ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Она спит и видит, чтобы заполучить мужика, пока ее яйцеклетки совсем не стухли. Можем пригласить их на ужин. И посмотрим, что получится.
Салли передернуло при одной мысли о сводничестве. И не оттого, что придется провести вечер с Дятлом Чарли и Убогой Дженни. Они с подругами давно прозвали так несчастную девушку, да и сама Дженни догадывалась о кличке.
Салли легла на кровать и взяла книгу. Последние четыре дня они с Маркусом выработали особый код: когда она берет книгу, он должен прекратить ее донимать и ложиться в свою постель. Но сегодня вечером Маркус сел на кровать рядом с женой и стал легонько поглаживать ее длинные загорелые ноги.
– Что ты делаешь? – подозрительно проговорила Салли.
– Какие гладкие у тебя ноги, – промурлыкал он.
– Я не в настроении, – ответила она, понимая, что последует за ласками.
– Брось, – произнес Маркус и поцеловал ямочки под обеими ее коленками.
Салли поджала ноги, чтобы быть вне досягаемости. Но тогда Маркус потянул на себя ее лодыжки.
– Я сделаю все, что хочешь, Сал, – прошептал он. – Все, что пожелаешь. Хочешь, поласкаю тебя языком? Тебе же нравится.
Лицо Салли, невидимое за книжной обложкой, перекосилось от отвращения.
– Я ничего не хочу, – безжизненным голосом произнесла она.
– Должны же у тебя быть желания. Брось. Скажи мне, чего тебе хочется.
– Как насчет… закончить эту главу и лечь спать?
– Зачем тебе ложиться спать? Утром вставать не надо. Не надо бежать на электричку на Ватерлоо в шесть сорок пять. Мы в отпуске.
– Я устала, – настаивала Салли.
– Может, это тебя взбодрит, – сказал Маркус, хитро подмигнув.
Он откинул Салли на подушки, задрал защитную ночную рубашку и принялся покрывать ее тело поцелуями: грудь, ребра, плоский загорелый живот. Каждый раз, когда его губы касались ее кожи, Салли деревенела.
– Маркус, – произнесла она, надеясь, что говорит достаточно предупредительным тоном, чтобы он понял: его внимание ей неприятно.
– Ты такая вкусная и шоколадная, – пробормотал он, не отрывая губ от ее живота. – Тебе так идет загар. Я говорил тебе, какая ты красивая?.. – Поцелуи не прекращались.
– Маркус, – снова попыталась Салли. Еще один поцелуй.
– Маркус. Прошу тебя. – Салли обхватила голову мужа обеими руками и мягко оторвала его губы от своего пупка. Ей казалось, что жест недвусмысленный. – Я ус-та-ла.
Но Маркус лишь отодвинул ее руки и снова опустил голову, на этот раз нацелившись ниже пупка.
– Маркус! Ты прекратишь или нет? – взмолилась Салли. – Говорю тебе: я устала! Ты что, по-английски не понимаешь?
– Я просто хочу показать, как сильно люблю тебя. Я очень, очень люблю тебя, Салли Мерчант. Так же крепко, как в первый день.
– Ты пьян, – обвинила она его.
– Опьянен любовью к тебе.
Он попытался стащить с нее трусики от купальника, которые все еще были под ночнушкой.
– Я хочу, чтобы ты была счастлива.
– А я хочу спать, черт возьми!
Салли вырвалась из его рук, на ходу оправляя рубашку. – Ты что, не понимаешь? Я не хочу, чтобы ты мусолил меня, как собака кусок мяса! Отвяжись от меня!
– Что?
– Прекрати. Я не хочу сегодня заниматься с тобой сексом. Понятно?
– Но тебе даже не надо ничего делать. – Маркус в последний раз попытался обнять ее. – Салли!.. – В его голосе появились подобострастные нотки. Он потянулся к плечам Салли, но она так отчаянно отбивалась, что в результате он схватил ее за запястья, как пленницу.
