ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   принципы идеальной Конституции,   прогноз для России в 2020-х годах,   расчет возраста выхода на пенсию в России закон о последствиях любой катастрофы
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Заторопилась, прямо сейчас же приглашая его к себе. И выглядело это так, будто она с нетерпением ждала его возвращения. Опять же – почему? Ну, вероятно, Алена сказала ей, что он убыл в длительную командировку. Вот так теперь все и выстраивалось…
Странно, по Тане не было заметно, чтобы она очень уж сильно переживала смерть Вадима. В конце концов, кто он ей? Приятный знакомый, с которым ей было интересно. Знакомый, который, кстати, тоже частенько исчезал по долгу своей службы. Так что все их любовно-дружеские свидания свелись, может быть, к нескольким десяткам встреч, не более.
Таня была, как всегда, в форме. То есть в таком наряде, в котором и дома себя чувствуешь не очень стесненной, и при необходимости можно выйти в город, не переодеваясь специально. Короткая черная юбка, туго обтягивающая ее полноватые бедра, и темная шелковая кофточка, прикрывающая только высокую, вызывающе торчащую грудь, у нее есть какое-то мудреное название, Женя слышал, но забыл. Что-то вроде дамского лифчика, но немного больше размером.
Евгения всегда несколько смущала Танина манера здороваться. Она выпрямляла спину, приближалась и всем телом прикасалась к входящему – от колен до груди. Прижималась и лукаво поднимала горбоносенькое свое лицо с чуть раскосыми глазами и маленькими пухлыми, ярко накрашенными губами. Затем обычно следовал легкий, почти скользящий, ритуальный поцелуй. Здрасьте! Как мы по вас соскучились! Слишком получалось интимно – и грудь, прижимаясь, подрагивала, и живот словно призывал не стесняться.
Так и теперь, будто соблюдая свой ритуал, Татьяна прильнула к нему, обхватила за спину руками и как бы слегка обвисла.
– Проходи… – И, захлопнув дверь, она пошла в комнату.
И там, среди банкеток, повторилось то же самое. Только на этот раз Таня закинула обнаженные загорелые руки ему на плечи. Прижала лицо к его груди и вздрогнула, будто всхлипнула от горя. Но когда подняла лицо, глаза ее были сухи и абсолютно спокойны.
– Ты уже знаешь… – прошептала она, не отпуская его от себя и прижимаясь с еще большей страстью.
Он взял ее под мышки и попытался немного отстранить, но не тут-то было. Прилипла девушка и, видно, не собиралась отлепляться.
– Что произошло? – спросил он, глядя ей в глаза.
– А! – Она капризно мотнула головой с тяжелым «конским» хвостом, закрепленным на затылке большим гребнем. – Что теперь говорить?… Уверяют, он сам… Это просто ужасно. Я такое пережила! А ты? Ты – как?
– Повторяю, сегодня только вернулся, ничего не знал. И никто толком объяснить не может.
Он стал ласково гладить ее по спине.
– Устал?… Соскучился? – Она, видать, по-своему поняла его жест. И вдруг призывно вскинула голову: – Какие мы все дикари, Господи! Ну иди же, скорее! Иди!
А дальше – туман и какие-то нелепые, быстрые слова и отчаянно-суетливые движения рук…
Она перешагнула одной ногой банкетку и, опрокидывая на себя Женю, опустилась на нее, воскликнула:
– Мне так неудобно перед ним! Но что я могу с собой поделать, если ты мне нравишься?… Давай же, прошу!…
«Дурацкое дело нехитрое…» – почему-то мелькнула мысль и тут же растворилась в активных действиях Татьяны. Он и сообразить не успел, как оказался уже без брюк. А старинная банкетка, с обтянутым золотистой парчой сиденьем и изголовьем в виде двух сплетенных лебединых шей, отчаянно заскрипела, угрожая развалиться…
– Алене я ничего не скажу, – прошептала она ему наконец в самое ухо. – Зачем? Верно? Ах ты, моя прелесть… Я тоже соскучилась, все ожидала, что позвонишь… Так противно все было!
На кухне что-то упало, словно разбилась тарелка.
Евгений вскинул голову. Но Таня снова прижала его лицо к себе.
– Не обращай внимания… Ох!… Это Ирка опять тарелки колотит. Немного не в себе девушка, поддала больше, чем следовало. Ничего.
