ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Другие не согласились:
— Нельзя доверять этим новым созданиям. Ведь только мы имеем право наследовать власть.
Ашен-Шугар повернулся к ним:
— Жалкие существа, разве вы не видите, что власть ничего не значит? Ищите другую дорогу.
Но моррелы уже уходили и не услышали его слов, ибо были отравлены мечтой о власти. Они ступили на Темную Тропу еще тогда, когда двинулись вслед за своими братьями на запад. Со временем эльфы прогонят их, но пока они были едины.
Остальные ушли молча, готовые уничтожить любого, кто встанет на их пути. Они не хотели искать магической силы своих хозяев, поскольку были уверены, что возьмут, что им нужно, силой оружия. Сознание этих эльфов исказили Войны Хаоса, и уже сейчас они разошлись со своими собратьями. Их назовут гламрелами, безумными эльфами. Они отправились на север. Потом они, пользуясь техникой и волшебными амулетами, награбленными в чужих мирах, построят огромные города в подражание своим хозяевам.
С отвращением отвернувшись от них, Ашен-Шугар улетел в свое жилище, чтобы оставаться там до времени, когда ему придется покинуть эту жизнь, дав возможность жить другому. Вселенная менялась, и даже в своем подземном зале Ашен-Шугар чувствовал себя чужим в этом новом порядке. Он впал в оцепенение, похожее на состояние, как будто сама реальность отвергала его природу. Постепенно его сущность растворялась и частично сливалась с доспехами, его сила переходила в предметы, чтобы дождаться того, другого, который должен будет надеть его плащ.
Наконец он шевельнулся и спросил:
— Неужели я ошибся?
— Теперь ты знаешь, что такое сомнение.
— Эта странная тишина внутри, что это?
— Это приближается смерть.
Закрыв глаза, последний валкеру промолвил:
— Я так и думал. Мало кто из моего народа умирал не от руки врага. Это было редкостью. Я последний. И все же мне хотелось бы еще раз взлететь на Шуруге.
— Его больше нет. Он мертв уже много веков.
Ашен-Шугар попытался собрать смутные воспоминания. Он слабо возразил:
— Но ведь я летал на нем сегодня утром!
— Это был сон. Как и это все сон.
— Значит, я тоже безумен? — Воспоминание о том, что он увидел в глазах Друкен-Корина все еще преследовало Ашен-Шугара.
— Ты сам только воспоминание, — сказал тот, другой. — Все это только сон.
— Тогда я сделаю то, что мне предназначено. Я принимаю неизбежное. На мое место придет другой.
— Это уже произошло, ибо я и есть тот, кто пришел вместо тебя, и я взял твой меч и надел твой плащ; твоя цель — теперь моя цель. Я встану против тех, кто хочет разграбить этот мир, — сказал другой.
Тот, кого звали Томас.
Томас открыл глаза и снова закрыл их. Он тряхнул головой, пытаясь прояснить мысли. Для Пага его друг молчал не больше минуты, но он понимал, что за это время многое прошло через сознание Томаса. Наконец Томас произнес:
— Теперь я помню. И понимаю, что происходит.
Макрос кивнул. Он сказал Пагу:
— Самое сложное в работе с парадоксом Ашен-Шугара — Томаса было решить, как много он может знать. Теперь он готов к выполнению самой сложной в его жизни задачи и должен знать правду. И ты тоже, хотя я подозреваю, что ты и сам уже понял то, что он узнал.
Паг тихо ответил:
— Сначала меня ввело в заблуждение то, что в видении Роугена Враг говорил на языке цурани. Но теперь я понимаю, что это был единственный человеческий язык, который он знал во время Великого бегства через Золотой мост. Как только я отбросил идею о том, что Враг каким-то образом связан с цурани, и задумался над появлением эльдаров на Келеване, я все понял. Я знаю, чему мы собираемся противостоять и почему правду нужно было скрывать от Томаса. Это хуже, чем если бы самый ужасный ночной кошмар воплотился в реальность.
Макрос взглянул на Томаса, а тот долго смотрел на Пага. В его глазах видна была боль. Он тихо произнес:
— Когда я впервые вспомнил время Ашен-Шугара, я думал, что… я… я думал, что это наследство оставлено для борьбы со вторжением цурани. Но это лишь малая часть моего предназначения.
— Да, — ответил Макрос. — Очень малая. Ты теперь понимаешь, почему меня сторожил черный дракон, который считается исчезнувшим из мира уже много поколений назад.
Томас все еще сомневался и беспокоился. С покорностью в голосе он добавил:
— И я теперь знаю цель хозяев Мурмандрамаса. — Он обвел рукой все вокруг них. — Ловушка была предназначена не столько для того, чтобы удержать Макроса, сколько для того, чтобы привести нас сюда, не дать нам вернуться в Королевство.
— Почему? — спросил Паг.
Ему ответил Макрос:
— Потому что в нашем времени огромная армия под предводительством Мурмандрамаса идет на твою родную землю. Когда вы искали меня в Городе Вечности, думаю, он уже сражался с гарнизоном Высокого замка. И я знаю, зачем он пошел в поход на Королевство. Ему нужно добраться до Сетанона.
— Но почему до Сетанона? — удивился Паг.
— Потому что совершенно случайно этот город был построен на руинах древнего города Друкен-Корина, — ответил Томас. — И именно там находится Камень Жизни.
— Давайте продолжим обсуждение наших проблем в пути, — заметил чародей. — Нам ведь еще нужно вернуться в наше время и в нашу эпоху. Мы с Томасом сможем рассказать тебе о городе Друкен-Корина и о Камне Жизни. Тебе пока об этом ничего не известно, хотя ты знаешь остальное: Враг, то существо, о котором ты узнал на Келеване, вовсе не существо. Он представляет собой сочетание мощи и умов валкеру. Повелители драконов возвращаются в Мидкемию, и они очень хотят вернуть себе этот мир. — И с сухой усмешкой он добавил:
— А мы должны помешать им.
Глава 17. ОТСТУПЛЕНИЕ
Арута внимательно вглядывался в ущелье. Еще на рассвете он вместе с Гаем и Брайаном выехал посмотреть на приближающиеся головные отряды армии Мурмандрамаса. С того места, где Аруту и его спутников задержали люди барона, были хорошо видны огоньки костров вдалеке.
Арута протянул руку.
— Видите, Брайан? Там должно быть около тысячи костров, что значит пять или шесть тысяч солдат. И это только первые отряды. Завтра к этому же времени их будет здесь вдвое больше. А через три дня Мурмандрамас обрушит на вас все тридцать тысяч, Брайан, не обращая внимания на тон Аруты, нагнулся к шее своего коня, словно стараясь разглядеть противника получше.
— Я вижу только костры, ваше высочество. Вы же знаете, что дополнительные костры — это обычная уловка, которая должна ввести противника в заблуждение относительно ваших сил и дислокации.
Гай еле слышно выругался и развернул коня.
— Я не могу объяснять очевидное идиотам.
— Я не потерплю оскорблений от предателя! — вспылил барон.
Арута встал между ними:
— Гай, вы не присягали мне на верность, но сейчас вы живы только потому, что я поверил вашему честному слову.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129