ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Взгляни, взгляни туда, куда смотреть не стоит.
Дальше - снимок сестры. Он не щадит сестру:
речь идет о достигнутой широте! *
И гангрена, чернея, взбирается по бедру,
как чулок девицы из варьете. Там хмурые леса стоят в своей рванине.
Уйдя из точки "А" там поезд на равнине
22 июля 1978 г. стремится в точку "Б". Которой нет в помине.
* * * Начала и концы там жизнь от взора прячет.
Покойник там незрим, как тот, кто только зачат.
Дни расплетают тряпочку, сотканную Тобою. Иначе среди птиц. Но птицы мало значат.
И она скукоживается на глазах, под рукою.
Зеленая нитка, следом за голубою, Там в сумерках рояль бренчит в висках бемолью.
становится серой, коричневой, никакою. Пиджак, вися в шкафу, там поедаем молью.
Уж и краешек, вроде, виден того батиста. Оцепеневший дуб кивает лукоморью.
Ни один живописец не напишет конец аллеи.
Знать от стирки платье невесты быстрей
садится,
да и тело не делается белее.
То ли сыр пересох, то ли дыханье сперло.
Либо: птица в профиль ворона, а сердцем -
кенарь.
Но простая лиса, перегрызая горло,
не разбирает, где кровь, где тенор.

-42-
* *
Там лужа во дворе, как площадь двух Америк. Там при словах "я за" течет со щек известка.
Там одиночка-мать вывозит дочку в скверик. Там в церкви образа коптит свеча из воска.
Неугомонный Терек там ищет третий берег. Порой дает раза соседним странам войско.
Там дедушку в упор рассматривает внучек. Там пышная сирень бушует в полисаде.
И к звездам до сих пор там запускают жучек Пивная цельный день лежит в глухой осаде.
плюс офицеров, чьих не осознать получек. Там тот, кто впереди, похож на тех, кто сзади.
Там зелень щавеля смущает зелень лука. Там в воздухе висят обрывки старых арий.
Жужжание пчелы там главный принцип звука. Пшеница перешла, покинув герб, в гербарий.
Там копия, щадя оригинал, безрука. В лесах полно куниц и прочих ценных тварей.
* *
Зимой в пустых садах трубят гипербореи, Там лежучи плашмя на рядовой холстине
и ребер больше там у пыльной батареи отбрасываешь тень, как пальма в Палестине.
в под'ездах, чем у дам. И вообще быстрее Особенно - во сне. И, на манер пустыни,
нащупывает их рукой замерзшей странник. там сахарный песок пересекаем мухой.
Там, наливая чай, ломают зуб о пряник. Там города стоят, как двинутые рюхой,
Там мучает охранник во сне штыка трехгранник. и карта мира там замещена пеструхой,
От дождевой струи там плохо спичке серной. мычащей на бугре. Там схож закат с порезом.
Там говорят "свои" в дверях с усмешкой скверной. Там вдалеке завод дымит, гремит железом,
У рыбной чешуи в воде там цвет консервный. не нужным никому: ни пьяным, ни тверезым.

-43-
* *
Там слышен крик совы, ей отвечает филин. Теперь меня там нет. Означенной пропаже
Овацию листвы унять там вождь бессилен. дивятся, может быть, лишь вазы в Эрмитаже.
Простую мысль, увы, пугает вид извилин. Отсутствие мое большой дыры в пейзаже
Там украшают флаг, обнявшись, серп и молот. не сделало; пустяк: дыра, - но небольшая.
Но в стенку гвоздь не вбит и огород не полот. Ее затянут мох или пучки лишая,
Там, грубо говоря, великий план запорот. гармонии тонов и проч. не нарушая.
Других примет там нет - загадок, тайн, диковин. Теперь меня там нет. Об этом думать странно.
Пейзаж лишен примет и горизонт неровен. Но было бы чудней изображать барана,
Там в моде серый цвет - цвет времени и бревен. дрожать, но раздражать на склоне дней тирана,
* *
Я вырос в тех краях. Я говорил "закурим" паясничать. Ну что ж! на все свои законы:
их лучшему певцу. Был содержимым тюрем. я не любил жлобства, не целовал иконы,
Привык к свинцу небес и к айвазовским бурям. и на одном мосту чугунный лик Горгоны
Там, думал, и умру - от скуки, от испуга. казался в тех краях мне самым честным ликом.
Когда не от руки, так на руках у друга. Зато столкнувшись с ним теперь, в его великом
Видать, не расчитал. Как квадратуру круга. варьянте, я своим не подавился криком
Видать не расчитал. Зане в театре задник и не окаменел. Я слышу Музы лепет.
важнее, чем актер. Простор важней, чем всадник. Я чувствую нутром, как Парка нитку треплет:
Передних ног простор не отличит от задних. мой углекислый вздох пока что в вышних терпят,

-44-
* В АНГЛИИ
и без костей язык, до внятных звуков лаком, Диане и Алану Майерс
судьбу благодарит кириллицыным знаком. I
На то она - судьба, чтоб понимать на всяком
БРАЙТОН-РОК
наречьи. Предо мной - пространство в чистом виде.
В нем места нет столпу, фонтану, пирамиде. Ты возвращаешься, сизый цвет ранних сумерек. Меловые
В нем, судя по всему, я не нуждаюсь в гиде. скалы Сассекса в море отбрасывают запах сухой травы и
длинную тень, как ненужную черную вещь. Рябое
Скрипи, мое перо, мой коготок, мой посох. море на сушу выбрасывает шум прибоя
Не подгоняй сих строк: забуксовав в отбросах, и остатки ультрамарина. Из сочетанья всплеска
эпоха на колесах нас не догонит, босых. лишней воды с лишней тьмой возникают, резко
выделяя на фоне неба шпили церквей, обрывы
* скал, эти сизые, цвета пойманной рыбы,
летние сумерки; и я прихожу в себя. В зарослях беззаботно
Мне нечего сказать ни греку, ни варягу. вскрикивает коноплянка. Чистая линия горизонта
Зане не знаю я, в какую землю лягу. с облаком напоминает веревку с выстиранной рубашкой,
Скрипи, скрипи, перо! переводи бумагу. и танкер перебирает мачтами, как упавший
на спину муравей. В сознаньи вспыхивает чей-то
телефонный номер - порванная ячейка
опустевшего невода.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56