ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   принципы идеальной Конституции,   прогноз для России в 2020-х годах,   расчет возраста выхода на пенсию в России закон о последствиях любой катастрофы
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



Аннотация
Элеонора Раткевич
Превыше чести
Тому медведю, который наступил мне на ухо, не забыв пригласить на эту интересную прогулку всех своих ближайших родичей и соседей.
На смотровой площадке Сторожевой башни Шайла в этот рассветный час было еще прохладно. Там, внизу, улицы Шайла застыли в сонном безветрии — а здесь, наверху, неугомонный ветерок то и дело шебуршился в складках легких плащей, трепал волосы, растягивал в воздухе знамя и шуршал его кистями, нашептывая всякий вздор.
— Никого, — заключил Илтарни, отнимая от глаз короткую зрительную трубу.
— Не туда смотришь, — возразил Даллен. — Вон они, сразу за кромкой леса — видишь? Только-только показались.
Илтарни вновь схватился за трубу.
— Вижу, — ответил он после недолгого молчания. — Едут… и довольно быстро. Если ход не сбавят, к полудню будут здесь.
— Пожалуй, — согласился Даллен.
— Интересно… — начал было Илтарни и вновь замолк.
— Да? — подбодрил его Даллен.
— Найгерис… интересно, какие они из себя? — выпалил Илтарни. — Знаешь… разное ведь говорят…
Говорили о народе найгерис и в самом деле разное — и больше всего о том, кто они такие и откуда взялись. Не люди — это-то как раз яснее ясного, — хоть и могут иметь общих с людьми детей… но тогда — кто? Большинство втихомолку сходилось на том, что найгерис — потомки от браков эльфов с орками. Прийти к такому выводу, разок хотя бы увидев найгери, легче легкого — а заработать плюху за подобное предположение, будь оно высказано вслух, и того легче. Любой орк, эльф и уж тем более любой найгери за подобные слова били смертным боем. Так что предполагай, уважаемый, что уж тебе заблагорассудится — но вслух высказывать свои предположения поостерегись. Неровен час калекой останешься… если, конечно, останешься вообще. Ни орки, ни эльфы отродясь косорукими не слыли — а уж таких воинов, как найгери, еще поискать.
— А ты не гадай, — посоветовал Даллен. — Сам скоро увидишь.
— Можно подумать, что тебе не любопытно, — возмутился Илтарни.
— Любопытно, — возразил Даллен и лениво потянулся. — Так ведь до полудня уже недалеко.
— Рыбья кровь! — в сердцах выпалил Илтарни. — Ты всегда такой холодный и расчетливый?
— Да, — невозмутимо ответил Даллен. — Что поделать, азарта во мне ни на грош.
— Это… намек, да? — Илтарни густо покраснел. — Я… я уплачу, честное слово. Сегодня вот прямо и уплачу, Я как раз при деньгах.
— Кто — ты? — усмехнулся Даллен. — Откуда бы это вдруг? Да нет, оставь. С остальными прежде расплатись. Мне не к спеху.
— Н-но… проигрыш — это ведь долг чести, — растерялся Илтарни.
— Забавно звучит — «долг чести», — с прежней ленивой усмешкой заметил Даллен. — Ты не находишь? Примерно как «молодой юноша». А уж применительно к картам… нет, к таким долгам я не могу относиться серьезно.
— И к своим тоже? — сощурился Илтарни.
— А своих у меня просто нет, — невинно ответил Даллен. — Я их не делаю. Вот такое я существо с рыбьей кровью. Холодное и расчетливое.
Илтарни чуть принужденно расхохотался.
— Мне бы за картами твое самообладание, — признался он. — Сколько уж раз я себе зарок давал. Ничего не выходит. Только в руки колоду возьму…
— Так не играй, — посоветовал Даллен.
Илтарни надулся, и разговор поневоле оборвался. Молчание, казалось, не тяготило Даллена ничуть — как, впрочем, и беседа. Одно слово — рыбья кровь, подумал Илтарни. Ничем его не проймешь. Неизменно сдержанный, невозмутимый, чуть уловимо язвительный… обычно даже так сразу и не понять, вправду ли его учтивость подернута легким налетом насмешливости или это собеседнику примерещилось. Рыбья кровь. Правда, поговаривают, что вот такие непробиваемые типы, если их задеть за живое, в гневе самые что ни на есть безумства и творят, но… ты же еще попробуй отыщи, где у Даллена под броней учтивых манер таится живое!