– Отпусти! Отпусти! – закричала она.
– Салли…
Вырвав наконец руки, она оттолкнула мужа с такой силой, что он упал с матраса и ударился о прикроватный столик.
– Какого… Салли!
Маркус поспешно поднялся и ушиб ногу о край кровати.
– Черт!
Он в шоке уставился на нее. За пять лет их брака дело никогда не доходило до рукоприкладства. Теперь Салли смотрела на него затравленным взглядом, вжавшись в стену, будто хотела сквозь нее просочиться. И Маркус ее тоже боялся. Эти глаза охваченной страхом дикой кошки были ему незнакомы. Он ни разу не видел ее столь напуганной и взбешенной.
– Послушай… извини, – вдруг промямлила она. – Извини. – Она закрыла лицо руками. – Я не хотела тебя толкать. – Прислонившись к стене, Салли плотнее запахнула рубашку. – Я… я… я не знаю.
– Салли, что с нами творится? – умоляюще проговорил Маркус.
– Ничего. Не знаю. Я не знаю. Я… Ничего. Просто я устала, вот и все. Утром все будет хорошо. Прошу тебя. Давай забудем, что это случилось.
Она резко встала и начала искать в куче разбросанной по полу одежды платье, в котором была на ужине.
– Что ты делаешь? – спросил Маркус, когда она его надела.
– Хочу пойти в бар и взять бутылку воды.
– Что?
– Воды. Я принесу воды.
– Сейчас? Не говори глупости. Оставайся здесь. Я сам схожу. Ложись в кровать.
– Нет. Я хочу пойти сама. – Салли уже была у двери. – Мне нужен свежий воздух, – сказала она и почти неслышно добавила: – Мне нужна свобода.
Стукнув дверью, Салли побежала по темной дорожке к бару у бассейна.
Маркус замер на том самом месте, где она его оставила. Когда стихло эхо от грохота захлопнувшейся двери, в тишине стал слышен лишь звук пульсирующей в висках крови. Как будто жизнь покидала его, будто Салли выстрелила ему в самое сердце.
37
Подружки вернулись в «Эгейский клуб» лишь в три часа ночи. После закрытия «Галикарнаса» и прекращения пенной вакханалии поймать такси было почти невозможно. В конце концов девушкам пришлось бы преодолеть долгий путь до отеля пешком, но Яссер предложил подвезти их на своей машине. Кэрри Эн посадили на переднее сиденье, как жертвенного ягненка: переключая передачи, Яссер каждый раз трогал ее за колено. И когда наконец они въехали на стоянку, настоял на поцелуе в качестве платы за проезд.
Кэрри Эн зажмурилась и выпятила губы, целясь в ту губу, на которой не было простуды, и надеясь, что если просто быстренько его чмокнуть, то никакую гадость не подцепишь.
– Спокойной ночи, – проговорила Кэрри Эн, вырываясь из медвежьих объятий Яссера, неизбежно последовавших за поцелуем.
– Вы не пойдете спать, – возразил Яссер. – Ночь еще молода.
– А мы уже нет, – отшутилась Кэрри Эн.
– Вы должны с нами выпить, я настаиваю. Яссер обидится, если вы отвергнете его гостеприимство. В Турции так принято, – добавил он.
У Яссера всегда так: если ему что-то нужно, значит, «в Турции так принято».
– Может, выпьем у тебя в комнате? К ним подошел Жиль.
– Прекрасная мысль, – внезапно ответила за девушек Яслин. Кэрри Эн и Речел в ужасе наблюдали, как Яслин переключилась на высокоэффективный режим кокетства, и поняли, что поспать им сегодня не удастся. – Всего лишь по стаканчику, а?
– Я надеялась встретить тебя в ночном клубе, – призналась Яслин Жилю.
– Я устал, – ответил он. – Днем ездил в Эфес.
– Не знала, что ты интересуешься историей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78