ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


 

В exerci-tia spiritualia (духовных упражнениях) Игнатия Лойолы, где эта проблема фигурирует в качестве особой темы для медитации, дается четкая схема соответствующей процедуры. Это относится, насколько нам известно, и к большинству йогических практик. В них, например, говорится, что на определенной стадии медитации появится прекрасная богиня (Devas) и будет пытаться вас соблазнить, но вы должны сопротивляться искушению; или рекомендуются правила, с помощью которых достигается концентрация на нужном переживании.
В противоположность этим практикам, мы стоим на той позиции, что в подобном диалектическом процессе – когда сознательное и бессознательное поставлены лицом друг к другу, – это сознание должно каждый раз заново и без какой-либо предварительной программы, решать, чего оно хочет. Если в воображении мужчины прекрасная богиня пытается увлечь его, он может выбирать, следовать ему за ней или нет – никакого правила для этого не существует. На каждой ступени решение принимается в результате деятельности сознания – как если бы это было в реальной жизни. И это полностью меняет дело. Если техникой активного воображения пользоваться правильно, то появляется возможность до известной степени воздействовать на бессознательное, и тогда можно почувствовать, как мы освобождаемся от напряжения, создаваемого всепоглощающей силой бессознательного содержания. Это, кроме того, хороший способ лишать силы определенные аффекты, а также подвергнуть рассмотрению в сознании бессознательный творческий материал, который не поддается осмыслению или не может появиться в составе уже наличествующего материала, ибо мы предоставляем бессознательному шанс выразить себя, когда присоединяем к нему одновременно фокусирующие и концентрирующие элементы сознания, так что в результате имеем дело с продуктом, двух миров, возникающим в промежуточной между бессознательным и сознанием сфере, которую мы называем психической реальностью.
Вот это как раз и есть, на мой взгляд, процедура, напрашивающаяся на сравнение с изготовлением рубашки из звездоцвета в волшебной сказке. От девушки требуется длительное и исполненное любви усилие, чтобы создать для лебедей форму, с помощью которой они смогут вернуть себе человеческое обличье, и это ее усилие имеет много общего с процессом активного воображения, в ходе которого мы помещаем бессознательные содержания на уровень человеческих взаимоотношений и разговариваем с ними, словно с человеческими существами, что таинственным образом производит очеловечивающее действие и наделяет анимуса или аниму, к примеру, формой выражения.
Всякое бессознательное содержание, с которым у нас не устанавливается правильной связи, имеет тенденцию овладевать нами, поскольку оно подбирается к нам сзади. Если вы способны поговорить с ним, у вас таким образом устанавливаются с ним взаимоотношения. Так что вы можете выбирать: стать одержимым тем или иным содержанием, констеллировавшемся в бессознательном, или наладить с ним взаимоотношения. Чем энергичнее вы его вытесняете, тем сильнее оно на вас действует. Если вы по-настоящему не предлагаете бессознательному средств выражения, оно найдет для себя вход в непроизвольных, разрушительных и расшатывающих психику фантазиях.
