ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На ногах - ботинки, на руках -
перчатки, на голове - шляпа. Костяное лицо маскировали клоунский нос и
дедморозовская борода. Для позднего вечера это было неплохой маскарад.
Некоторое сомнение вызывали у меня плащ и шляпа - кто носит их в июне? Но
Борис убедил меня, что они не создадут проблем - в большом городе много
чудаков.
Остановившись неподалеку от меня, влюбленные стали страстно целоваться.
Только этого мне и не хватало! Но я стерпел, проводил их грустным взглядом
и снова стал ждать.
Машин стало меньше, и временами воцарялась редкая для столичного города
тишина. В эти мгновенья я слышал музыку и голоса, долетавшие из окон дома,
подле которого я устроил засаду.
Вот рядом упал окурок и долго мигал, как уголек. Немного погодя листву
пробило что-то тяжелое. По звуку я сразу определил - бутылка - и скоренько
перебрался на другое место. Еще попадут в голову, и Борису снова придется
латать мой череп.
Торопливый стук каблуков заставил меня насторожиться. Из перехода
показалась девушка в мини, открывавшем стройные ноги, и маечке,
обрисовывавшей высокую грудь. Волосы до плеч. Я бесшумно поднялся на ноги.
Это была прекрасная добыча.
Чистые цвета играли в ее ауре. Она была очень молода, свежа, полна
энергии.
Девушка быстро удалялась, как видно, торопилась домой. Сейчас придет и ее
начнет отчитывать мама за то, что гуляет поздно, станет жаловаться, что у
нее сердце когда-нибудь разорвется, что дочь такая бессердечная. А та будет
огрызаться или молча терпеть, вспоминая про себя того, из-за которого
опоздала и получила нагоняй. Наверное, он стоит этого.
- Никуда она не придет, - сказал я себе и стал выбираться из кустов.
На ходу я несколько раз быстро оглянулся. Вокруг было пустынно. Если
кто-то и наблюдал за нами из окон, что он сможет потом рассказать? Чтобы
заставить вспомнить ИМ нужно иметь тело, а тела не будет. Оно исчезнет.
Дойдя-до ближайшего перекрестка, девушка свернула в переулок. Скрываться
больше не было нужды, и я побежал, на ходу расстегивая плащ. У перекрестка
я притормозил и осторожно выглянул из-за деревьев. Сразу стало спокойнее -
чистый светлячок ее ауры маячил впереди. Я отколол обмотанный вокруг пояса
мешок и перекинул его через плечо. Достал из кармана флакон с дурманящим
зельем, которое дал мне Борис, и смочил им платок.
Все готово. Теперь остается только догнать ее и не дать закричать. Я
сорвал с головы шляпу и, смяв, сунул в карман, мой нелепый вид мог
насторожить жертву раньше времени.
Длинными бесшумными скачками я стал нагонять ее. Еще минута и девушка
забьется в моих костяных руках. Но я не почувствую ничего, кроме движений,
которые будут держать мои руки, кроме толчков в грудь. Я не ощущу ее
нежного тела, не услышу жалобных стонов, ведь я всего-навсего ходячий
скелет, оживший мертвец.
Меня отделяло от нее сорок метров, тридцать... и тогда случилось ЭТО.
Словно молния ударила мне под ноги, ослепив и отшвырнув назад. Оглушенный я
попытался идти вперед - меня вела мысль: я не должен упустить жертву. Но
это плохо у меня получалось, как будто я пытался бежать под водой. Движения
мои были замедленными и неуклюжими. Я напрягал силы, но тщетно.
Светлячок ауры мелькнул за деревьями и скрылся за поворотом. И сразу же
все вернулось к норме. Я мог опять свободно двигаться. Мгновенье я стояла
нерешительности, а в следующее бросился вперед ее можно было еще догнать.
И тут же воздух вновь загустел, превратившись на этот раз в настоящее
желе, а я в беспомощно барахтающуюся в нем муху. Сделав два шага, я сдался,
поняв, ее трогать нельзя. Это запрещено. Кем?.. Пусть на этот вопрос
ответит Борис. Я же должен просто покориться, чтобы не быть уничтоженным.
Повернувшись, я побрел назад к подземному переходу. Вспомнив о своем
обнаженном черепе, достал из кармана шляпу и нахлобучил ее.
Странно, но я не чувствовал ни досады, ни злобы. Напротив, я испытал
облегчение. Жаль было бы убивать такое юное чистое создание. Жаль...
Но кого-то я все равно должен сегодня убить. Если не сегодня, то завтра,
послезавтра. Когда-нибудь. И чем позднее я сделаю это, тем дольше пробуду в
своем ужасном обличьи.
Я вернулся к подземному переходу и спрятался в кустах. Неумолимо шло
время, мелькали лица, по разным причинам все они не подходили на роль
жертвы. Ближе к часу люди стали появляться реже и реже, и я уже почти
смирился с мыслью, что моя первая охота окончится неудачей.
Именно тогда послышались легкие шаркающие шаги, и из перехода вышла
старуха. Даже не старуха, а старушонка - маленькая, сухонькая, закутанная в
платок и старый грязный плащ. Огонек ее ауры еле теплился вокруг головы
и был он всех цветов радуги. Видно многое пришлось пережить, многое было
намешано в этой душе.
Жалкая жертва...
Тебе есть из чего выбирать? Ей пора в могилу, ты окажешь ей благодеяние,
прервав бессмысленное полное тоски и болезней существование, возразил я
себе и сжал в кармане флакончик...
Борис долго издевательски смеялся надо мной, увидев, какую добычу я
принес. Потом резко оборвал смех и велел следовать за ним. Мы прошли в
комнату, где он латал мой череп, и я положил старуху на ложе, на котором
недавно лежал сам.
- Раздень ее! - приказал Борис.
Я недолго колебался, прежде чем исполнить его приказ. Назад пути не было.
С мясом выдирая пуговицы, я торопливо содрал со старухи одежду.
- Фу! - поморщился Борис, когда я добрался до белья. Видимо оно дурно
пахло.
- Так тебе и надо! - злорадно ухмыльнулся я про себя.
Жалкое тощее тело с высохшими руками и рудями, с отвислым животом, синими
от вздувшихся вен ногами, распростерлось на столе.
Борис отворил ткафчик на стене и достал лежавший на черной бархатной
подушке кривой тонкий кинжал. Костяная рукоять его была украшена налитым
кровью камнем.
Борис стал в ногах ложа лицом к изголовью и медлевяо, держа кинжал на
ладонях, поднял его вверх. Затем произнес нараспев несколько слов на
незнакомом мне языке. Он повторил их еще шесть раз и в воздухе возникла
чаша.
Еще шесть раз и в изголовье появился алтарь, покрытый черным сукном,
испещренным серебряными магическими знаками.
Еще шесть раз и по бокам алтаря зажглись две черные свечи.
- Пора! - воскликнул колдун и взял старуху за безвольную руку.
- Держи чашу, - приказал он.
Я, повинуясь, обошел его со спины и взял в руки чашу. Каменной тяжестью
легла она на ладони.
- Поднеси к запястью!
Я исполнил приказ.
Борис взял руку за указательный палец и аккуратно надрезал синюю жилу.
Кровь струйкой потекла в чашу. Очень скупной струйкой.
Я жадно глядев на нее и проклинал свои нерешительность и жалостливость.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20