«Это номер!» – насторожился Евгений. Ну да, сейчас только свидетелей и не хватало. И вообще, будет полный комплект, если где-нибудь в шкафу окажется еще и Алена! Но Татьяна, не переживая и не смущаясь, продолжала такие активные действия, что Женя отдался полностью ее воле и действительно страстному желанию…
А когда все закончилось, она еще полежала немного, будто распяленная, на парчовой банкетке, а потом глубоко вздохнула и двумя движениями привела себя в порядок. Посмотрела на Женю, усмехнулась своим мыслям и сказала:
– Хочешь знать, откуда мне стало известно? Никакой тайны. Мы с Вадькой договорились встретиться вечером, а он даже не позвонил, не предупредил, что не приедет. День, другой, мне надоело ждать, у меня ведь тоже имеются кое-какие свои планы… Ну, словом, нашлись старые знакомые, отыскали его домашний – у меня не было – и позвонили. А там слезы. Что-то объяснили. И чего он вдруг застрелился? Не понимаю…
Из кухни, пошатываясь, появилась Ирина. Она была под заметным газом. Увидела Евгения, изумленно расширила глаза.
– Мать моя! Кого я вижу? Какие люди в Голливуде?… – Повернулась всем телом к отдыхающей на банкетке Татьяне: – А чего не сказала, что у нас гости? Ёлы-палы, я б хоть душ приняла! – и снова к Жене: – Извините, молодой и красивый джентльмен! Я в загуле. Не желаете компанию составить? Нет? Жаль…
Она разговаривала сама с собой, и ответы ей не требовались.
– Иди отдохни, Ирка, – недовольно заметила Таня.
– От чего, подруга? Вот если б от кого – тогда другое дело. Молодой человек, повторяю предложение: не желаете разделить, а?
– Ирка, не хулигань! – еще строже сказала Таня.
– Жаль… – Ирина безвольно развела руками. – А так хочется… – Но уже переступив порог соседней комнаты, повернула голову и чересчур внимательно уставилась на Евгения. Потом неточным движением прижала свой указательный палец к тубам: – Никому ни слова! А когда устанете, можете навестить, я возражать не буду. Танька! Скорая Помощь всегда на месте! – Она неуверенно отдала честь и закрыла за собой дверь.
– Это что значит? – смеясь, спросил Евгений.
– Скорая Помощь? А это мы так еще с института Ирку между собой прозвали. Дело-то молодое было. Мальчишечки симпатичные окружали. Ну а кому совсем уж невтерпеж, мы его к Ирке. Она – девка талантливая, быстро управляется.
– А чего, фигура у нее отличная, – похвалил Женя.
– А вот это она как раз и не очень. Ее конек – оральный. Нет равных. Если сомневаешься, можешь сходить, я не ревнивая.
– Танечка, дорогая моя, я все могу понять, мы же взрослые люди, но зачем так-то уж? Я никогда и в мыслях не держал твой дом за бордель.
– А разве у тебя был повод? – удивилась она. Причем, как ему показалось, искренно. – У меня тоже в мыслях не было как-то пошатнуть твою нравственность. Извини, если невольно вызвала такие подозрения. Тем более что ты и в самом деле доставил мне огромное удовольствие. И Алену я тоже не хотела бы унизить. Если у вас возникли какие-то добрые чувства друг к другу, как она мне однажды сказала, я не собираюсь их разрушать. Но просто я – живой человек, который сам о себе привык заботиться, сам за себя отвечать и делать в конце концов именно то, что мне нравится. И хочется… А Ирка? Она прекрасная девка, у которой и свои замечательные достоинства, и, может быть, отдельные недостатки. И она живой человек. Но не трепло, не предательница. Как, впрочем, и Алена, – она многозначительно посмотрела на него. – Так что, если у тебя когда-нибудь вдруг возникнет такое желание, ты можешь употребить нас всех троих. Но лучше порознь. Хотя, я думаю, неплохо получилось бы и вместе. Ну, скажи, как тебе мой подход?
– Очень приятный, – засмеялся Женя. – Но главное – доходчивый. У меня такое впервые.
– Вот видишь, а ты сразу бог весть что подумал! Так ведь и обидеть можно, друг мой.
– Ну извини. Действительно, глупо сказал… Но как же все-таки с Вадимом-то получилось? Ничего больше не знаешь?
Татьяна пожала плечами.
– Он последнее время хмурился частенько. Я полагала, что на работе нелады. Но он отмалчивался. Мы ж с ним почти год… Думала, жена. Тоже, выходит, нет. Он вообще-то чем занимается? Занимался…
Странный вопрос. И как бы между делом, вскользь. Или Вадим в течение всего года ухитрился там и не раскрыться, или тут какой-то подвох. Евгений насторожился. Если она смогла найти Вадимов телефон, что ж теперь дурочку-то валять? Знает ведь. И наверняка.