Люди, страдающие одержимостью и словно закручивающиеся в кокон вокруг тех, с кем они вынуждены иметь постоянный контакт, оказываются порой во власти самых поразительных допущений на их счет, допущений, в которых они не сомневаются и не пытаются уяснить их для себя, поскольку они представляются им совершенно очевидными. Такие люди обычно во всем уверены и никогда не спросят себя: «А почему я предполагаю, что дело обстоит именно так, а не иначе?» Одержимость превращается в полуосознанную убежденность. Это происходит, когда материал фантазии находит для себя неправильный способ выражения, проявляясь, например, в обвинениях против соседей и друзей, и при этом, как правило, совсем не подвергается проверке. Подобного рода фантазии незаметно проникают в сознание личности, страдающей одержимостью, и, оставаясь там на заднем плане, подвергаются амплификации. Мелкие, не относящиеся к делу факты старательно собираются и выстраиваются в параноидную систему, и каждый новый пункт чуточку расширяет и углубляет ее; будь то какое-нибудь решение швейцарского правительства или звонок почтальона – все имеет подспудный смысл, все воспринимается как знак чего-то другого. Даже головы так называемых нормальных людей полны непроверенных предположений, не имеющих отношения к сознательно воспринимаемой действительности. Если вы попытаетесь обратить на это их внимание, то натолкнетесь на совершенно сумасбродные возражения, за которыми обычно скрывается какая-нибудь безумная идея. Обратиться к технике активного воображения в данном случае вполне уместно. Вы должны поставить эту идею, или подозрение, перед своим мысленным взором и «побеседовать» с ней. Если вы преодолеете некоторую скованность и недоверие со стороны вашего сознания которое от вас никуда не уйдет, то сумеете дать возможность бессознательному содержанию выразить себя при помощи фантазии хотя, разумеется, к продуктам этой работы фантазии необходимо относиться объективно.
Девушка во время шитья рубашек из звездоцвета должна также не произносить ни слова (тема, которая появляется и в других вариантах данного сюжета), а в это время ее обвиняют в том, что она убила собственных детей, что она колдунья и т. п. Это – еще одна из разновидностей мотива освобождения или искупления. Не говорить обычно означает не иметь никакой связи с окружающими вас людьми, не иметь возможности обсудить с ними свои проблемы. Здесь мы имеем дело с ситуацией, которая встречается, как можно догадаться, довольно часто в жизни, а именно: когда вы настолько подавлены чем-то, что полностью лишаетесь способности говорить. Известно, например, что при кататонических состояниях речевая способность нередко отказывает человеку, эмоции, вызванные вставшей перед ним проблемой, переполняют его и лишают дара речи. В менее серьезных случаях, когда вы просто чем-нибудь глубоко взволнованы, вы тоже не можете говорить, поскольку здесь снова налицо противодействие между тем, что происходит непроизвольно, и тем, что происходит благодаря приложению усилия. Если подобное содержание имеет тенденцию делать вас немым, то лучше всего примириться с этим содержанием, настроив себя на то, чтобы просто не говорить о нем. Прилагая сознательное усилие и давая тем самым установку, вы получаете возможность превратить довольно опасный и разрушительный стихийный элемент в нечто положительное.
Поэтому если вы ощущаете себя подавленным каким-то бессознательным содержанием, так что не можете даже говорить, то и не пытайтесь обсуждать мучающее вас с другими людьми – пусть оно сначала проявится для вас самих. Тогда вы не будете сметены непонятной для вас самих эмоцией, которая всегда, как правило, – явление динамическое, влекущее по направлению к чему-то. Первичный (primitive) бессознательный импульс обычно направлен к тому, чтобы подчиниться этой скрытой направленности эмоции, своевольно влекущей в нужном ей направлении. Если это ненависть, то она непроизвольно увлекает вас к ненавидимому вами объекту, то же самое происходит и в случае любви (сошлемся только на две из наиболее распространенных эмоций). Если вы попробуете сразу же выразить эмоцию, вызываемую объектом, то есть опасность, что вы захлебнетесь в ней. Допустим, кто-то вне себя от ярости, но намеревается поставить об этом в известность приведшего его в такое состояние, причем в самой благопристойной форме, однако достаточно ему произнести хоть слово, как оно тянет за собой множество других, и в результате, вопреки его предварительному намерению, целая лавина обрушивается на виновника! В состоянии аффекта мы говорим очень много лишнего, все больше и больше входя в раж, а к концу мы уже верим в то, в чем еще сомневались в самом начале.
