ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Булычев Кир
Берегись колдуна ! (Не гневи колдуна !)
Кир Булычев
Берегись колдуна!
Др. назв.: Не гневи колдуна!
Цикл - "Гусляр"
В наши дни никто в колдунов не верит. Создается впечатление, что они вымерли даже в литературе. Изредка мелькнет там волшебник. Но волшебник это не колдун, а куда более воспитанный пришелец с Запада. Пока наши деды не начитались в детстве сказок братьев Гримм и Андерсена, они о волшебниках и не подозревали, а теперь вот какой-нибудь гном нам ближе и понятнее, чем простой колдун. Этим феноменом и объясняется то, что когда колдун вышел из леса и направился к Удалову, тот даже не заподозрил дурного. Колдун был одет неопрятно и притом претенциозно. На нем был драный тулуп, заячья шапка и хромовые сапожки со шпорами и пряжками, какие бывают на дамских сумочках. - Ловится? - спросил колдун. Удалов кинул взгляд на колдуна, затем снова уставился на удочку. Ловилось неплохо, хотя и стояла поздняя осень, с утра примораживало, и опавшие листья похрустывали под ногами, как вафли. Колдун наклонился над ведром, в котором лежали, порой вздрагивая, подлещики, и сказал: - Половину отдашь мне. - Еще чего, - улыбнулся Удалов и подсек. На этот раз попалась плотвичка. Она прыгала по жухлой траве, стараясь нырнуть обратно в озеро. - Поделись, - сказал колдун. - Я здесь хозяин. Со мной делиться надо. - Какой год сюда приезжаю рыбачить, - сказал Удалов, кидая плотвичку в ведро, - хозяев не видал. У нас все равны. - Я здесь недавно, - сказал колдун, присаживаясь на корточки и болтая пальцем в ведре. - Пришел из других мест. Мирный я, понимаешь? Тогда-то Удалов впервые пригляделся к колдуну и остался недоволен его внешним видом. - Вы что, - спросил он, - на маскарад собрались или больницы сбежали? - Как грубо, - вздохнул колдун. - Ниоткуда я не сбежал. Какую половину отдашь? Здесь у тебя шесть подлещиков, три ерша и плотвичка. Как делить? Удалов понял, что этот человек не шутит. И, как назло, на всем озере ни одного рыбака. Хоть шаром покати. Кричи не кричи, не дозовешься. А до шоссе километра три, и все лесом. - А вы где живете? - спросил Удалов почти вежливо. - Под корягой, - сказал колдун. - Холодно будет, чью-нибудь пустую дачу оккупирую. Я без претензий. - А что, своего дома нету? Рыбалка была испорчена. Ладно, все равно домой пора. Удалов поднялся, вытащил из воды вторую удочку и начал сматывать рыболовные орудия. - Дома своего мне не положено, потому что я колдун, вольное существо, начал было колдун, но, заметив, что Удалов уходит, возмутился. - Ты что, уйти хочешь? Перечить вздумал? А ведь мне никто не перечит. В старые времена от единого моего вида на землю падали, умоляли, чтобы я чего добровольно взял, не губил. - Колдунов не бывает. Это суеверие. - Кому и суеверие, а кому и грустная реальность. - Так чего же вас бояться? Удочки были смотаны. Удалов попрыгал, чтобы размять ноги. Холодно. Поднимается ветер. Из-за леса ползет туча - то ли дождь будет, то ли снег. - Ясное дело, почему боялись, - сказал колдун. - Потому что порчу могу навести. - Это в каком смысле? Глаза колдуна Удалову не нравились. Наглые глаза, страшноватые. - В самом прямом, - сказал колдун. - И на тебя порчу могу навести. И на корову твою, и на козу, и на домашнюю птицу. - Нет у меня скота и домашней птицы, - сказал Удалов, поднимая ведро и забрасывая на плечо удочки. - Откуда им быть, если я живу в городе. Так что прощайте. Удалов быстро шел по лесной тропинке, но колдун не отставал. Вился, как слепень, исчезал за деревьями, снова возникал на пути и все говорил. В ином случае Удалов поделился бы с человеком рыбой, не жадный, но тут уж дело принципа. Если тебе угрожают, сдаваться нельзя. И так много бездельников развелось. - Значит, отказываешься? Значит, не уважаешь? - канючил колдун. - Значит, так. - Значит, мне надо меры принимать? - Значит, принимай. - Так