– Чем, говоришь? Да есть тут одна контора, – ответил неохотно.
– Глубокого бурения? – усмехнулась Таня. – Так, кажется, она раньше называлась?
– Нет, не из этой области. Но… некоторые, я бы сказал, отдаленные связи имеются. Чисто формальные. Мы не пересекаемся.
– Да? – Она легко спрятала усмешку. – А я думала… Ну и ладно. Какая, в сущности, разница, верно? Или только кажется?
Теперь и Евгений так же неопределенно пожал плечами.
– Я сегодня, как прибыл, с Аленой созвонился. Она тоже не в себе, просила попозже вечерком позвонить.
– Ну понятное дело. Она, наверное, тоже хочет знать причину. А кому же, как не тебе, и знать-то ее? Вы же сослуживцы. Так и Вадька говорил… Да ладно, милый, не темни, – вдруг безнадежно махнула Татьяна рукой, – ты что, в самом деле думаешь, что нам не известно, где вы служите и чем занимаетесь? Чудак. Да у той же Алены такие связи, что она кого хошь из-под земли высчитает и достанет. Просто вы, мужики, нам понравились тогда. Не дураки, дело свое мужское знаете. Ты что думаешь, я тебя у Алены отбить, что ли, собираюсь? Это просто моя мелкая бабья блажь, чтоб она не хвасталась: вот, мол, какого славного мужичка оторвала! Понял? Ну и что теперь скажешь? Кто из нас лучше? Только по-честному, я ж ей все равно ничего не скажу. А? Или, может, ты не успел распробовать? Так это дело мы сейчас поправим. – Она с готовностью приподнялась. – Не хочешь? А-а, я, кажется, поняла. – Она снова плюхнулась на банкетку, но колени призывно раздвинула. – У тебя уже Ирка на уме. Я не возражаю, ступай. Правда, ей в настоящий момент все до фени, но ты попробуй, некоторым нравится, когда девка в отключке.
Он никак не мог сообразить: в ней играет неприкрытый цинизм или она провоцирует его? Но с какой целью?
– Ирка тоже в этом смысле – кремень, можешь не сомневаться. У нас закон – чужих не забирать, если они сами того не захотят. Но ведь ты же захотел, верно? Я сразу почувствовала, едва вошел. Ну, сам смотри-и… – Она потянулась, раскинув руки и откинув голову. Глаза ее закрылись, будто в ожидании.
– Я, пожалуй, поеду, – сказал он неожиданно.
– Давай, – просто согласилась Татьяна. – Действительно, это дело от тебя никуда не уйдет. Звони, заезжай, всегда буду рада тебя видеть. А дверь просто захлопни. Привет Алене, вы ж наверняка сегодня увидитесь. И запомни, Женька, ты отлично меня достал, молодец.
Она все это произнесла, не открывая глаз, а после устроилась поудобнее, вытянув свои превосходные обнаженные ноги.
«Вербовочная уязвимость – вот как это называется, – подумал он о себе, спускаясь по лестнице. – Причем повышенная…»
Есть такой профессиональный термин. Вадим ведь целый год провел в их компании. Но никому из своих ничего не говорил. Если б не тот случай, когда у него было скверное настроение и он вдруг открылся, возможно, позже пожалев об этом… И еще одна фраза настораживала: «У Алены такие связи…» Не тут ли первопричина?
Все это требовалось срочно и всерьез обдумать.
И тут он вспомнил…
Глава третья ЧЕРНАЯ ПАПКА
Нине не хотелось ни с кем встречаться. Она устала от бесконечных вопросов-расспросов: что говорил муж в последние дни перед самоубийством, с кем он мог встречаться во внеслужебное время, кто звонил накануне или уже после его смерти, кто интересовался его служебными делами и так далее, и тому подобное. Устала! Надоело все. Руководство, присутствующее в крематории на Хованском кладбище, было с ней сдержанно и сухо-формально. Оно и понятно: самоубийство никак не красит человека вообще, а майора ФСБ – тем более. Значит, нашлись у него веские причины уйти из жизни. Лучше бы, конечно, чтоб виновны были в том семейные неурядицы, и гораздо хуже, если поводом послужило что-то связанное со службой. Но Вадим был достаточно скрытным человеком и ни в какие свои служебные тайны, тем более неприятности, жену не посвящал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   циклы национализма и патриотизма и  пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и 
загрузка...