Если техника активного воображения используется не подходящими для этого людьми, то фантазии получает выражение таким образом, что, когда они начинают чувствовать свой собственный материал, то их эмоция становится при этом все сильнее и сильнее, что в конечном счете приводит к катастрофе, поскольку аффект чрезмерно возрос в ходе применения процедуры. Отсюда следует, что сначала нужно соткать материал для «рубашки», найти способ самовыражения, и уже потом выпускать эмоцию на свободу. Один иезуит, живший в 17 веке, сказал, что человеческий язык подобен огненному колесу, сеющему на своем пути «ядовитые искры» и несущему разрушение. С этим трудно не согласиться: отрицательная сторона языковой деятельности имеет поистине дьявольский характер. Подумайте хотя бы о современной пропаганде и о том, что с ее помощью можно сделать практически все, вплоть до убийства.
Авторам исполненных ненависти статей в современных газетах было бы очень полезно успокоиться и поработать над своим аффектом – результатом такой работы обычно бывает «рубашка», позволяющая эмоции проявить себя достойным человека образом. С тем же самым явлением постоянно приходится сталкиваться и во время анализа. Все дело в способе, каким выражает себя сопротивление при осознании бессознательного. Если оно просто выплескивается, то от аналитика требуется всего лишь сохранять спокойствие. Но если, скажем, анализируемый сообщает, что в течение последнего часа он чувствовал в себе некоторое сопротивление и хотел бы разобраться, в чем тут дело, то здесь перед нами уже нормальная человеческая ситуация, поскольку проблема представляется на рассмотрение в подходящей для этого рубашке.
К сожалению, в состоянии одержимости легко приходишь к убежденности в собственной правоте. Подобно тому как наши русские пропагандисты убеждены в том, что западный мир – источник всяческого зла, так и вы, окажись вы во власти своего анимуса, будете уверены, что и в действительности все обстоит именно так, а не иначе. Чрезвычайно важно знать об этом. Подобно большинству своих братьев и сестер, когда я нахожусь во власти своего анимуса, я не замечаю этого – я убеждена, что высказываемое мною мнение принадлежит мне, а не анимусу. Но стоит вам попытаться проанализировать свои высказывания, и вы поймете – по тону голоса и интенсивности эмоции, – что здесь что-то не так. Слишком сильный напор скрывается за вашим желанием что-либо иметь или совершить – и это подозрительно. У вас есть ощущение, что внутренний голос не впервые воздействует на вас такого рода аргументами. И если вы настолько завязли в анимусе, что не способны освободиться сразу, призовите на помощь молчание. Вернитесь в свою комнату и скажите себе: «Это все не то, мне что-то не нравится состояние, в котором я нахожусь, и поэтому в течение нескольких дней я попробую ничего не говорить», и вы будете потом благодарить Бога, что на этот раз вам удалось сдержаться, удержать свою эмоцию при себе. Но может получиться и так, что ваша эмоция, не получив выхода, начнет растравлять вас и становиться невыносимее, чем была, вот тут-то вам и нужна «рубашка»; ведь ваша задача не в том, чтобы сдержать эмоцию, «отравляясь» ею по мере того, как она проникает в вас все глубже и глубже. Такой способ ничего не дает. Если яд внутри вас начинает действовать, то уже через три дня вам станет заметно хуже, однако, если в течение эти трех дней вы наденете на мучающую вас эмоцию «рубашку» (допустим, с помощью активного воображения), то сможете избежать основных трудностей.
Я уже приводила случай девушки, которая всегда была внимательной и любезной, потому что хотела, чтобы се любили, а в итоге в ней скопилась страшная ненависть к одному женатому мужчине. Этот мужчина и его жена, с которыми она иногда встречалась, страдали тем же самым пороком, поэтому нет ничего удивительного, что супруги обвиняли друг друга в измене и нечестности. Однажды, будучи приглашенной к ним на завтрак, она почувствовала по возвращении приступ патологической ярости против этого мужчины, который не просто был вероломен, но и лгал при этом, скрывая под приветливой маской ужасную личность. Она ни одним словом не выдала кипевшего в ней тогда возмущения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63

загрузка...