ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

А они в это время спокойно считают от десяти до ноля. И я знаю, что к тому времени, когда услышу «ноль», я должна с любезной улыбкой попрощаться со зрителями. Если же теряется какой-то фрагмент новостей, я слышу, как кто-то вопит: «Займи время, Фейт! Давай! Давай! Давай!» Но я не расстраиваюсь, я могу справиться с подобными трудностями. Однажды мне пришлось, заполняя время в эфире, говорить вместо тридцати секунд четыре минуты! И я горжусь тем, что сохраняю спокойствие в таких ситуациях и могу начинать или заканчивать точно в тот момент, когда требуется. Еще одно – поскольку мой микрофон всегда включен, я слышу все сплетни и пересуды, которые звучат во время моей программы. Видите ли, прогноз погоды – для них простой. Они в этот момент могут расслабиться, так как делать им нечего. Я пользуюсь своим переключателем и веду программу экспромтом, у меня нет телесуфлера. Так что пока я выступаю в прямом эфире, я слышу, как они обсуждают недостатки отснятых сюжетов, или просят гримеров уложить волосы Терри, или дают инструкции оператору, когда сделать крупный план, или же просто хвастаются, какую девчонку отхватили в пабе. Они забывают о том, что я слышу каждое их слово. Так что рассказывать о погоде довольно нервная работа, но мне она нравится. Действительно нравится, особенно в это время года. Понимаете, я люблю зиму, и не только потому, что с оптимизмом смотрю на жизнь, просто зимой погода потрясающая. Летом у нас только три варианта: дождь, облачно или ясно. Но в холодное время года идет настоящая работа. В нашем распоряжении лед, туман, мороз, дождь, кроме того, дождь со снегом, град и снег. Бывает и хорошая, ясная погода, когда идет антициклон, но могут налететь и ураганные ветры. В общем, если вы работаете в области метеорологии, как и я, то сами знаете, что зима замечательное время года. И хотя вставать так рано просто ужасно, но мне хорошо на работе. Даже сегодня, несмотря на мои тревоги и головную боль, я почувствовала привычное возбуждение, когда мы подъезжали к воротам.
У меня уходит минут двадцать на то, чтобы добраться до студии, оборудованной в бывшем здании торговых складов. Это сооружение нельзя назвать красивым, но мне оно нравится. Главный офис с открытой планировкой находится на третьем этаже, что, безусловно, имеет свои недостатки, и не последний из них тот, что каждое утро, приходя на работу, я вижу пепельные лица своих коллег. Они сидят в зеленоватом свете экранов своих компьютеров, словно статисты из «Ночи живых мертвецов», но все это оттого, что они полгода проводят почти в абсолютной тьме. Обычно я приезжаю в четыре часа, пью кофе эспрессо из автомата и приступаю к работе. Во-первых, я читаю сводки, присланные по факсу из Международного бюро прогнозов, это основной материал для моих сообщений, затем сажусь за свой компьютер с «радужным» защитным экраном и изучаю метеорологические таблицы, полученные со спутника. Хотя по образованию я и не метеоролог, но по-настоящему хорошо знаю свой предмет, потому что, когда меня взяли на работу в «Утренние новости», меня отправили на специальные шестинедельные курсы. Так что я не просто повторяю написанный кем-то текст, а составляю свой собственный. Если говорить начистоту, я не представляю собой тот тип эффектной девушки, объявляющей с экрана прогноз погоды. Николь Кидман в «Умереть во имя…». Нет, это не я. Роскошная блондинка? Нет. По правде говоря, я больше похожа на серую мышку, поэтому, наверное, и получила свою работу.
– Что нам больше всего понравилось в вас, так это то, что вы такая милая и неприметная, – сказал наш редактор-зануда Даррил во время собеседования. – Вы не представляете собой большой угрозы для домохозяек. Они будут сидеть перед телевизорами и думать: «Ну, я могла бы сделать и лучше».
Честно говоря, не знаю, что и сказать по поводу подобного замечания. Но я позволила себе истолковать его слова в свою пользу. Я поняла, что он имел в виду: он хотел найти женщину, которая выглядела бы по-деловому, но в то же время приятно, а я так и выглядела. Я не такая ведущая, которая изо всех сил стремится оказаться в центре внимания или то и дело «подмигивает» публике.
Я просто прихожу на работу и выполняю ее с улыбкой и со знанием дела. Я счастлива, когда стою у карт со своим микрофоном, говорю о внезапном похолодании или солнечных днях и не рассматриваю свою передачу как ступеньку к чему-то большему. Я получила работу, которая мне нравится, – и очень благодарна, в отличие от нашего репортера шоу-программ, Татьяны.
– Привет, Татьяна, – с чувством сказала я, проходя мимо ее стола. Обычно она отвечает мне довольно тепло, потому что знает: я не представляю собой никакой опасности, но сегодня она была слишком занята и не услышала меня. Она рассматривала рекламную фотографию Софи, нашей новой ведущей утренней программы.
– Доброе утро, Татти, – предприняла я еще одну попытку и была вознаграждена слабой улыбкой. Затем она положила нож, бросила обрывки фотобумаги в мусорное ведро и направилась к Терри. Я стараюсь держаться в стороне от внутренних интриг в офисе, но эта пара явно вступила в сговор. Они решили превратить жизнь Софи в сущий ад. Татьяна мечтала получить эту должность. Мечтала уже много лет. И когда наша прежняя ведущая Гейби ушла на другой канал, Татьяна вообразила, будто место достанется ей. Терри тоже очень этого хотел, так как знал, что она не станет мешать, выставляя его в невыгодном свете. Видите ли, он представитель старой школы. Он не считает себя соведущим программы, но ведущим номер один. И ведущий номер один – мужчина средних лет – берет на себя все основные сюжеты и репортажи, в то время как ведущая номер два – молодая блондинка – сидит и восторженно смотрит на него, перед тем как объявить какой-нибудь сюжет по вязанию. Так было у Терри и Гейби, но Софи совершенно другое дело.
– Доброе утро всем! – весело поздоровалась Софи, когда я изучала свои изобары. – Послушайте, кто-нибудь видел, как вчера вечером Джереми Паксман подколол русского министра обороны? – спросила она, снимая пальто. – По-моему, то, что он говорил о Чечне, абсолютно верно. Он считает, Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе следует активнее участвовать в переговорах, и, должна признаться, я полностью с ним согласна.
– В самом деле? – спросил Терри.
– Что же касается того, что русские втихую делятся опытом ядерного вооружения с Ираком, это просто международный скандал, вам не кажется?
– Пожалуй.
Терри тридцать девять лет, во всяком случае, он так утверждает, он получил бакалавра с отличием третьей степени в Вулвергемптонском политехническом институте. Он еще не привык к тому, что рядом с ним на студийном диване оказалась двадцатичетырехлетняя выпускница Оксфорда, закончившая его с первой ученой степенью в области политики, философии и экономики.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16