ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Ночью Роган нежно обнимал ее, целовал и был необычайно ласков. Судя по всему, горькие мысли его оставили.
А когда все было кончено, он не отвернулся, как обычно, а положил Лиане голову на плечо и уснул, дыша ровно и глубоко.
– Иоланта – это не Леди, – успела сообщить ему сонным голосом Лиана.
– Какая леди? – прошептал Роган.
– Та, которая живет над солярием. Она рассказала мне про Жанну Говард. Если она не Иоланта, то кто?
– До твоего появления над солярием никто не жил.
– Но…
– Перестань болтать и спи, а то я отдам тебя Сиверну.
– Правда? – оживилась Лиана. – Он такой хорошенький. Может быть…
– Я передам Иоланте твои слова.
– Все-все, сплю, – быстро сказала Лиана. Лучше уж иметь дело с Сиверном, чем с Иолантой.
Перед тем как погрузиться в сон, она мысленно спросила: кто же такая Леди?
Глава 14
На следующее утро в замок пришла Габи со своими детьми. Наконец-то у Лианы появилась собеседница. Габи сразу рассказала госпоже о споре, который возник у Рогана и Сиверна из-за Бодуэна.
– И мой муж защитил меня? – тихо спросила Лиана.
– Да, миледи. Он велел лорду Сиверну заткнуться. Лорд Сиверн изо всех сил старался запугать моего Бодуэна и заставить его вернуться в деревню. Но Бодуэн не из таких.
– Это уж точно, – вздохнула Лиана. – Перегрины все одинаковы – не отступают и никогда не раскаиваются.
– Не совсем так, миледи. Лорд Роган очень изменился за последнее время. Вчера, когда вы шли по мостику, он перестал орать на рыцарей и долго смотрел вам вслед.
– Правда? – обрадовалась Лиана. – И он действительно защищает меня перед братом?
– Да, миледи.
Лиана приставала к Габи все с новыми и новыми расспросами. Иногда ей казалось, что она по-прежнему ничего не значит для Рогана, что он даже не помнит толком ее имени. Но ничего, теперь он наконец его выучил: утром, обнимая и целуя жену, он прошептал это имя ей на ухо.

***
Через три недели после появления Бодуэна и Габи Роган и Сиверн все еще были в ссоре и почти не разговаривали. Лиана пыталась вызвать Рогана на беседу о брате, но ничего не получалось. Зато по ночам в постели муж осыпал ее ласками. Иногда Лиане казалось, что Роган пытается наверстать всю ту нежность, которой не видел в детстве.
Вечерами после ужина он иногда приходил к ней в солярий, садился в мягкое кресло и слушал, как кто-нибудь из служанок играет на лютне и поет. Лиана научила мужа играть в шахматы, и, когда он понял, что это игра стратегическая, почти как война, дело пошло на лад. Зарид тоже присоединился к их компании, и Лиане было приятно смотреть, как юноша сидит на полу и держит в руках клубок шерсти, перематываемой кем-нибудь из женщин.
Как-то вечером Роган сидел у окна, Зарид пристроился на полу у его ног, и Лиана увидела, как Роган гладит младшего брата по голове. Подросток взглянул на Рогана с такой любовью, с таким обожанием и доверием, что Лиана растрогалась.
С каждым днем ее любовь к мужу делалась все сильнее. Она с самого начала угадала, что в этом человеке есть очень многое, чего не видят остальные.
Но внутреннего Рогана, человека мягкого и нежного, разглядеть было не просто. Временами супруги ссорились так яростно, что крыша замка чуть не падала им на головы. Роган по-прежнему был уверен, что Лиана хороша лишь для постели и домашнего хозяйства. Сколько она не доказывала ему, что у нее есть и другие достоинства, он упрямо отказывался их замечать.
Даже после удачного «экзамена», после того, как Роган шутил с женой на эту тему, он наотрез отказался разрешить ей участвовать в судебных заседаниях. Лиана напомнила, как сумела найти воров, но муж не слушал. Он твердо считал, что женщина не способна исполнять роль судьи, и переубедить его было невозможно.
В конце концов Лиана пришла в отчаяние и разрыдалась; Роган был не из тех мужчин, на кого действуют – женские слезы, но зато он очень не любил, когда жена переставала улыбаться. Ему казалось, что быть счастливой, довольной и веселой – ее долг. Полтора дня он выдерживал мрачное расположение духа своей супруги, а потом сдался и разрешил ей участвовать в заседаниях суда. Лиана бросилась ему на шею, поцеловала его, а потом стала щекотать.
Когда Сиверн вошел в Рыцарский зал, то увидел, что брат и невестка катаются по полу. У Лианы слетел головной убор, волосы рассыпались по плечам, а старший брат захлебывался неудержимым смехом. Сиверн пришел в такую ярость, что супруги моментально притихли.
«Что такое происходит с Сиверном?» – думала Лиана. Она все еще не могла свыкнуться с мыслью, что деверь стал ее главным врагом. Ведь поначалу он всегда был на ее, стороне. Но когда Роган изменился, с Сиверном тоже произошли перемены. Теперь он, казалось, испытывал к невестке лютую ненависть, ни перед чем не останавливался, лишь бы настроить против нее Рогана. Муж не рассказывал Лиане о своих ссорах с братом – приходилось полагаться на Габи. Во время учений Сиверн постоянно дразнил Рогана, говорил, что тот под каблуком у жены.
Чем больше слышала Лиана подобных рассказов, тем старательнее обхаживала Рогана. По вечерам, когда они были вместе. Лиана видела, как несладко ему приходится. Роган явно терзался, разрываясь между солярием и Угрюмой комнатой.
Из-за его дурного расположения духа у них произошла еще одна большая ссора, после чего муж уединился и не показывался две ночи подряд. В конце концов Лиана не выдержала и ворвалась в Угрюмую комнату. Она не стучала, не спрашивала позволения войти, а просто решительно открыла дверь и вошла. Роган стал на нее кричать. Он кипел, ругался, но по его глазам Лиана поняла, что он рад ее появлению.
– Что это такое? – спросила она, показывая на разложенные на столе бумаги.
Роган еще какое-то время повозмущался, а потом показал свои схемы. Лиана ничего не знала о боевых машинах, но неплохо разбиралась в машинах сельскохозяйственных. Принцип работы был, в общем, схож. Лиана сделала несколько предложений, и они оказались толковыми.
Вечер прошел чудесно. Они сидели вдвоем в маленькой комнате, склонившись над бумагами. Роган спрашивал:
«Вот так?» или: «Так лучше?» или: «Да, по-моему, неплохо».
Сиверн вновь испортил им весь вечер. Он заглянул в приоткрытую дверь и разинул рот.
– Я слышал, что она здесь бывает, но не верил, – негромко сказал он. – Это была священная комната для нашего брата Роудэнда и для нашего отца. А ты пустил сюда женщину. И для чего? – Он кивнул на схемы. – Чтобы она учила тебя строить боевые машины? Неужели в тебе не осталось ничего мужского?
Когда Сиверн свирепо бросился прочь, Лиана с удовольствием отметила, что Перегрин-средний почесывается на ходу. Значит, вши вновь, поселились в его одежде. Пусть они сожрут его, живьем.
– Роган… – повернулась она к мужу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149