ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Пич, ты меня слышишь? – крикнул он в трубку.
– Видимо, я позвонила слишком рано. – Голос Пич доносился издалека. – О, Ноэль… как ты мог?… – Телефон в его руках умолк, связь прервалась.
– О Господи, Ноэль! Прости меня, – сказала Клер, – Я взяла трубку, не задумываясь, автоматически…
Ноэль выбрался из теплой, смятой постели.
– Ты не виновата, Клер, – спокойно произнес он, накидывая халат на обнаженное тело.
Клер с беспокойством следила за ним, когда он направился к окну. Она встала и пошла в ванную, чтобы принять душ.
Ноэль мерил шагами отполированный паркетный под вдоль окон, обрамляющих город, который он всегда хотел завоевать, размышляя, что делать. Было уже почти восемь часов – у него оставалось два часа до звонка в «Гремт Лейкс Моторс». Два часа, за которые нужно было исправить то, что случилось. Но как? Что он должен сделать? Солгать Пич? Сказать, что это была новая экономка? Если от этого ей станет легче, может, ему так и следует поступить, – солгать, чтобы прикрыть одну шальную ночь. Но внезапно Ноэль понял, что этим ничего не исправит, а только испортит все еще больше. Как он мог ожидать, что Пич правильно все поймет? Как можно было вообще его понять, если он сам не понимал, почему это сделал? Почему он вечно был неудовлетворен собой? Почему всегда стремился куда-то, напрягаясь до предела и стремясь достичь цели, которую сам же себе ставил? У него было все, о чем человек мог только мечтать: общепризнанный успех в своей области, денег больше, чем можно истратить. Он был женат на девушке своей мечты и имел сына, являвшегося вторым поколением Мэддоксов. Подойдя к телефону, Ноэль набрал номер в Париже. Ответил Оливер и дал ему телефон Лоис в Германии. Ноэль набрал еще один номер и стал с нетерпением ждать, слушая слабые гудки, удаленные от него на тысячи миль.
– Ноэль? – удивленно спросила Лоис. – Что происходит, скажи мне на милость? Пич упаковывает свои вещи и обливается слезами. Она возвращается следующим самолетом в Париж.
– Ничего, Лоис, просто передай Пич, что ничего не было, произошла ошибка. Попроси ее, чтобы она подошла к телефону, пожалуйста.
– Хорошо, я попробую, Ноэль, но у меняж такое чувство, что если действительно между вами что-то произошло, то Пич приняла это очень близко к сердцу. Подожди у телефона, я поговорю с ней…
Ноэяь ждал, нетерпеливо барабаня пальцами по столу. Лоис снова взяла трубку очень быстро.
– Ничего не получается, к сожалению. Пич отказывается подходить к телефону, а когда я передала ей твои слова, она расстроилась еще сильней.
– Боже мой! – воскликнул Ноэль в сердцах. – Каким самолетом она летит?
– Первым же рейсом, который будет на Париж, ей все равно, – сказала Лоис. – Мне очень тяжело видеть ее в таком состоянии, Ноэль. Уверяю тебя, если бы это было в моих силах, я бы ее никуда не пустила, но она решительно настроена вернуться домой. Тебе лучше поторопиться и приехать туда как можно быстрее.
– Ты права. Передай ей, что я вылечу вечером и завтра буду в Париже. Спасибо тебе, Лоис. Мне очень жаль, что так получилось.
– Мне знакома такая ситуация, – сухо ответила Лоис. – Я догадываюсь, что произошло, хотя Пич ничего не хочет рассказать, Ноэль. Ясно, что ты свалял дурака, – но, к сожалению, с мужчинами это случается часто.
Она повесила трубку, не попрощавшись, и Ноэль мрачно опустил трубку на рычаг. Клер вышла из ванной, аккуратно причесанная и со свежей помадой, блестевшей на ее красивых губах. До него донесся запах ее духов – она пользовалась все теми же.
– Я пойду, – сказала Клер, накидывая на себя жакет из чернобурки. – Мне действительно очень жаль, Ноэль.
Она стояла у дверей, и вид у нее был угнетенный. Он сочувственно улыбнулся ей.
– Твоей вины здесь нет, прекрасная Клер. – Он проводил ее до лифа. – Спасибо, что осталась со мной, когда я нуждался в этом.
Она поцеловала его в губы и вошла в лифт.
– Мы нуждались друг в друге, Ноэль, – ответила Клер, и двери лифта закрылись.
Стоя в душе под струей холодной воды, Ноэль старался привести в порядок свои мысли. Он ничего не мог сейчас предпринять относительно Пич, только ждать вечера, когда можно вылететь в Париж. Он все исправит, стоит только увидеть ее, а в переговорах на расстоянии нет никакого смысла, сейчас он понял это. А ложь лишь унизит ее еще больше. Он обнимет ее, прижмет к себе и расскажет всю правду – пусть Пич сама осудит его и простит, и они вместе заделают ту трещину, которая образовалась в их отношениях. А теперь ему пора подумать, как вести себя в «Грейт Лейкс Моторс».
Ноэль намылил свое упругое, крепкое тело, просчитывая те аргументы, которые могли быть выдвинуты против него: во-первых, он был слишком молод в свои сорок пять лет, не говоря уже о настоящем возрасте; далее, он был прежде всего инженером, а уж потом бизнесменом; он был «звездой» в средствах массовой информации, пресса проявляла к нему двоякий интерес – как к мужу известной в обществе наследницы и члена одной из самых знаменитых автомобильных династий, а также к его радикальным и откровенным взглядам на Детройт и положение дел в автобизнесе на современном этапе. В трудные времена Детройт плотно смыкал свои ряды и единым фронтом держал ответ перед своими пайщиками и прессой, и тогда уже никого не интересовали чьи-то прогрессивные взгляды. О них вспоминали, только если вдруг оказывалось, что неприятности зашли слишком далеко и лишь решительные меры могут предотвратить спад производства.
В таком случае какие у него имеются козыри на руках? Сравнительная молодость в индустрии, где доминировали люди шестидесяти лет и выше, может превратиться во благо, если удачно подать его возраст; популярность в прессе поможет ему быстро создать необходимый образ для потенциальных покупателей, такой человек лучше, чем неизвестные людишки, которые, как и их автомобили, были для общественности все на одно лицо. Его послужной список, начиная с «Грейт Лейкс Моторс», «Ю.С.Авто» до президента «Курмон», ранние успехи со «сталлионом», последний успех в проведении радикальной корпоративной перестройки и совершенно новый взгляд на производство автомобиля в три года против пяти.
Весело насвистывая, Ноэль растерся полотенцем и, глядя на себя в зеркало, принялся сбривать синеву с щек. Все мысли о Клер Антони и о прошлой ночи были решительно выброшены из головы. Он все объяснит Пич, когда приедет домой, и она простит ему эту ошибку.
69
Париж сверкал в лучах октябрьского солнца, когда Пич с маленьким Чарльзом на коленях смотрела из окна такси, по пути из аэропорта Орли на Иль-Сен-Луи. Черные очки, которые она надела, должны были скрыть от посторонних опухшие от слез глаза.
Когда она позвонила Ноэлю, голос женщины был полон такой теплой, полусонной интимностью, что у нее не оставалось сомнений в том, что случилось, даже если бы эта женщина и не сказала всего того, что она услышала, – сначала, что Ноэль спит, а потом, что не спит.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128