я же на тебя порчу напущу. Последний раз предупреждаю. - Какую же? - Чесотку могу. И лихорадку могу. - Противно слушать. От этого всего лекарства изобретены. - Ну хоть двух подлещиков дай. - И не проси. - Стой! - колдун забежал вперед и преградил путь. - В последний раз предупредил! - Не препятствуй. Я из-за тебя на автобус опоздаю, домой поздно приеду, завтра на службе буду невыспавшийся. Понимаешь? - На службу ходишь? - удивился колдун. - И еще рыбку ловишь? - А как же? - Удалов отстранил колдуна и проследовал дальше. - Как в жизни без разнообразия? Так и помереть можно. Если бы я только на службу ходил да с женой общался, без всякого хобби, наверное, помер бы с тоски. Человеку в жизни необходимо разнообразие. Без этого он не человек, а существо. Колдун шел рядом и соглашался. Удалову даже показалось, что колдун сейчас сознается, что и у него есть тайное хобби, к примеру, собирание бабочек или жуков. Но вместо этого колдун вдруг захихикал, и было в этом хихиканье что-то тревожное. - Понял, - сказал колдун. - Смерть тебе пришла, Корнелий Удалов. Знаю я, какую на тебя напустить порчу. - Говори, - Удалов совсем осмелел. - Смотри же. Колдун выхватил клок из серой бороды, сорвал с дерева желтый лист, подобрал с земли комок, стал все это мять, причитая по-старославянски, и притом приплясывать. Зрелище было неприятным и тягостным, но Удалов ждал, словно не мог оставить в лесу припадочного человека. Но ждать надоело, и Удалов махнул рукой, оставайся, мол, и пошел дальше. Вслед неслись вопли, а потом наступила тишина. Удалов решил было, что колдун отвязался, но тут же сзади раздались частые глухие шаги. - Все! - задышал в спину колдун. - Заколдованный ты, товарищ Удалов. Не будет в твоей жизни разнообразия. Такая на тебя напущена порча. Будет твоя жизнь идти по однообразному кругу, день за днем, неделя за неделей. И будет она повторяться точь-в-точь. И не вырвешься ты из этого порочного круга до самой смерти и еще будешь меня молить, чтобы выпустил я тебя из страшного плена, но я только захохочу тебе в лицо и спрошу: "А про рыбку помнишь?" И сгинул колдун в темнеющем воздухе. Словно слился со стволами осин. Только гнетущая влажная тяжесть опустилась на лес. Удалов помотал головой, чтобы отогнать воспоминание о колдуне, и поспешил к автобусной остановке. Там уже, стоя под козырьком и слушая, как стучат по нему мелкие капли дождя, подивился, что колдун откуда-то догадался о его фамилии. Ведь Удалов колдуну, естественно, не представлялся. Еще в автобусе Удалов о колдуне помнил, а домой пришел - совсем забыл. Утром Удалова растолкала жена. - Корнелий, ты до обеда спать намерен? Потом подошла к кровати сына Максимки и спросила: - Максим, ты в школу опоздать хочешь? И тут же: плюх-плюх - на сковородку яйца, жжик-жжик - нож по батону, буль-буль - молоко из бутылки, ууу-ууу-иии - чайник закипел. Удалов поднялся с трудом, голова тяжелая, вчера перебрал свежего воздуха. С утра сегодня заседание. Опять план горит... - Максим, - спросил он. - Ты скоро из уборной вылезешь? В автобусе, пока ехал на службу, заметил знакомые лица. В конторе была видимость деловитости. Удалов раскланялся с кем надо, прошел к себе, сел за свой стол и с подозрением оглядел его поверхность, словно там мог таиться скорпион. Скорпиона не было. Удалов вздохнул, и начался рабочий день. Когда Удалов вернулся домой, на плите кипел суп. Ксения стирала, а Максимка готовил уроки. За окном стояла осенняя мразь, темно, как в омуте. Стол, за которым еще летом играли в домино, поблескивал под фонарем, а с голых кустов на него сыпались ледяные брызги. Осень. Пустое время. Незаметно прошла неделя. День за днем. В воскресенье Удалов на рыбалку не поехал, какой уж там клев, сходили в гости к Антонине, Ксениной родственнице, посидели, посмотрели телевизор, попили чаю, вернулись домой. Утром в понедельник Удалов проснулся от голоса