ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ      ТОП лучших авторов Либока
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Бабий Алексей

Скучно в городе Пекине


 

Скучно в городе Пекине - Бабий Алексей
Скучно в городе Пекине - это книга, написанная автором, которого зовут Бабий Алексей. В библиотеке LibOk вы можете без регистрации и без СМС скачать бесплатно ZIP-архив этой книги, в котором она находится в формате ТХТ (RTF) или FB2 (EPUB или PDF). Кроме того, текст данной электронной книги Скучно в городе Пекине можно комфортно и без регистрации прочитать онлайн прямо на нашем сайте.

Размер архива для скачивания с книгой Скучно в городе Пекине равен 17.48 KB

Скучно в городе Пекине - Бабий Алексей - скачать бесплатно электронную книгу, без регистрации


Бабий Алексей
Скучно в городе Пекине
Алексей Бабий
СКУЧНО В ГОРОДЕ ПЕКИНЕ
курортный роман
Название, между прочим - класс. "Скучно в городе Пекине". Ну - такое название пропадает! Просто грех не написать рассказ с таким названием. Только вот - про что? А вообще-то это песня. И поют ее вот так:
Ску-у-у-уушно в городе Пи-и-и-икине! Cпя-я-я-ят на крышах воробьи-и-и-и-и... Два китайских мандарина-а-а Бреют рыжие усы-ы-ы. И говорит один другому: Скушно, говорит, в городе Пекине! Спят на крышах воробьи, Два китайских мандарина Бреют рыжие усы. И говорит один другому: Cкучно в городе Пекине! Cпят на крышах воробьи...
...и так далее. Помнится, один старшина переплюнул Эйнштейна и соединил пространство со временем, приказав рыть канаву от забора и до обеда. Я пою эту песню с девяти утра до вон той скалы. На скале я сяду поищусь насчет клещей и спою что-нибудь более задушевное. Про двенадцать негритят, например:
Двенадцать негритят купались в синем море. Двенадцать негритят резвились на просторе. Один из них утоп, ему купили гроб. И вот вам результат: одиннадцать негритят. Одиннадцать негритят купались в синем море...
...и что вы думаете, на двенадцатой итерации все это кончится? Как бы не так:
Ноль негритят купались в синем море. Ноль негритят резвились на просторе. Один из них воскрес, ему купили крест. И вот вам результат: один негритят! Один негритят пошли купаться в море...
Так о чем я там... А, о клещах. Клещи - это, конечно, минус. Я ищусь и на процедурах, и в столовой, и на приеме у врача. А давеча прямо посреди курортного пришпекта остановился и машинально запустил руку под трико, на радость окружающим. Клещи - это минус, но и плюс. Из-за клещей в лес не ходит публика. Поэтому туда хожу я. Курортная публика смотрит "Богатые тоже плачут" и читает Анжелику вперемежку с Ивановым, который Анатолий. Курортная публика громко и фальшиво хохочет. Курортная публика жрет все подряд, покупает что попало, торчит изо всех окон, со всех скамеек, из-под каждого куста. Курортная публика... да что там говорить - можно подумать, вы не видели курортной публики! В санаторий я являюсь только затем, чтобы поваляться в радоновой ванне, получить очередную порцию жидкости из шприца "в мягкие ткани" и порцию гнусного первого-второго-третьего в желудок. За день я произношу всего десяток слов, и все в столовой: "Доброе утро (день, вечер)" и "приятного аппетита" (3 раза). Вот чего мне не хватает в жизни - так это одиночества. Лет пять назад я вполне серьезно узнавал у юристов, за какие деяния сажают в одиночную камеру. Так вот, оказывается, у нас это не принято. Оказывается, это негуманно. И вот целыми днями я шляюсь по лесу, и нахожу удовольствие в пении идиотских песен, и отдаюсь постыднейшему из своих пороков: сочинению стихов. Графомания - это болезнь, и болезнь позорная, вроде недержания мочи. И неизлечимая. Вообще в жизни я придерживаюсь правила "не умеешь - не берись". Но с моей музой шутки плохи: это вам не слабое создание, бряцающее на лире. Моя муза крепкого сложения, яростная и неутомимая. Она извещает меня о своем приходе: часа за четыре где-то в горле начинается щекотание, и кто-то внутри меня похохатывает, как похохатываает человек, читая, скажем, "Двенадцать стульев" - несильно, но постоянно. Я обреченно готовлюсь: расчищаю вечер, готовлю бумагу, запасаюсь стрежнями. Муза врывается, тряся своими персями, смешки перерастают в сатанинский смех, и начинается оргия. Теперь я не тварь и вошь, я бог, создающий миры, и я создаю их и вижу содеянное, и говорю, что это хорошо, строчки прут из меня, как... прошу пардону, но самое точное сравнение оказалось не самым аппетитным. Но оно все-таки самое точное, потому что утром я все это брезгливо перечитываю, приговаривая: "В сортир... В сортир... И это - в сортир..." Ну посудите сами, куда годится, например, такое:
На берегу пустынных волн Сидел я, дум великих полн. За мной закат в сто солнц горел, А я сидел, сидел, сидел... А прямо в ноги бил прибой, А чайки реяли гурьбой, А я сидел, сидел, сидел, И в даль далекую глядел! Сидел я, дум великих полн, На берегу пустынных волн... Чего же я такого съел, Что, сняв штаны, весь день сидел?
