ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Джек отодвинул свой стул от стола.
— Я буду в кабинете. Когда Джейни вернется, попросите ее зайти ко мне.
— Можно спросить зачем?
— Нет никакой необходимости ее защищать. Я просто хочу попросить прощения наедине. Ох, слишком уж часто мне приходится просить прощения, — добавил он, обращаясь скорее к себе, а не к Тринити.
Она хотела сказать ему, что незачем просить прощения за свою человечность и за те обстоятельства, в какие он попал из-за Эйба Стэндиша, Рассела Брэддока, Краунов, Луизы и, главное, из-за нее самой, Тринити. Но она понимала, что он нуждается не в утешении, а в отдыхе.
Настанет утро — и вернется прежний Джек. А если нет, если теперешнее настроение сделается постоянным, она предложит ему уехать ради его собственного блага и во имя спасения собственной гордости.
Потому что она подозревала, что не вложенные деньги или, к примеру, неблагоразумие Луизы более всего тяготят Джека. Его тяготит перспектива женитьбы на женщине, которую он не любит и которая напоминает ему о жестоких поступках красивой, своевольной девушки, разбившей его сердце. И хотя Тринити сочувствовала его несчастью, она не хотела брать на себя вину за него даже ради спасения ранчо деда. Лучше выйти замуж за совсем чужого человека.
* * *
— Джек? — Джейни просунула голову в дверь кабинета и объявила с чувством исполняемого долга:
— Тринити велела мне зайти к тебе.
— Иди сюда.
Он похлопал себя по колену и был рад, что лицо у Джейни сразу повеселело; она вбежала в комнату и быстро уселась Джеку на колени. Крепко, изо всех сил своих тоненьких ручонок обняла его и сказала:
— Я больше никогда не стану называть Ники «мальчиком».
Джек расхохотался от души, чувствуя, как смех словно освобождает его от тягостных неудач нынешнего дня.
— Но ведь он и в самом деле мальчик, я просто предпочитаю, чтобы ты называла его по имени. Я хочу сказать тебе почему, но это секрет, и я прошу тебя никому о нем не говорить.
— Секрет? — повторила она, широко распахнув глаза.
— За обедом ты сказала, что я никогда не говорю тебе секреты первой. Вот я и решил, что надо попробовать.
— Обещаю, что никому не расскажу.
— Отлично. — Джек с нежностью убрал со щеки девочки прядку золотисто-каштановых волос. — Но прежде всего я хочу извиниться за свое поведение за обедом.
— Ты был такой сердитый.
— Да, был. Но я сердился не на тебя.
— На Луизу?
— Главным образом на себя. Я был сегодня сам не свой, Джейн. Я говорил и делал такие вещи — просто невероятные. Принимал поспешные решения, подвергал опасности свои финансы, скандалил на улице, наводил страх на своих близких. — Джек с улыбкой посмотрел в полные сочувствия глаза Джейни. — Одно из принятых мной решений — очень большой секрет, которым я и поделюсь с тобой. Речь идет о Ники.
— О его отце? — предположила Джейни.
— Его отец мертв. Но я уладил вопрос о его усыновлении и стану его новым отцом.
Джейни склонила головку набок:
— А я стану его сестрой?
— Ты станешь ему тетей.
— Тетей? — Джейни пришла в восторг. — И он будет меня слушаться?
— Нет. Но он будет уважать тебя, а ты его. Вот почему так важно, чтобы ты называла его по имени. Понятно?
Джейни выпятила губы, обдумывая услышанное.
— А когда ты женишься на Тринити, она станет его мамой?
— Отличный вопрос. Да, она станет его мамой, вернее, мачехой.
— Если она станет его мачехой, может ли Луиза быть его мамой? Так было бы лучше.
Такое утверждение озадачило Джека.
— Ты считаешь, что Тринити не может быть хорошей матерью? Почему? Ведь она очень привязалась, например, к тебе.
— Но не так, как мама.
Джек помолчал, размышляя, стоит ли продолжать обсуждение. Джейни всего шесть лет — вряд ли она способна судить о расположенности женщины к материнству.
С другой стороны, Тринити женщина вполне взрослая и осуждает себя за отсутствие материнского чувства. Неужели Джейни почувствовала это в Тринити? И если у него и Тринити родится ребенок, ощутит ли это и он?
Джек тряхнул головой, прогоняя абсурдную мысль, возникшую, как он решил, в результате напряженного дня.
— Я не слишком серьезно обдумал свое решение. Мне не понравилось, как управляют сиротским приютом, и я не мог переварить идею возвращения Ники к ним. Но мне надо было сначала обсудить это дело с Тринити и самим Ники.
— Ты им ничего не говорил?
— Нет.
— Значит, и вправду об этом знаю только я?
— Да. С ними обоими я потолкую завтра, а пока помни: никому ни слова.
— Никому. Даю слово.
— Спасибо, солнышко. — Джек снял Джейни с колен, поставил на пол и поцеловал в щеку. — А теперь беги спать, хорошо?
Джейни вприпрыжку побежала к двери, но вдруг остановилась.
— Джек!
— Да?
— Можно я скажу Мэри? Я возьму с нее обещание никому не рассказывать.
Джек даже застонал от такого полного фиаско.
— Отлично. Только сначала предупреди ее, чтобы не болтала.
Джейни захлопала в ладоши.
— Секреты тем и хороши, что о них можно рассказывать, верно?
— Думаю, да. Доброй ночи, детка.
— Доброй ночи, Джек.
* * *
Тринити тщетно ждала возвращения «прежнего Джека»: она увидела мрачного, углубленного в себя мужчину, который явно решил избежать женитьбы, изнурив себя работой до смерти прежде, чем наступит торжественный момент. Встал он на заре и поскакал верхом в лагерь ковбоев, где, как доложил Клэнси, старался в одиночку повалить, связать и заклеймить любое существо, которое осмеливалось пересечь ему дорогу. Вернулся он уже во второй половине дня и снова уткнулся в расчеты, то и дело передавая Тринити бесконечные бумажки на подпись. Такое фанатичное поведение продолжалось полных три дня. Тринити измышляла способ либо унять его, либо придушить, но на нее самое тоже обрушился шквал совершенно бессмысленных дел. Элена, строгая и неумолимая надсмотрщица за исполнением, своих требований, поелику дело шло о гостеприимстве, задумала превратить скромную свадьбу в главное событие сезона.
— Когда они будут вести разговоры об этом годе, они первым долгом станут вспоминать этот прекрасный праздник, — убеждала она невесту. — Уж я этого добьюсь. Ты наденешь платье, которое сшила моя tia .
— Я не могу! — завопила Тринити. — Оно очень красивое, но, по совести, Элена, что подумает Джек? Оно очень открытое, но, даже если бы оно таким не было, считается, что я в трауре.
— Твой дедушка хотел бы, чтобы ты его надела, и ты его наденешь.
— Я больше не желаю строить предположения насчет того, чего хотел бы мой дедушка!
— И не надо, — заверила ее Элена. — Твой дедушка хотел, чтобы ты вышла замуж за хорошего человека и родила правнуков, которые занимались бы ранчо. Он хотел, чтобы все соседи увидели, какая ты красавица.
Он хотел, чтобы ранчо «Сломанная шпора» славилось своим гостеприимством на много миль вокруг, всем на зависть.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70