ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ      ТОП лучших авторов Либока
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Булгаков Михаил Афанасьевич

Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни


 

Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни - Булгаков Михаил Афанасьевич
Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни - это книга, написанная автором, которого зовут Булгаков Михаил Афанасьевич. В библиотеке LibOk вы можете без регистрации и без СМС скачать бесплатно ZIP-архив этой книги, в котором она находится в формате ТХТ (RTF) или FB2 (EPUB или PDF). Кроме того, текст данной электронной книги Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни можно комфортно и без регистрации прочитать онлайн прямо на нашем сайте.

Размер архива для скачивания с книгой Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни равен 16.44 KB

Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни - Булгаков Михаил Афанасьевич - скачать бесплатно электронную книгу, без регистрации





Михаил Афанасьевич Булгаков: «Чаша жизни»

Михаил Афанасьевич Булгаков
Чаша жизни


Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов – 4




«Т. 3: Дьяволиада: повести, рассказы и фельетоны 20-х годов»: Азбука-классика; СПб; 2002

ISBN 5-352-00139-3; 5-352-00142-2 (т. 3) Михаил Афанасьевич БулгаковЧАША ЖИЗНИВеселый московский рассказ с печальным концом Истинно, как перед Богом, скажу вам, гражданин, пропадаю через проклятого Пал Васильича... Соблазнил меня чашей жизни, а сам предал, подлец!..Так дело было. Сижу я, знаете ли, тихо-мирно дома и калькуляцией занимаюсь. Ну, конечно, это только так говорится, калькуляцией, а на самом деле жалования — 210. Пятьдесят в кармане. Ну и считаешь: 10 дней до первого. Это сколько же? Выходит — пятерка в день. Правильно. Можно дотянуть? Можно, ежели с калькуляцией. Превосходно. И вот открывается дверь, и входит Пал Васильич. Я вам доложу: доха на нем не доха, шапка — не шапка! Вот, сволочь, думаю! Лицо красное, и слышу я — портвейном от него пахнет. И ползет за ним какой-то, тоже одет хорошо.Пал Васильич сейчас же знакомит:— Познакомьтесь, — говорит, — наш, тоже трестовый.И как шваркнет шапку эту об стол, и кричит:— Переутомился я, друзья! Заела меня работа! Хочу я отдохнуть, провести вечер в вашем кругу! Молю я, друзья, давайте будем пить чашу жизни! Едем! Едем!Ну, деньги у меня какие? Я и докладываю: пятьдесят. А человек я деликатный, на дурничку не привык. А на пятьдесят-то что сделаешь? Да и последние!Я и отвечаю:— Денег у меня...Он как глянет на меня.— Свинья ты, — кричит, — обижаешь друга?!Ну, думаю, раз так... И пошли мы.И только вышли, начались у нас чудеса! Дворник тротуар скребет. А Пал Васильич подлетел к нему, хвать у него скребок из рук и начал сам скрести.При этом кричит:— Я — интеллигентный пролетарий! Не гнушаюсь работой!И прохожему товарищу по калоше — чик! И разрезал ее. Дворник к Пал Васильичу и скребок у него из рук выхватил. А Пал Васильич как заорет:— Товарищи! Караул! Меня, ответственного работника, избивают!Конечно, скандал. Публика собралась. Вижу я — дело плохо. Подхватили мы с трестовым его под руки и в первую дверь. А на двери написано: «...и подача вин». Товарищ за нами, калоша в руках.— Позвольте деньги за калошу.И что ж вы думаете? Расстегнул Пал Васильич бумажник, и как заглянул я в него — ужаснулся! Одни сотенные. Пачка пальца в четыре толщиной. Боже ты мой, думаю. А Пал Васильич отслюнил две бумажки и презрительно товарищу:— П-палучите, т-товарищ.И при этом в нос засмеялся, как актер:— А. Ха. Ха.Тот, конечно, смылся. Калошам-то красная цена сегодня была полтинник. Ну, завтра, думаю, за шестьдесят купит.Прекрасно. Уселись мы и пошли. Портвейн московский, знаете? Человек от него не пьянеет, а так лишается всякого понятия. Помню, раков мы ели и неожиданно оказались на Страстной площади. И на Страстной площади Пал Васильич какую-то даму обнял и троекратно поцеловал: в правую щеку, в левую и опять в правую. Помню, хохотали мы, а дама так и осталась в оцепенении. Пушкин стоит, на даму смотрит, а дама на Пушкина.И тут же налетели с букетами, и Пал Васильич купил букет и растоптал его ногами.И слышу голос сдавленный из горла:— Я вас? К-катаю?Сели мы. Оборачивается к нам и спрашивает:— Куда, Ваше Сиятельство, прикажете?Это Пал Васильич! Сиятельство! Вот, сволочь, думаю!А Пал Васильич доху распахнул и отвечает:— Куда хочешь.Тот в момент рулем крутанул, и полетели мы как вихрь. И через пять минут — стоп на Неглинном. И тут этот рожком три раза хрюкнул, как свинья:— Хрр... хрю... хрю...И что же вы думаете! На это самое «хрю» — лакеи! Выскочили из двери и под руки нас. И метрдотель, как какой-нибудь граф:— Сто-лик.Скрипки:
Под знойным небом Аргентины...
И какой-то человек в шапке и в пальто, и вся половина в снегу, между столиками танцует. Тут стал уже Пал Васильич не красный, а какой-то пятнистый, и грянул:— Долой портвейны эти! Желаю пить шампанское!Лакеи врассыпную кинулись, а метрдотель наклонил пробор:— Могу рекомендовать марку...И залетали вокруг нас пробки, как бабочки.Пал Васильич меня обнял и кричит:— Люблю тебя! Довольно тебе киснуть в твоем Центросоюзе ...в твоем Центросоюзе. — Центральный союз потребительских обществ был создан в 1917 г.

