ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Неужели погас, - пробормотал он, когда прошло несколько секунд, показавшихся ему вечностью.
Но в этот момент за холмом полыхнуло зарево и тотчас раздалось несколько диких криков. А затем поднялась невообразимая суматоха. В неясных отсветах разгоревшегося пламени, казавшегося не таким уж большим со стены, Тарас увидел разбегавшихся в стороны вооруженных людей.
- Смотри-ка, брат, да мы угодили в самую гущу, - хлопнул он по плечу Темпея, - ай да молодцы артиллеристы. А ну давай второй горшок туда же!
После второго взрыва суматоха на холме перед крепостью переросла в настоящую панику. А драка на стенах едва ли не прекратилась. Все, кто лез на стены по лестницам, остановились и устремили свои взгляды назад, позабыв про осторожность. За что многие тут же поплатились своей жизнью.
Но то, что Тарас увидел дальше, удивило его еще больше. Солдаты Ставроса, побросав мечи, разбегались кто куда. А несколько из них, объятые пламенем, корчились в судорогах на земле. Другие катались по траве, пытаясь безуспешно сбить пламя. Один такой человек-факел, на котором загорелись даже волосы, после того как он сбросил шлем, пытался сорвать с себя доспехи. Но это ему не удалось. Кожа доспехов расплавилась, спекшись с его телом, а раскаленные медные пластины причиняли ему невыразимую боль. Он дико кричал до тех пор, пока не выхватил меч у одного из солдат и не бросился на него, чтобы прекратить свои страдания. Это был сам Гиперкид.
- Я предлагал тебе умереть с мечом в руках, - тихо проговорил Тарас, узнав вождя Ставроса, - но не так, а в поединке. Ты сам выбрал свою судьбу.
Победа была полной. Оставшиеся воины Ставроса, побросав оружие, разбежались кто куда, испытав на себе огненное дыхание богов. Так что, когда Тарас решился на рассвете сделать вылазку со своими солдатами, чтобы осмотреть прилегавшую к городу местность, он не обнаружил ничего, кроме трупов. Тем не менее Тарас прочесал все прилегавшие склоны и дошел почти до перевала, лишь там окончательно уверился в том, что враг разгромлен, и вернулся в город.
На подходе он заметил еще одно войско, приближавшееся к Ставросу с того же перевала, откуда пришел Гиперкид. Но, приглядевшись, быстро успокоился. Это были люди Иксиона.
- Я вижу, тебе даже не понадобилась моя помощь, - усмехнулся здоровяк, увидев Гисандра во главе своих морпехов и следы разрушения повсюду.
- Да, - кивнул тот, снимая шлем, - мне удалось справиться самому. Правда, очень помогли твои солдаты, настоящие храбрецы. Да еще пригодились баллисты.
Тарас устало махнул рукой в сторону полуразрушенного города и сказал.
- Можешь занять город Одиссея, я дарю его тебе.
Когда войско вошло в город, а корабли, проведя ночь в море, вернулись в гавань, Иксион сообщил Тарасу неожиданную новость:
- Да, совсем забыл сказать, Гисандр. К тебе в Ватхий прибыл человек из Спарты.
- Никто не знает, что я здесь, - напрягся Тарас, удивленно поднимая брови.
- Он знает. Это Клеандр.
Услышав это имя, Тарас вздрогнул. Пифий царя Леонида не стал бы рисковать своим положением без особой причины. Значит, он привез новости, которых Гисандр ждал уже давно.
- Мне нужно немедленно возвращаться в Ватхий, - проговорил Тарас, погружаясь в свои мысли, - тем более что война закончена. Мы победили. Отныне Итака теперь твоя.

Глава девятнадцатая Тайный флот
К исходу второго дня его караван оставил далеко позади открытое море, миновал Патры и теперь рассекал Коринфский залив между расходившимися все дальше берегами Локриды и Ахайи. Здесь уже встречалось немало кораблей из разных греческих полисов, но они, завидев пятнадцать грациозных триер, шедших под парусами, предпочитали обходить караван стороной. Почти все захваченные корабли Гиперкида пришлось оставить на Итаке, солдат для них не нашлось. После сражений первый спартанский наварх едва смог укомплектовать морпехами собственные триеры.
Тарас прошелся по палубе, пытаясь разглядеть далекие берега залива, но тщетно. Они тонули в легкой дымке. День, что уже понемногу клонился к вечеру, выдался жаркий. К счастью, плыть оставалось недолго. Гисандр, не впервые бороздивший эти воды, мог и без помощи Иллария предсказать, что вскоре они достигнут берегов Фокиды. Скорее всего, еще засветло.
«Наше появление может вызвать у охранников Кирры большой переполох, - подумал он, все еще блуждая взглядом вдоль размытой линии горизонта, - жаль, что Клеандра со мной нет. Он бы их быстро успокоил. Впрочем, я и сам справлюсь».
Где-то там, где заканчивались берега Ахайи, залив был ограничен берегами другого полиса, гораздо меньшего по площади, но куда более мощного и развитого Коринфа, чье имя даже носил этот залив в Ионическом море. Там же находился Истм, небольшой перешеек, самое узкое место в Коринфе и единственный путь по суше из остальной Греции в Пелопоннес. Об этом перешейке каждый раз вспоминали в случае нападения врагов. Именно здесь многие полководцы Пелопоннеса, включая «домоседов»-спартанцев, всегда хотели обороняться, забыв про остальную Грецию.
- Вот бы там канал прорыть, - вырвалось вслух у Тараса, - через этот Истм. Не хуже Суэцкого получился бы.[15] Очень нужное дело, и как только жители Коринфа до такого не додумались. Раз, и ты уже в Эгейском море. И не нужно мучиться, тащить корабли волоком по деревянным рельсам, как сейчас, или совершать кругосветное плавание вокруг Пелопоннеса. Сиди себе, поднимай шлагбаум и получай барыши за проход караванов. Больше ничего и делать не потребуется.
Примерно часа через три, когда появились первые признаки заката, Гисандр бросил взгляд поверх острого носа «Тайгета» и заметил знакомые очертания городских стен. Это была Кирра, из которой он уже не раз отплывал и не раз в нее возвращался за время последней кампании у Дельфийских проходов. Война с персами длилась, в сущности, не так уж долго, но в жизни Тараса за этот короткий промежуток произошло столько событий, что ему казалось - прошла вечность.
- Жаль, Клеандра нет, - опять вспомнил о царском пифии Тарас, глядя, как к нему навстречу, едва завидев караван, устремились несколько триер местного флота, и усмехнулся. - Забеспокоились. Конечно, есть о чем переживать. С такой силой я могу ваш городишко стереть в порошок. Конечно, Клеандр бы с вами поговорил на своем языке, не люблю я кривить душой, но и мне в дипломатии кое-что по силам.
При этом он непроизвольно похлопал себя по нагруднику, под которым находился небольшой кошель с золотом, для того чтобы сгладить возможные шероховатости при встрече с местными чиновниками. Хотя, если все пойдет по плану, этого и не понадобится. Новый кошель передал ему, конечно, Клеандр. Сам же он не мог отправиться в путь с Гисандром и остался на Итаке.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74