ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Переживал я за «черепаху», еще как переживал, на обратном пути крыл себя последними словами. И тебя не раз вспоминал: вот ведь, Родриго как в воду глядел, но я уперся на своем — и точка! А здесь, у шефа… После того, как я припомнил свои промахи во время рейда и сам себе дал неважную оценку, разыгрывать раскаяние перед стариком было бы чистейшей показухой. Согласен? Ну, отстранил он меня от вылазок. Думаешь, переживать буду? Вот увидишь, скоро Лейф об этом забудет. Или сделает вид, что забыл. Он ко мне, несмотря ни на что, совсем неплохо относится! Вот так! — Филипп подмигнул Родриго и скрылся в своей комнате.
Минут через десять переговорники во всех помещениях Базы голосом Эрикссона сообщили, что любые вылазки за пределы поляны отменяются по меньшей мере на три дня. По периметру поляны создавалась постоянная силовая защита. В общем-то, после всего происшедшего иных действий от шефа ожидать не приходилось.
Вечером Родриго заглянул в «развлекалку». Так называли комнату отдыха — место, которое десантники посещали охотнее всего. Научники появлялись здесь редко, они предпочитали библиотеку.
В «развлекалке» было полно народу. Одни торчали возле игральных автоматов, другие окружали старомодный бильярд, третьи резались в кости. Многие пришли сюда просто пообщаться, что означало рассказать парочку историй, наполовину высосанных из пальца, и выслушать в ответ несколько других, еще менее правдоподобных.
— Знали бы вы, какую красотку я в прошлом году подцепил на Варадеро! — едва войдя, услышал Родриго захлебывающийся от возбуждения голос Фелипе Диаса. — Ох, и покувыркались же мы с ней! Девчонка оказалась настолько хороша, что я целую неделю моря не замечал, не до того было! А набрел я на нее так. Представьте себе… — Увидев Родриго, рассказчик запнулся, но тут же продолжил, только потише:
— Так вот. Дождался я, когда эта цыпочка заплывет за буйки, ну и подгреб к ней. Прикинулся спасателем и кричу: по какому такому праву нарушаете зону? Она увидела мою мускулатуру, поверила и, вообразите, испугалась. Ах, извините, сеньор, я так увлеклась, ну и прочий вздор. Тут я, само собой, подплываю, обнимаю ее за талию и говорю: не беспокойтесь, сеньорита, вы находитесь под защитой доблестного звездного десанта. Извините за розыгрыш, но без юмора там, у нас, пропадешь. Дальше следует полный дежурный набор. Вчера, мол, только возвратился, а завтра снова улетать. Так что сегодня у меня единственный шанс познакомиться с очаровательной землянкой. И что вы думаете, ребята? Эта русалка от счастья чуть пузыри не пустила! Потом, правда, допытывалась: так когда же мне тебя провожать в полет? Да понимаешь, говорю, звездолет, как назло, сломался. На днях должны починить, мне об этом сообщат условной фразой…
Компания грохнула. Родриго молча обогнул ее и направился к одному из свободных автоматов — «Саванне». Вошел в небольшую кабинку, и створки двери с легким щелчком соединились у него за спиной.
Перед ним мерцала голубоватая панель фантоматора. Родриго не глядя протянул в сторону правую руку и снял висящий на стене облегченный пульсатор. Конечно, это была только имитация боевого оружия — «выстрелы» производились безобидными световыми пучками.
Родриго нащупал ногой едва выступающую из пола квадратную педаль и нажал ее. Панель тут же растаяла, и стены крошечного помещеньица раздвинулись, укатились за линию горизонта, где море высокой, местами порыжевшей травы смыкалось с густым, необыкновенной голубизны небом.
Это была подлинная саванна. То тут, то там возвышались изящные, словно нарисованные быстрыми взмахами тонкой кисти зонтичные акации и невероятно толстые, как будто их распирало изнутри, баобабы. Справа, неторопливо перебирая ногами-ходулями, разгуливала тройка жирафов, слева, непрерывно шевеля ушами-опахалами, паслась группа слонов. Высоко в небе, распластав неподвижные крылья, барражировали грифы.
Внезапно из-за самого здоровенного баобаба выскочило грациозное золотистое создание с изящными рожками и косой темной полосой на боку. Газель бежала, делая такие отчаянные зигзаги, как будто за ней гналась дюжина хищников. Родриго, в распоряжении которого было пятнадцать секунд, вскинул пульсатор и стал целиться. Пару раз он едва не нажал на кнопку раньше времени, но выстрел сделал лишь на последних секундах, надежно «приклеив» перекрестье прицела к боку взвившейся в красивом прыжке газели. Из ствола пульсатора вырвался тонкий белый луч, и добыча исчезла. «Один — ноль», — негромко произнес сзади машинный голос, и Родриго вновь, как много лет назад, когда он впервые вошел в такую кабинку, испытал дурацкое желание обернуться.
Он не любил охотиться на настоящих зверей. На Земле, правда, об этом нечего было и думать: вся уцелевшая живность давным-давно находилась в многочисленных заповедниках и национальных парках под неослабным контролем экологов. Браконьерство каралось беспощадно. Поэтому некоторые юнцы, пресыщенные дозволенными удовольствиями, специально шли в десант, чтобы при случае вдоволь пострелять по живым мишеням. Конечно, и здесь действовали всевозможные инструкции, но обойти их на огромной неисследованной планете обычно не составляло труда. Типичным «мясником» считался Кен Дайсон, никогда не упускал возможности всадить заряд в какую-нибудь зверюгу Йорн Хальберг, и даже у невозмутимого Тадаси Сайто глаза загорались при виде дичи.
Вообще-то и Родриго не был лишен охотничьего зуда. Однако наблюдать агонию животного, проколотого лучом пульсатора, смотреть, как оно, хрипя, бьется по земле и судорожно перебирает в воздухе ногами, а кровь продолжает фонтанчиком выплескиваться из раны… Нет, от такого зрелища он восторга не испытывал. Но виртуальное сафари — совсем другое дело!
Родриго уже минут двадцать поражал антилоп, буйволов, зебр, страусов, львов и леопардов. Самой легкой добычей стал массивный носорог, труднее всего было подстрелить бешено мчащегося гепарда. Наконец металлический голос подытожил: «Девяносто четыре — шесть». И экзотический африканский пейзаж тут же исчез, как с экрана выключенного визора. Перед лицом Родриго снова возвышалась голая безжизненная панель.
«Неплохо! — подумал он, выходя. — Всего шесть раз промахнулся! Этот компьютер заставляет „животных“ выделывать такие немыслимые петли, что и чемпион по стрельбе не набрал бы ста очков».
Родриго подошел к следующей кабине. На этот раз фантоматор забросил его в непролазную чащу, оставив лишь слабую надежду на спасение в виде едва заметной извилистой тропинки.
— Отсчет! — произнес за спиной знакомый голос, и тропинка, на которой неожиданно обнаружились различные препятствия, сама поползла под ноги Родриго.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65