры и пупком - явный коллапс всех сдерживающих центров!
Иван целиком поглощен ватой и спиртом в ногах дивана. Рука Сергея поправляет платье и отправляется на прогулку под ним с мягкой посадкой ладонь и четыре пальца на густо заросшей Венере, а пятый палец спускается ниже, к кнопке эротической тревоги. Электрические мурашки по всему телу. Разбуженные, твердые как камень соски. С трудом сохраняю спокойствие. Моя левая рука уходит под халат. Шорт нет! Дрожащий, большой и горячий. Слишком толст для одной руки. Музыкальное сопровождение - "Серенада восходящего солнца".
"Сильно жжет? - спрашивает Иван. - Вы так дергаетесь, осталось наложить тампон... И наклеить пластырь". Ни один разумный ответ на ум не приходит. Платье снова задирается, опять голая и открытая. Легкий массаж пальцами. Неутомимые пальцы Сергея обследуют чувствительный и уже изрядно намокший нервный центр. Очень трудно лежать спокойно.
"Все готово", - гордо раздается с пола у ног дивана. - Если только вы не будете наступать..." Глаза над валиком дивана. Изумленные, полные любопытства карие глаза попеременно смотрят в мои голубые и в мою розовую... Кровь приливает к ушам, в душе паника. Нежелание эротического торможения. Непреодолимое желание дальнейшей эскалации. Мобилизация: "Спасибо за ногу, Иван. А теперь приглуши свет и помоги мне снять платье". Вначале замешательство, потом уменьшение мощности до сорока пяти ватт в комнате, переход к двумстам на диване. Музыкальное сопровождение - "Серенада лунного света".
Отстыкованный Сергей опускается вниз у меня между ног. Двойная стыковка: Иван стаскивает платье под моей спиной и над моей грудью. Затем эффект пениса под его уже слишком тесными шортами. Сергей приземлился носом на окраине Венеры, а его язык бродит по вестибюлю и вокруг... невыноси-и-и-и-мо прекрасно - очень близко к точке плавления.
Наконец платье снято. "Можно я... в смысле... вы не возражаете?" Шорты Ивана сползают на пол. Большой обрезанный восторг под пестрой рубашкой - и нервные, бесприютные руки. Сама делаю шаг к эскалации: "Давай, подойди ко мне... стань на колени... возьми мою грудь!" Две руки, пальцы и язык на моих перезрелых, набухших, чувствительных дынях, моя правая рука сползает с дивана. Осторожный захват - вверх, вниз. Вверх... еще один - пожалуй, чуть поменьше, но полный такого же бурного, горячего восторга.
Провал и вагинальное плавление, исходящее от мертвой хватки двух рук на спине - от головы и языка между ног и в розовом центре эротического подогрева - и еще от двух рук, десяти пальцев и языка, завладевших моей грудью.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41