жены: - Корнелий, ты что, до обеда спать собрался? Потом жена подошла к кровати Максимки и спросила: - Максим, ты намерен в школу опоздать? И тут же: плюх-плюх - о сковородку яйца, жжик-жжик - нож по батону, буль-буль - молоко из бутылки, ууу-ууу-иии - чайник закипел. Удалов с трудом поднялся, голова тяжелая, а сегодня с утра совещание. А потом дела, дела. - Максим! - крикнул он. - Ты долго будешь в уборной прохлаждаться? Как будто перед мысленным слухом Удалова прокрутили магнитофонную пленку. Где он все это слышал? В конторе суетились, спорили в коридоре. Удалов прошел к себе, сел и с подозрением оглядел поверхность стола, словно там мог таиться скорпион. Скорпиона не было. Удалов вздохнул и принялся готовить бумаги к совещанию. В воскресенье Удалов хотел было съездить на рыбалку, да погода не позволила, снег с дождем. Так что после обеда он спустился к соседу, побеседовали, посмотрели телевизор. В понедельник Удалов проснулся от странного ожидания. Лежал с закрытыми глазами и ждал. Дождался: - Корнелий, ты до обеда спать собираешься? - Стой! - Удалов вскочил и с размаху босыми пятками в пол. - Кто тебя научил? Других слов не знаешь? Но жена будто не слышала. Она подошла к кровати сына и сказала: - Максим, ты намерен в школу сегодня идти? И тут же: плюх-плюх - о сковородку яйца... Удалов стал совать ноги в брюки, спешил вырваться из дома. Но не получилось. Поймал себя на нервном возгласе: - Максим, ты скоро из уборной... - осекся. Опомнился только на улице. Куда он едет? На службу едет. Зачем? А в конторе была суматоха. Готовились к совещанию по итогам месяца... Но стоило Удалову поглядеть на потертую поверхность своего стола, как неведомая сила подхватила его и вынесла вновь на улицу. Почему-то побежал он к рыбному магазину и, отстояв большую очередь, купил щуку, килограмма три весом. Завернул щуку в газету и с этим свертком появился на автобусной остановке. ...Сыпал мокрый снежок, таял на земле и корнях деревьев. Лес был молчалив. Внимательно прислушивался к тому, что произойдет. - Эй, - сказал Удалов несмело. Из-за дерева вышел колдун и сказал: - Щуку принес? В щуке костей много. - Откуда же в щуке костям быть? - возмутился Удалов. - Это же не лещ. - Лещ-то лучше, - сказал колдун. Пощупал рукой висящий из газеты щучий хвост. - Мороженая? - Но свежая, - сказал Удалов. - А что, допекло? - колдун принял щуку, как молодой отец ребенка у роддома. - Сил больше нет, - признался Удалов, - плюх-плюх, пшик-пшик... - Быстро, - сказал колдун. - Всего две недели прошло. - Я больше не могу, - сказал Удалов. Колдун поглядел на серое небо, сказал задумчиво: - Что-то я сегодня добрый. А казалось бы, чего тебя жалеть? Ведь заслужил наказание? - Я вам щуку принес. Три кило двести. - Ну ладно, подержи. Колдун вернул щуку Удалову и принялся совершать руками пасы. На душе у Корнелия было гадко. А вдруг это шутка? - Все, - сказал колдун, протягивая руку за рыбой. - Свободен ты, Удалов. Летом будешь мне каждого второго подлещика отдавать. - Обязательно, - сказал Удалов, понимая уже, что его провели. Колдун закинул щуку за плечо, как винтовку, и зашагал в кусты. - Постойте, - сказал Удалов вслед. - А если... Но слова его запутались в мокрых ветвях, и он понял, что в лесу никого нет. Удалов вяло добрел до автобусной остановки. Он покачивал головой и убеждал себя, что хоть колдун - отвратительная личность, шантажист, вымогатель... Пока Удалов добрался до дому, он так измучился и постарел, что какая-то девушка попыталась уступить ему место в автобусе. В страхе он улегся спать и со страхом ждал утра, во сне ведя бесцельные и озлобленные беседы с колдуном. И чем ближе утро, тем меньше он верил в избавление... Но обошлось. На следующее утро Ксения сварила манную кашу, Максимка заболел свинкой и не пошел в школу, а самому Удалову пришлось уехать в командировку в Вологду, сроком на десять дней.

1

загрузка...