ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ      ТОП лучших авторов Либока
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Набег - Толстой Лев Николаевич
Набег - это книга, написанная автором, которого зовут Толстой Лев Николаевич. В библиотеке LibOk вы можете без регистрации и без СМС скачать бесплатно ZIP-архив этой книги, в котором она находится в формате ТХТ (RTF) или FB2 (EPUB или PDF). Кроме того, текст данной электронной книги Набег можно комфортно и без регистрации прочитать онлайн прямо на нашем сайте.

Размер архива для скачивания с книгой Набег равен 45.46 KB

Набег - Толстой Лев Николаевич - скачать бесплатно электронную книгу, без регистрации




Лев Николаевич Толстой
Набег


Рассказы Ц

Лев Николаевич Толстой
Набег




Рассказ волонтера Волонтер – человек, добровольно поступивший на военную службу.


I

Двенадцатого июля капитан Хлопов, в эполетах и шашке, – форма, в которой со времени моего приезда на Кавказ я еще не видал его, – вошел в низкую дверь моей землянки.
– Я прямо от полковника, – сказал он, отвечая на вопросительный взгляд, которым я его встретил, – завтра батальон наш выступает.
– Куда? – спросил я.
– В NN. Там назначен сбор войскам.
– А оттуда, верно, будет какое-нибудь движение?
– Должно быть.
– Куда же? как вы думаете?
– Что думать? я вам говорю, что знаю. Прискакал вчера ночью татарин от генерала – привез приказ, чтобы батальону выступать и взять с собою на два дня сухарей; а куда, зачем, надолго ли? – этого, батюшка, не спрашивают: велено идти и – довольно.
– Однако если сухарей берут только на два дня, стало и войска продержат не долее.
– Ну, это еще ничего не значит…
– Да как же так? – спросил я с удивлением.
– Да так же! В Дарги ходили, В Дарги ходили… – Дарго – чеченский аул, бывший в 1840-х годах резиденцией Шамиля и находившийся в самой лесистой части Чечни. В Дарго Шамиль устроил склады различных запасов и даже небольшой арсенал. Экспедиция в Дарго – под начальством М. С. Воронцова – была предпринята летом 1845 г. Она дорого обошлась русской армии: из строя выбыло около 3000 человек. Эта экспедиция была прозвана на Кавказе «сухарной».

на неделю сухарей взяли, а пробыли чуть не месяц!
– А мне можно будет с вами идти? – спросил я, помолчав немного.
– Можно-то можно, да мой совет лучше не ходить. Из чего вам рисковать?…
– Нет уж, позвольте мне не послушаться вашего совета: я целый месяц жил здесь только затем, чтобы дождаться случая видеть дело, – и вы хотите, чтобы я пропустил его.
– Пожалуй, идите; только, право, не лучше ли бы вам остаться? Вы бы тут нас подождали, охотились бы; а мы бы пошли с богом. И славно бы! – сказал он таким убедительным тоном, что мне в первую минуту действительно показалось, что это было бы славно; однако я решительно сказал, что ни за что не останусь.
– И чего вы не видали там? – продолжал убеждать меня капитан. – Хочется вам узнать, какие сражения бывают? прочтите Михайловского-Данилевского «Описание войны» Прочтите Михайловского-Данилевского «Описание войны»… – Михайловский-Данилевский А. И. (1790–1848) – русский военный историк, генерал-лейтенант, автор работ по истории войн России начала XIX в. в том числе «Описания Отечественной войны 1812 года».

