ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Убери их со стола и слушай. Она вдова судовладельца, - сказал моряк. - Живет на окраине города. Говорят, эта бабенка любит красивых мужиков, хотя сама - смотреть не на что. Года три назад сюда приехал какой-то молодой герцог, за его поимку обещали крупную награду. Он попросил устроить его на судно, а она ему:
"Устрою, если ты устроишь меня". - Моряк захохотал.
- А где найти эту женщину?
Но моряк пропустил вопрос мимо ушей.
- Говорят, она с ума сходит без мужиков. Она любит, чтобы ее хорошенько похлестали до того, как пустит в свою конуру, - он снова захохотал, привлекая внимание соседей.
- Ближе к делу. Хватит болтать! - Чезаре уже терял терпение.
Они покинули таверну и пошли по узким улицам. Возле большого дома с верандой и лестницей, над которой висел фонарь, герцог сунул проводнику несколько монет.
- Ни слова об этом никому, - пригрозил он. - Если начнешь болтать, тебе оторвут голову.
В глазах старого моряка промелькнул страх.
- Да, синьор, - ответил он. - Зачем мне болтать, когда я и так стал богатым.
Чезаре постучался в дверь большого дома. Вскоре слуга повел его к хозяйке. У нее было властное лицо со следами былой красоты. А теперь женщина состарилась, располнела и обрюзгла.
- То, о чем вы просите, рискованное дело, - сказала она.
- Я хорошо заплачу.
- Но я не бедна, ваша цена меня не очень интересует. Итак, слухи о ней верны. Он решил облегчить ее проблемы.
- Но что же я могу вам предложить, синьора?
- Мне не хватает мужчины в постели. Чезаре улыбнулся.
- Синьора, такая откровенность столь замечательной женщины достойна уважения.
- Зато такому красивому мужчине, как вы, вряд ли нужна пожилая женщина, но... - она в нерешительности заколебалась, - но такова уж моя последняя цена.
- Синьора, вы меня удивляете. Ведь вы предлагаете мне наслаждение, а говорите о какой-то цене.
Приблизившись к Чезаре, она страстно обвила его руками.
- Мой покойный муж был хорош тем, что знал мои причуды, - прошептала она, теснее прижимаясь к нему.
- Причуды? Вас возбуждает что-нибудь ненормальное?
- Да, он обычно хлестал меня гнутом. Но кнута у меня больше нет, к тому же теперь, с возрастом, я предпочитаю несколько ударов тростью, которую я держу в будуаре. Извините, я отошлю слуг, - прошептала она.
Через несколько минут хозяйка появилась в шелковом халате, свежая и даже привлекательная. Они поднялись по лестнице в тщательно прибранный будуар с большой кроватью, на которой лежала длинная гибкая трость.
- Может, разденешься? - умоляюще предложила она. Когда Чезаре выполнил ее просьбу, она подошла к нему, сбросив халат.
- Поцелуй меня, а потом похлещи, пока не закричу.
Она потащила его к кровати и легла лицом вниз. Чезаре взял трость, размахнулся и резко ударил по толстой ягодице.
Хозяйка вздрогнула и издала глухой стон. Он повторил удар, она вскрикнула, дергаясь и извиваясь, на вспухшей коже остался кровавый след. Трость свистела в воздухе...
Наступил момент, когда она завизжала:
- Бери меня! Скорее!..
Чезаре притянул ее, поставил на колени. В глаза бросилась ее раковина, широкая и просящая, влажная от желания. Он вставил в нее свое жало и резко втолкнулся. Она задрожала, завизжала. Он мял ее толстые ягодицы, тискал, пошлепывал, врезаясь все глубже и глубже.
Каждый раз, когда он вонзался в нее, ударяясь бедрами о красную от побоев задницу, она судорожно прижималась к нему ягодицами. Он, разделив их, сунул два пальца в расщелину, другой рукой обхватил ее за живот и притянул к себе, до предела вонзившись в нее. В то же мгновение сокрушительный разряд, подобный удару молнии, заставил его содрогнуться и замереть в сладостной конвульсии...
Когда Чезаре в сопровождении слуги направлялся к таверне, к нему подбежал один из верных ему людей.
- Скорее, сир, сойдите с дороги!
Он схватил Чезаре за руку и потянул за собой.
- Что случилось? - спросил Чезаре. - Быстрее, я тороплюсь на причал.
- Слишком поздно, сир. Кто-то проговорился, и люди короля держат под контролем порт. Все провалилось. Чезаре выругался.
- Сир, наши лошади стоят в конюшне недалеко отсюда. Единственный шанс - скакать к границе Наварры.
Чезаре не терял времени. Он отпустил слугу, приказав ему сообщить госпоже, что обстоятельства изменились, и он не поедет.
В конюшне лошади стояли наготове, и герцог, окруженный верными людьми, поскакал навстречу долгожданной свободе...
* * *
Чезаре удалось бежать из Испании в Наварру, во владения своего шурина короля Хуана.
Новость о его побеге дошла до Ватикана, вызвав там тревогу. Он послал письмо королю Франции, предложив свои услуги армии Людовика.
Через несколько недель пришел холодный отказ: человек, который служил в лагере Гонсало де Кордобы, не может считаться другом Франции.
Это была горькая пилюля, надежда на возврат былых владений улетучилась.
В это время обострилась обстановка и в Наварре, где усилилась вражда между двумя влиятельными группировками феодалов.
Семейство Бомон отказалось подчиниться королю. Тот предложил Чезаре титул капитан-генерала с армией в десять тысяч человек для осады оплота мятежников - крепости Виана.
Рассчитывая приобрести себе союзника в лице короля, Чезаре согласился.
Крепость была неприступна, но припасы ее защитников уже иссякли, и можно было рассчитывать на быструю победу. Но осажденные нашли выход из положения: по ночам они просачивались через позиции королевских войск и добывали еду в соседнем городе.
В ту роковую ночь один из отрядов Чезаре случайно наткнулся на лазутчиков. Прозвучала тревога, и герцог Борджиа начал преследование во главе своих всадников.
Он был вне себя от ярости и, увлекшись атакой, вырвался далеко вперед.
Десятка два отступающих, заметив одинокого всадника, повернули коней и окружили Чезаре. Он пытался отбиться, повалил несколько нападавших, но и сам был сражен ударом сабли.
Новость о его гибели потрясла наваррцев. Даже противники воздали ему должное за смелость и отвагу. Однако многие говорили, что Бог, наконец, покарал этого кровавого, жестокого человека.
* * *
Так рухнул дом Борджиа. Но еще долго итальянские матери пугали своих непослушных детей именами Чезаре, Лукреции и Родриго Борджиа, чьи грехи, возможно, прощенные на небесах, вряд ли будут когда-нибудь забыты на земле.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25