. Устраиваю тебя к нам в трест. У нас теперь сокращение штатов, стало быть, вакансии есть. А я в тресте и царь, и Бог!А трестовый его приятель гаркнул «верно!» — и от восторга бокал об пол и вдребезги.Что тут с Пал Васильичем сделалось!— Что, — кричит, — ширину души желаешь показать? Бокальчик разбил и счастлив? А. Ха. Ха. Гляди!!И с этими словами вазу на ножке об пол — раз! А трестовый приятель — бокал! А Пал Васильич — судок! А трестовый — бокал!Очнулся я только, когда нам счет подали. И тут глянул я сквозь туман — о-д-и-н м-и-л-л-и-а-р-д девятьсот двенадцать миллионов. Да-с.Помню я, слюнил Пал Васильич бумажки и вдруг вытаскивает пять сотенных и мне:— Друг! Бери взаймы! Прозябаешь ты в своем Центросоюзе! Бери пятьсот! Поступишь к нам в трест и сам будешь иметь!Не выдержал я, гражданин. И взял я у этого подлеца пятьсот. Судите сами: ведь все равно пропьет, каналья. Деньги у них в трестах легкие. И вот, верите ли, как взял я эти проклятые пятьсот, так вдруг и сжало мне что-то сердце. И обернулся я машинально и вижу сквозь пелену — сидит в углу какой-то человек и стоит перед ним бутылка сельтерской. И смотрит он в потолок, а мне, знаете ли, почудилось, что смотрит он на меня. Словно, знаете ли, невидимые глаза у него — вторая пара на щеке.И так мне стало как-то вдруг тошно, выразить вам не могу!— Гоп, ца, дрица, гоп, ца, ца!!И как боком к двери. А лакеи впереди понеслись и салфетками машут!И тут пахнуло воздухом мне в лицо. Помню еще, захрюкал опять шофер и будто ехал я стоя. А куда — неизвестно. Начисто память отшибло...И просыпаюсь я дома! Половина третьего.И голова — Боже ты мой! — поднять не могу! Кой-как припомнил, что это было вчера, и первым долгом за карман — хвать. Тут они — пятьсот! Ну, думаю — здорово! И хоть голова у меня разваливается, лежу и мечтаю, как это я в тресте буду служить. Отлежался, чаю выпил, и полегчало немного в голове. И рано я вечером заснул.И вот ночью звонок...А, думаю, это, вероятно, тетка ко мне из Саратова.И через дверь, босиком, спрашиваю:— Тетя, вы?И из-за двери голос незнакомый:— Да. Откройте.Открыл я и оцепенел...— Позвольте... — говорю, а голоса нету, — узнать, за что же?..Ах, подлец!! Что ж оказывается? На допросе у следователя Пал Васильич (его еще утром взяли) и показал:— А пятьсот из них я передал гражданину такому-то — это мне, стало быть!Хотел было я крикнуть: ничего подобного!!И, знаете ли, глянул этому, который с портфелем, в глаза... И вспомнил! Батюшки, сельтерская! Он! Глаза-то, что на щеке были, у него во лбу!Замер я... не помню уж как, вынул пятьсот... Тот хладнокровно другому:— Приобщите к делу.И мне:— Потрудитесь одеться.Боже мой! Боже мой! И уж как подъезжали мы, вижу я сквозь слезы, лампочка горит над надписью «Комендатура». Тут и осмелился я спросить:— Что ж такое он, подлец, сделал, что я должен из-за него свободы лишиться?..А этот сквозь зубы и насмешливо:— О, пустяки. Да и не касается это вас.А что не касается! Потом узнаю: его чуть ли не по семи статьям... тут и дача взятки, и взятие, и небрежное хранение, а самое-то главное — растрата! Вот оно какие пустяки, оказывается! Это он — негодяй, стало быть, последний вечер доживал тогда — чашу жизни пил! Ну-с, коротко говоря, выпустили меня через две недели. Кинулся я к себе в отдел. И чувствовало мое сердце: сидит за моим столом какой-то новый во френче, с пробором.— Сокращение штатов. И кроме того, что было... Даже странно...И задом повернулся и к телефону.Помертвел я... получил ликвидационные... за две недели вперед 105 и вышел.И вот с тех пор без перерыва и хожу... и хожу. И ежели еще неделька так, думаю, то я на себя руки наложу!.. Комментарии. В. И. ЛосевЧаша жизни Впервые — «Литературное приложение» к газете «Накануне».

Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни - Булгаков Михаил Афанасьевич - читать бесплатно электронную книгу онлайн


Полагаем, что книга Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни автора Булгаков Михаил Афанасьевич придется вам по вкусу!
Если так выйдет, то можете порекомендовать книгу Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Булгаков Михаил Афанасьевич - Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни.
Возможно, что после прочтения книги Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни вы захотите почитать и другие бесплатные книги Булгаков Михаил Афанасьевич.
Если вы хотите узнать больше о книге Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни, то воспользуйтесь любой поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Булгаков Михаил Афанасьевич, написавшего книгу Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни, на данном сайте нет.
Отзывы и коментарии к книге Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни на нашем сайте не предусмотрены. Также книге Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни на Либоке нельзя проставить оценку.
Ключевые слова страницы: Москва краснокаменная. Рассказы, фельетоны 20-х годов - 4. Чаша жизни; Булгаков Михаил Афанасьевич, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно.
загрузка...