Илтарни искоса бросил на Даллена раздраженный взгляд. Золотисто-карие глаза Даллена глянули в ответ так безмятежно, что у Илтарни враз пропала охота играть с ним в гляделки. Пора бы уже и запомнить, что Даллена не пересмотришь, нечего и пытаться.
— Красивый отсюда вид, — промямлил Илтарни, чтобы скрыть неловкость.
— Очень, — спокойно кивнул Даллен; темные его волосы плеснулись по отложному воротнику.
— Я часто здесь бываю, — несколько более уверенно произнес Илтарни.
Даллен вопросительно глянул на него.
— Вид красивый, — пояснил Илтарни. — Такой, как надо… как должно быть. Мусор всякий на улицах, потеки на стенах, шваль рыночная… ничего отсюда не видно. Пьяная ругань, объедки, кошки драные… здесь ничего этого как бы и нет. Город как нарисованный.
Даллен снова глянул на Илтарни — остро и пристально.
— Боюсь, ты будешь несчастлив в любви, — медленно, будто нехотя, произнес он.
— Это еще почему? — незамедлительно вскипел Илтарни.
— Да потому, — серьезно, без обычной своей усмешки ответил Даллен, — что издали не видно веснушек и рубцов на коже. Не видно припухших спросонья глаз и обметанных болезнью губ. Усталой походки, склонности к дурному настроению по утрам, случайно помятого платья… словом, всего того, что мешает тебе любить вблизи. Живых любить, не нарисованных.
— Можно подумать, тебе все это нравится! — отрезал Илтарни.
— А меня никто и не спрашивает, — уже с привычной небрежной ленцой откликнулся Даллен. — Нравится, не нравится… но ведь во всяком человеке это есть. И не только это.
— И в тебе? — в тон Даллену осведомился Илтарни.
— Так ведь и я тоже человек, — беспечно ответил Даллен. — Хоть кровь у меня и рыбья.
А в это самое время Раммерт, капельмейстер и дирижер королевской труппы славного города Шайла — желчный полуэльф, не получивший от папочки в наследство ровным счетом ничего, кроме острых ушей, еще более острого слуха и неправдоподобно уже острой любви к музыке, — учинял разгром и разнос.
— Ну что, мерзавцы, — доигрались? — зловеще произнес Раммерт.
Мерзавцы взирали на него понурившись. Действительно, доигрались — и чуткая натура Раммерта уловила эта раньше всех прочих. То, что прозвучало сейчас на утренней сыгровке… нет, на чистоту звука не пожалуешься, Да и вообще технику исполнения похаять нечем… так то — технику!
— Доигрались! — уверенно произнес Раммерт. — Вопреки моим прямым указаниям. Я вам вчера что велел? Теплого вина полчашки, легкий ужин — и в постель! До утра!!!
— А мы же разве что? — очень убедительно поинтересовался альт-флейта — как и Раммерт, полукровка, записной враль, пройдоха, первый красавец и первый наездник на весь Шайл.
— А вот врать не надо! — отчеканил Раммерт, крепко треснув флейтиста по темечку свитком с партитурой. — Вот мне — мне! — врать не надо! Мне даже на глаза ваши наглые, напухлые, смотреть нужды нет! Я и так слышу — слышу, понимаете? А ну признавайтесь, болваны, — кому в голову пришло всю ночь вместо сна репетировать?
Первый мастер-виолон — огромный орк с мечтательными нежно-голубыми глазками и не поддающейся бритве щетиной — потупился и издал такой неизбывно горестный вздох, что у второго барабана взметнулись дыбом окружающие лысину остатки волос.
— Но ведь репетиция вчера… — попробовал было вступиться за орка-зачинщика толстый эльф — лучшая на весь Шайл флейта-пикколо.
— Идиоты… — замученно выдохнул Раммерт.
Ну да. Репетиция вчера… само собой. Как и всякая нормальная генеральная репетиция, вчерашняя представляла собой смесь хаоса с бредом, причем чего больше, так сразу и не скажешь. Даже такой опытный мастер, как Раммерт, и тот не скажет. Хотя бы потому, что не станет тратить время на такие глупости. На генеральной репетиции хорошо не играют никогда. Никогда!!! Ни один виолон не звучал без фальши, пикколо сипела так, словно толстый эльф наплевал в нее, второй барабан сломал два комплекта палочек подряд. Вдобавок выяснилось, что именно сегодня утром третья лютня, неоднократно выставленный первой трубой на всеобщее посмешище, окончательно проникся жаждой мести и налил первой трубе в инструмент рыбьего клею. Как ни странно, первая труба согласился оставить третью лютню живым и неповрежденным «до после выступления» — но то был единственный светлый момент за всю репетицию. Давно и неоднократно игранные вещи расползались на клочки, солист-баритон прямо посреди изящной канцонетты мгновенно и необъяснимо охрип, ритм не держал никто… нормально. Просто-напросто нормально. Именно такой она всегда и бывает — генеральная репетиция. И ведь знают об этом, мерзавцы, преотлично — в первый раз, что ли? Так какого же, простите, рожна горячего им взбрело на ум пиликать всю ночь? А теперь извольте, полюбуйтесь на результат! Да, неведомым усилием музыканты сумели собрать волю в кулак и сыграть без ошибок… интересно, сколько раз эти ослушники сыграли вот так, без ошибок… м-мерзавцы!