– прекрасная книга: там всё подробно описано – и где какой корпус стоял, и как сражения происходят.
– Напротив, это-то меня и не занимает, – отвечал я.
– Ну, так что же? вам просто хочется, видно, посмотреть, как людей убивают?… Вот в тридцать втором году был тут тоже неслужащий какой-то, из испанцев, кажется. Два похода с нами ходил, в синем плаще в каком-то… таки ухлопали молодца. Здесь, батюшка, никого не удивишь.
Как мне ни совестно было, что капитан так дурно объяснял мое намерение, я и не покушался разуверять его.
– Что, он храбрый был? – спросил я его.
– А бог его знает: все, бывало, впереди ездит; где перестрелка, там и он.
– Так, стало быть, храбрый, – сказал я.
– Нет, это не значит храбрый, что суется туда, где его не спрашивают…
– Что же вы называете храбрым?
– Храбрый? храбрый? – повторил капитан с видом человека, которому в первый раз представляется подобный вопрос. – Храбрый тот, который ведет себя как следует, – сказал он, подумав немного.
Я вспомнил, что Платон определяет храбрость знанием того, чего нужно и чего не нужно бояться, и, несмотря на общность и неясность выражения в определении капитана я подумал, что основная мысль обоих не так различна, как могло бы показаться, и что даже определение капитана вернее определения греческого философа, потому что, если бы он мог выражаться так же, как Платон, он, верно, сказал бы, что храбр тот, кто боится только того, чего следует бояться, а не того, чего не нужно бояться.
Мне хотелось объяснить свою мысль капитану.
– Да, – сказал я, – мне кажется, что в каждой опасности есть выбор, и выбор, сделанный под влиянием, например, чувства долга, есть храбрость, а выбор, сделанный под влиянием низкого чувства, – трусость; поэтому человека, который из тщеславия, или из любопытства, или из алчности рискует жизнию, нельзя назвать храбрым, и, наоборот, человека, который под влиянием честного чувства семейной обязанности или просто убеждения откажется от опасности, нельзя назвать трусом.
Капитан с каким-то странным выражением смотрел на меня в то время, как я говорил.
– Ну уж этого не умею вам доказать, – сказал он, накладывая трубку, – а вот у нас есть юнкер, так тот любит пофилософствовать. Вы с ним поговорите. Он и стихи пишет.
Я только на Кавказе познакомился с капитаном, но еще в России знал его. Мать его, Марья Ивановна Хлопова, мелкопоместная помещица, живет в двух верстах от моего имения. Перед отъездом моим на Кавказ я был у нее: старушка очень обрадовалась, что я увижу ее Пашеньку (как она называла старого, седого капитана) и – живая грамота – могу рассказать ему про ее житье-бытье и передать посылочку. Накормив меня славным пирогом и полотками, Марья Ивановна вышла в свою спальню и возвратилась оттуда с черной, довольно большой ладанкой, к которой была пришита такая же шелковая ленточка.
– Вот это неопалимой купины наша матушка-заступница, – сказала она, с крестом поцеловав изображение божией матери и передавая мне в руки, – потрудитесь, батюшка, доставьте ему. Видите ли: как он поехал на Кавказ, я отслужила молебен и дала обещание, коли он будет жив и невредим, заказать этот образок божией матери. Вот уж восемнадцать лет, как заступница и угодники святые милуют его: ни разу ранен не был, а уж в каких, кажется, сражениях не был!… Как мне Михаило, что с ним был, порассказал, так, верите ли, волос дыбом становится. Ведь я что и знаю про него, так только от чужих: он мне, мой голубчик, ничего про свои походы не пишет – меня напугать боится.
(Уже на Кавказе я узнал, и то не от капитана, что он был четыре раза тяжело ранен и, само собою разумеется, как о ранах, так и о походах ничего не писал своей матери.)
– Так пусть теперь он это святое изображение на себе носит, – продолжала она, – я его им благословляю. Заступница пресвятая защитит его! Особенно в сражениях, чтобы он всегда его на себе имел. Так и скажи, мой батюшка, что мать твоя так тебе велела.
Я обещался в точности исполнить поручение.
– Я знаю, вы его полюбите, моего Пашеньку, – продолжала старушка, – он такой славный! Верите ли, году не проходит, чтобы он мне денег не присылал, и Аннушке, моей дочери, тоже много помогает; а все из одного жалованья! Истинно век благодарю бога, – заключила она со слезами на глазах, – что дал он мне такое дитя.
– Часто он вам пишет? – спросил я.
– Редко, батюшка: нечто в год раз, и то когда с деньгами, так словечко напишет, а то нет. Ежели, говорит, маменька, я вам не пишу, значит, жив и здоров, а коли что, избави бог, случится, так и без меня напишут.
Когда я отдал капитану подарок матери (это было на моей квартире), он попросил оберточной бумажки, тщательно завернул его и спрятал. Я много говорил ему о подробностях жизни его матери; капитан молчал. Когда я кончил, он отошел в угол и что-то очень долго накладывал трубку.
– Да, славная старуха, – сказал он оттуда несколько глухим голосом, – приведет ли еще бог свидеться.
В этих простых словах выражалось очень много любви и печали.
– Зачем вы здесь служите? – сказал я.
– Надо же служить, – отвечал он с убеждением. – А двойное жалованье для нашего брата, бедного человека, много значит.
Капитан жил бережливо: в карты не играл, кутил редко и курил простой табак, который он, неизвестно почему, называл не тютюн, а самброталический табак .

Набег - Толстой Лев Николаевич - читать бесплатно электронную книгу онлайн


Полагаем, что книга Набег автора Толстой Лев Николаевич придется вам по вкусу!
Если так выйдет, то можете порекомендовать книгу Набег своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Толстой Лев Николаевич - Набег.
Возможно, что после прочтения книги Набег вы захотите почитать и другие бесплатные книги Толстой Лев Николаевич.
Если вы хотите узнать больше о книге Набег, то воспользуйтесь любой поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Толстой Лев Николаевич, написавшего книгу Набег, на данном сайте нет.
Отзывы и коментарии к книге Набег на нашем сайте не предусмотрены. Также книге Набег на Либоке нельзя проставить оценку.
Ключевые слова страницы: Набег; Толстой Лев Николаевич, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно.
загрузка...