Ну куда это годится, кроме как в сортир? Я уж не говорю о том, что, за исключением двух-трех строк, это сплошной плагиат. И можете ли вы представить чаек, которые гурьбой реют? Бред какой-то. А вот еще. Это уже из датской поэзии: по вирше на каждую лечебную процедуру. Знаете ли вы, что такое циркулярный душ? Нет? Вам крупно повезло: это нечто среднее между душем и циркулярной пилой.
Я был зеленым и невинным, Я был к тому же сир и наг, Когда открыл я дверь в кабину, Когда сестричке подал знак. Сестричка ухмыльнулась криво, Открыла вентиль, и по мне Хлестнуло из десятков дырок: По животу и по спине! О, как я, братцы, извивался, В своих обманутый мечтах! О, как же душ в бока впивался, Ну, а всего больнее - в пах! Я выл, орал, искал дорогу Туда, где я бездушно жил... Но медсестра сказала строго, Что душ - полезен для души! Она сказала: в жизни тоже Обычно бьют со всех сторон! Она сказала: ты, похоже, Не только в душе не силен! Я, точно, жил не так, чтоб очень: Все норовил и вам, и нам... Я был любитель до обочин, И до разделов пополам. Ах так?! Хлестнул словцом душонку, И в струи смело я вошел, Прикрыв ладонями мошонку, А также - кое-что ишшо!
Что-то в моем творчестве появились фаллические мотивы. Я полагаю, что это - тлетворное влияние Запада. В промежутках между процедурами я иногда заглядываю в видюшник, а там крутят одну эротику: чего же еще крутить на курорте? Свежие идеи я, кстати, беру на заметку. Вернусь домой и непременно использую. Ты где был, скажет жена, на курорте или на курсах повышения квалификации? На курсах, хмыкну я: вечером теория, ночью практика. И пусть она догадается, шучу я или нет. Самое смешное - что шучу. А вот мой сосед по комнате, Петро, в комнате почти и не бывает. А когда бывает, делится впечатлениями. Ну, воодушевленно говорит Петро, помогает-то она, только треск стоит, и слышь, Коля, платочек носовой подстелила, чтоб простыню не замарать! На этот раз он это о носатой расплывшейся бабище неопределенного возраста. Петро, говорю я ему, ты бы хоть количество качеством заменил, что ли! - Тебе врачи какой режим прописали? - спрашивает Петро. - Щадяще-тренирующий. - А мне - постельный! - и Петро, чрезвычайно довольный, валится на койку, и хлопает ладонями по пузу, и блажит: Белокуриха-река, быстрое течение! А радон без мужика - это не лечение! Эх, Петро! Мужские достоинства не между ног висят: в основном они находятся совсем в другом месте. Но дело даже не в этом. Вот стоит троллейбус, вот бежит советская гражданка. Успела. Отпыхивается. Смеется. Счастлива. И вот за это мне ее хочется придушить: за то, что для счастья ей надо так мало.
2
На скалу-то я сел, а поискаться не удастся. Некстати показались две мадамы. Одной, рыжей, недалеко за тридцать и, кстати, у нее неплохая попка. Второй далеко за сорок, но тоже еще очень даже - в форме и формах. И как их только занесло сюда - в этакую рань? Не дай бог, загрызут. Вот как-то на второй или третий день отдыхал я после радоновой ванны, и вышел, сонный, в коридор. Солнце бъет прямо в глаза, а между мной и окном следует особь женского пола: "О, какие тут мужчины скрываются! И что же они тут делают?" И так ее силуэт был строен и изящен, и так пышны волосы, и такой грудной у нее был голос, что я не успел сгруппироваться, и начал весьма игриво: "Они там лежат и ждут...", но тут мы вошли в полутемный переход, и я увидел ее морщинистое лицо, и на полуфразе свалил налево. И правильно сделал, а то был бы изнасилован прямо в коридоре. А как-то возвращался из леса, танцы были в разгаре, и дернул меня черт посмотреть на этот невольничий рынок. И был как раз белый танец, и я был немедленно приглашен, хотя и был в кедах и футболке, хотя и врал, что не умею - но не отбился, и топтался четыре с половиной минуты в обнимку с чем-то тестообразным, отвечая на вопросы в соответствии с писанием:

Скучно в городе Пекине - Бабий Алексей - читать бесплатно электронную книгу онлайн


Полагаем, что книга Скучно в городе Пекине автора Бабий Алексей придется вам по вкусу!
Если так выйдет, то можете порекомендовать книгу Скучно в городе Пекине своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Бабий Алексей - Скучно в городе Пекине.
Возможно, что после прочтения книги Скучно в городе Пекине вы захотите почитать и другие бесплатные книги Бабий Алексей.
Если вы хотите узнать больше о книге Скучно в городе Пекине, то воспользуйтесь любой поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Бабий Алексей, написавшего книгу Скучно в городе Пекине, на данном сайте нет.
Отзывы и коментарии к книге Скучно в городе Пекине на нашем сайте не предусмотрены. Также книге Скучно в городе Пекине на Либоке нельзя проставить оценку.
Ключевые слова страницы: Скучно в городе Пекине; Бабий Алексей, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно.
загрузка...