ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Улыбка Григория стала еще шире. Главное - не отпустить Ларису!
- Я не богат, Лариса Степановна, но водкой угостить могу. Временем располагаешь?
- Времени хоть завались! Анатолий утром улетел в Рим на какую-то встречу. Куда едем?
- Тут недалеко, местечко приятное и укромное. Ты на машине?
- На такси приехала.
Мадрид просто кишел таксомоторами с красной полосой через дверцу. Возили за смехотворную плату.
- А как же супруга? - насмешливо осведомилась она. - Сцену не закатит?
- Она в Москве, сама, что ли, не знаешь? Ее матери недавно вырезали опухоль.
Еще в ту пору, когда он ходил в звании лейтенанта, слушателя Школы внешней разведки КГБ в Юрлове. Григорий женился на музыкантше Анне, кроткой неприметной девушке с голубыми фарфоровыми глазами и мальчишеским телом. Близость между ними случалась теперь все реже и реже. Поскольку Анна совершенно не переносила Мадрид, ее отлучки в Москву становились все продолжительнее, и Григории ждал того дня, когда она объявит ему о своем намерении развестись.
Он галантно распахнул перед Ларисой дверцу "мазды".
Молодая женщина завистливым взглядом обвела сияющий новизной салон автомобиля.
- Это обошлось тебе по меньшей мере в десять тысяч рублей! Как ты выкручиваешься со своим грошовым жалованьем?
- Я - хороший коммунист! - рассмеялся Григорий.
До сих пор это утверждение было чистой правдой. Сын партийца-офицера, Григорий кончил школу с отличным аттестатом, четыре года учил испанский и английский в институте иностранных языков, работал переводчиком в международном отделе, потом перешел в Советский Комитет Защиты Мира, одну из епархий КГБ.
В 1966 году его заметили в ГРУ, где он прослужил два года, а в 1968 году КГБ проведал от своих "ловцов душ" о существовании этого блестящего и безупречного сотрудника. С того дня к послужному списку одного из самых молодых майоров Седьмого отдела приобщались лишь похвальные отзывы.
Григорий тронул машину и осторожно влился в густой поток транспорта на Калье Серрано.
Лариса откинулась на спинку так, что высоко обнажились ее полные мелочно-белые ноги. Хотя она немилосердно красилась, было в ней некое обаяние чувственной самки, действовавшее на Григория. Их глаза встретились, и он понял, что делать дальше. Положив ей ладонь на голое колено, он промолвил бархатным голосом:
- А ты очень хороша, моя радость!
- Ты это оставь, Григорий Иванович! - томно проворковала она. - Я замужняя женщина!
Улыбнувшись, он повернул направо, на Калье Зурбаран, ведущую к Пасео де ла Кастельяна, главной артерии города. Условленная встреча летела к черту, но встреча с Ларисой поставила перед ним задачу настолько безотлагательную, что ее нужно было решать, отбросив все прочие соображения.
* * *
Клуб "Блюз Вилла" едва начал наполняться посетителями, хотя шел уже девятый час. Испанцы поздно покидали свои дома, отправляясь ужинать часам к одиннадцати или к полуночи. Лариса оглядела уютный зал, мягкие глубокие кресла, скрытые светильники, новомодные картины, флиртующие пары.
- Это сюда ты водишь своих девиц?
- Да что ты! Был раз или два...
Это была чистая правда и одна из причин, побудивших его остановить выбор именно на клубе "Блюз Вилла". Здесь его не знали, а бармены мало внимания обращали на клиентов. Это заведение, расположенное на тихой улочке Калье Санто Доминго де Силос, недалеко от стадиона и квартала Саламанка, обжитого девицами, выезжавшими по вызову, избрали своим пристанищем парочки, не состоявшие в законном браке. Они устроились в темном уголке. Лариса, в чьих глазах зажегся алчный огонек, спросила:
- Ты думаешь, у них есть французский коньяк?
- Уверен.
Через пять минут на столе перед ними стояла бутылка "Гастон де Лагранжа" для нее и бутылка "Столичной" для него.
* * *
Лариса Петрова разрумянилась, ее глаза блестели слишком ярко. Уровень жидкости в бутылке "Гастон до Лагранжа" заметно понизился. Спутница Кирсанова безостановочно грызла так называемые "тапас", разнообразные закуски от коризо до оливок. Григорий, со своей стороны, не забывал о водке, положив руку на бедро Ларисы. Неожиданно она спросила немного заплетающимся языком:
- Григорий Иванович, зачем тебе такая заурядная баба, как я? Ведь у тебя, говорят, роскошная любовница-испанка?
- Кто тебе сказал?
Она приглушенно икнула:
- Не забывай, что Анатолий присматривает за вами. Служба у него такая все знать...
От этих откровений Кирсанов похолодел. Поистине, встреча с Ларисой представляла для него страшную опасность. Это была та песчинка, из-за которой проваливаются самые тщательно разработанные операции. Ведь Лариса, желала она ему зла или нет, могла поддаться искушению проверить, насколько точно он следовал официальному расписанию на этот день, а тогда...
Григорий наклонился к Ларисе так низко, что их губы соприкоснулись.
- Ты мне очень нравишься!
Его удивила порывистость, с которой Лариса прижалась губами к его рту. Она отстранилась, задыхаясь, отпила глоток "Гастон де Лагранжа". В ее глазах появился какой-то особый блеск.
- Ты с ума сошел, Григорий Иванович! Если нас увидят...
- Ты права, - поддержал он. - Поедем в более тихое местечко...
- Куда?
- Ко мне, например...
КГБ предоставил ему роскошную квартиру в 300 квадратных метров на Пасео де ла Кастельяна, явно не соответствовавшую его официальной должности корреспондента агентства печати "Новости", в то время как его коллеги, настоящие журналисты, ютились в обшарпанных дешевых квартирках в восточном пригороде Мадрида. Лариса покачала головой.
- Нет, слишком опасно. Мне пора домой. Анатолий должен звонить мне из Рима, и если меня не окажется на месте...
Он ждал такого ответа и стал еще настойчивее:
- Я знаю одну придорожную гостиницу по дороге на Бургас...
- Нет, нет! Мне нужно...
Он закрыл ей рот поцелуем и повел рукой вверх по се бедру. Задыхаясь, женщина высвободилась. Грудь ее так волновалась, что пуговицы на платье готовы были отскочить.
- Что с тобой, Григорий Иванович? У тебя было сколько угодно возможностей покороче познакомиться со мной с тех пор, как мы вместе работаем. Почему тебе приспичило именно сегодня?
- Ты же вечно с мужем, - возразил он.
Он налил ей еще "Гастон де Лагранжа", а себе водки.
Какое-то время они сидели, прижавшись друг к другу, слушая музыку и думая каждый о своем. Потом последовал новый поцелуй. Осмелев, Григорий взял руку Ларисы и положил ее себе на брюки. На секунду ее пальцы инстинктивно сжались. Молодая женщина бросила ему с вульгарным смешком:
- Не зря говорили, что ты силен!
Руку она все-таки убрала.
- В другой раз, Григорий Иванович. Не хочу осложнении с Анатолием, ты же его знаешь... Проводишь?
Поднимаясь из-за стола, она осушила свой бокал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51