ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Сегодня об этом знает любой, кто смотрит телевизор. Если же они с Ломаксом на самом деле убили Читама и хотели, чтобы это выглядело как случайная смерть во время каких-то извращенных сексуальных действий, то им пришлось обставить все так, будто он был наедине со своим порножурналом. И это единственное объяснение, какое я могу найти.
— Возможно, к Читаму ходит уборщица, она и забрала грязное белье в стирку, — поделился своими соображениями Ричард.
— Возможно, но вряд ли. В корзине для белья в спальне лежала грязная одежда. И кое-что еще о компьютерах. Кто бы ни опустошил сейф в офисе и ни взял оттуда дискеты, это был не Читам.
— Почему ты так уверена? Если он забеспокоился из-за твоего сования носа в его дела, то мог бы сам избавиться от компромата.
— Верно. Но это его компьютер. А в офисе побывал тот, кто не знает, что взятые им дискеты — всего лишь копии того, что хранится на жестком диске. Он не имел сведений о жестком диске, так как оставил на нем информацию.
Ричард покачал головой:
— Не знаю, Брэнниган. Все это очень сомнительно. С тех пор как ты весной раскрыла убийство Мойры, тебе везде мерещатся насильственные смерти. Вспомни, как ты накрутила себя из-за клиента, который умер после того, как изменил завещание, а оказалось, что у него много лет было больное сердце, — вот и вся разгадка.
— Тем не менее все это подозрительно, даже ты должен признать, — возразила я.
— Я могу дать тебе объяснение каждого приведенного тобой факта, — заявил Ричард, приступая к последней креветке.
— Валяй, — согласилась я, уверенная, что смогу развенчать любую теорию, которую способен придумать его извращенный ум.
Ричард доел креветку, откинулся на спинку стула и протер стекла очков, пародируя ученых, выступающих по телевизору.
— Хорошо. У него был откровенный разговор с тобой, а потом он помчался на встречу с Ломаксом. В результате он весь на нервах, но считает, что все превосходно провернул и теперь заслуживает вознаграждения. Поэтому он приглашает к себе подружку, — как там ее зовут? Далее. Из твоего рассказа о сокровищах, которые хранит Ломакс, следует, что совершенно неизвестно, чем занималась там эта парочка. Предположим, он просто все подготовил, чтобы ее возбудить, — переоделся, накрасился, притворился, будто хочет повеситься. Только что-то у него пошло не так, и он умирает. Пока нормально?
Я нехотя кивнула. Действительно, Читам достаточно времени провел один в доме, чтобы привести этот сценарий в действие.
— Нормально, — вздохнула я.
— Как бы ты среагировала, если бы приехала в дом своего любовника и обнаружила его мертвым — висящим на перилах в женском платье? Особенно если бы ты знала, что он по уши в каком-то подозрительном деле, которое выйдет наружу после того, как он отдал концы? Помни, эта милая дамочка могла быть соучастницей всех его грязных дел. Ты бы постаралась обезопасить себя, верно? — Ричард одарил меня своей знаменитой улыбкой, той, из-за которой, собственно, я и связалась с ним, на свое несчастье.
— Верно, — согласилась я.
— Значит, появляется испуганный Ломакс, и парочка подчищает все, что имеет отношение к делишкам Читама. Ломакс выносит все компрометирующие документы, а эта, как ее? — Ричард вопросительно глянул на меня.
— Нелл, — подсказала я.
— Да, «малышка Нелл, тебе я пел», как же я мог забыть?
— Сейчас не время для пошлых песен, — одернула я его.
— Ошибка, Брэнниган. Это не пошлость, а нежность. Но, как ты правильно заметила, сегодня любой дурак знает, что судмедэксперты могут отыскать следы малютки Нелл не только на месте преступления, но даже на кровати, где они совокуплялись. Поэтому Нелл меняет постельное белье, забирает с собой грязное, намереваясь постирать его на досуге. Тем временем Ломакс обшаривает офис Читама, потрошит сейф и уходит на цыпочках с компьютерными дисками. Попробуй найди, к чему придраться, — торжествующе закончил Ричард.
Я ненадолго задумалась, а потом вскочила на ноги.
— Подожди, — бросила я и направилась в комнату, которая служит мне одновременно кабинетом и компьютерным офисом. Там я достала написанную популярным языком для широких читательских масс книжку по судебной медицине, которую Ричард как-то для смеха подарил мне на день рождения. Я просмотрела алфавитный указатель и нашла раздел, посвященный температуре тела. — Есть! — воскликнула я. Ричард с озадаченным видом появился в дверях. Я зачитала нужное предложение:— «Приблизительное правило, применяемое патологоанатомами, заключается в том, что завернутое в ткань тело остывает на воздухе на два—пять градусов по Фаренгейту в час», — вот что здесь сказано. А когда я потрогала его, температура его тела была почти равна моей. Он не был на четыре— десять градусов холоднее меня, как было бы, если бы он умер, когда ты считаешь.
Ричард забрал у меня книжку и прочитал все сам. Как обычно, журналист в нем победил, и он обнаружил множество интересных вещей, о которых просто обязан был прочитать. Оставив его наедине с книгой, я пошла расчищать кухню после ужина. Не успела я выбросить железные банки в мусорную корзину, как он появился, с видом триумфатора размахивая книгой.
— Тебе следовало бы прочитать дальше, — наставительно произнес он. — Тогда бы ты узнала все, а не половину. Смотри, — добавил Ричард, ткнув в параграф на следующей странице.
— «Обычно смерть от удушения повышает температуру тела. Это должно приниматься во внимание при определении времени смерти, и незнание этого приводило к ошибкам во многих известных в истории случаях», — прочитала я. — Ладно, твоя взяла. Мое воображение опять меня подвело, — вздохнула я.
— Значит, ты принимаешь мою теорию? — не веря своим ушам, спросил Ричард.
— Пожалуй, да.
— В этом есть кое-что положительное. Знаю, я только что лишил тебя удовольствия преследовать убийцу, но, с другой стороны, это снимает подозрение с Алексис.
— Я ни на минуту не подозревала ее, — солгала я.
— Конечно, не подозревала, — сказал Ричард, выразительно подмигнув. — Кстати, теперь, когда я избавил тебя от необходимости искать преступника, я заслуживаю награды?
Я проверила свое тело на предмет присутствия синяков и боли. Вне всякого сомнения, я была близка к выздоровлению. Я погрузилась в теплые объятия Ричарда и промурлыкала:
— У тебя или у меня?
19
Выкатившиеся из орбит глаза не мигая глядели прямо на меня, посиневшие губы кривились, пытаясь что-то сказать. Я отвернулась, но лицо преследовало меня. Я закричала и от звука своего голоса проснулась в ужасе, ощущая хлынувшую в кровь мощную волну адреналина. Часы показывали шесть, Ричард лежал на животе, негромко посапывая, правда не храпя, а передо мной все стояло укоризненное лицо Мартина Читама.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62