— Но ведь нехорошо… перед найгерис срамиться! — выдавил орк-виолон.
Поня-а-атно.
— Вот именно что перед найгерис! — взвыл Раммерт. — Вот именно что срамиться! Вы что с собой сделали, уроды? Вы что с музыкой своей сделали? Вы же ее замучили! Насмерть! Душу вынули — что из нее, что из себя! Позор какой… боги милосердные! Да ведь ни звука живого… слышите, вы?.. ни звука! А зализано-то как, а заглажено, а зачесано — волосок к волоску, точь-в-точь у покойника! И такое чтобы при найгерис… Ты что с голосом своим сделал? — внезапно налетел он на баритона.
Баритон растерянно лупал глазами, не в силах выдавить хоть словечко.
— Яйца сырые пил? — ядовито поинтересовался Раммерт, — Отвар щекотунчиков? Горлодеркой мазался? Говори живо — что?
— Й-йа-а-айца… — застенчиво признался баритон.
— Баран безмозглый! — выплюнул в избытке чувств Раммерт.
— Но у меня же голос вчера… с трещиной… — умоляюще простонал баритон.
— Тебе довольно было всего-навсего отдохнуть! — заорал выведенный из себя полуэльф. — И только! Выспаться! А даже если бы и не помогло… уж лучше с трещиной голос, чем яйцами обмазанный!
Невероятно. Немыслимо. Даже зеленые новички перед первым в своей жизни ответственным выступлением, и те не смогли бы заиграть себя до такого состояния. Это ж еще как и умудриться надо! Перед найгерис они, видите ли, позориться не хотели… а что это теперь такое, как не самое что ни на есть позорное позорище?
— Послушай, — сухо произнес Раммерт, обратясь к мастер-виолону, — а что, если я тебе перед игрой гвоздей в сапоги насыплю?
— 3-зачем? — булькнул громадный орк, перепуганный не на шутку.
С этого полуэльфа бешеного станется ведь и вправду насыпать… с него еще и не такое станется. Хоть и хранил Раммерт свое прошлое за семью замками, а весь Шайл знал, отчего великому и неповторимому Раммерту пришлось променять подмостки империи на маленький и, что греха таить, по имперским меркам захолустный Шайл. Все дело в том, что во время репетиции сочиненной Раммертом кантилены солирующее меццо заявила, что ноты выше верхнего си-бемоль голосу неподвластны, и брать такое она даже и пытаться не будет. Спорить с ней и уж тем более убеждать Раммерт не стал. Он просто-напросто в соответствующем месте кантилены опустил ей в вырез платья живую мышь — во время выступления, само собой. Визг, изданный примой, звучал не просто выше, а значительно выше, чем верхнее си-бемоль. Не будь она любовницей племянника первого министра, может, для Раммерта все бы и обошлось, а так… гениальный и склочный полуэльф едва успел подхватить сундук с нотами прежде, чем покинуть империю — к вящей удаче Шайла и неизменным страданиям его лучших музыкантов.
Так что гвозди — это ерунда, уважаемые.
— За-а-ачем? — повторил виолон, и его крохотные глазки с перепугу сделались почти нормального размера.
— Тогда в твоей музыке появится хоть одно живое, настоящее чувство, — холодно отпарировал Раммерт, — пусть даже это будет страдание.
— Страдание не годится, — рассудительно заметил толстый эльф, украдкой почесывая за ухом своей пикколо, что он делал только в минуты наисильнейшего душевного волнения. — Оказия ведь радостная. Так что гвозди нам ничем не помогут… а то я бы на них первый сел.
— А что поможет? — злобно поинтересовался Раммерт. — Что?!
Ответом ему было траурное молчание… и тут из полуоткрытого окна, выходящего на задний двор, послышался плеск воды, стук копыт лениво переступающей лошади, и гибкий свежий баритон задорно грянул грубую простонародную песенку.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   циклы национализма и патриотизма и  пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и 
загрузка...