ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Волшебное дитя, слишком нежное для ветров Шотландии…
Мадлен кашляла, а после этого на платке появлялась кровь, и юная королева старательно ее скрывала. Сначала ей это удавалось. Но вскоре стало ясно, что Холируд слишком влажен и расположен в низине, что очень плохо для Мадлен. Там она кашляла гораздо больше. А замок был чересчур мрачен, и бедная девочка исходила кашлем по этой причине.
Сумеет ли это полупрозрачное создание принести Шотландии наследников? – спрашивали себя крепкие горцы. Мадлен Французская была дочерью великого короля, но в силах ли она подарить Якову Шотландскому сына, способного сравниться с мальчиком Маргариты Эрскин?
Якова тревожило здоровье жены, и он не скрывал раздражения, когда его мать сказала, что хочет развестись с отчимом.
– Развод в вашем возрасте? – воскликнул он. – Да вы станете всеобщим посмешищем!
– Вы все еще досадуете, потому что я не могла помочь вам с разводом для Маргариты Эрскин?
Какая трагедия, что они с Яковом больше не такие друзья, как прежде!..
Мадлен высадилась в Шотландии в мае; к июлю она умерла. Проживи она еще несколько дней, отметила бы свое семнадцатилетие.
Шотландия оплакивала королеву, но больше всех горевал молодой супруг.
Отчаяние королевы немного развеялось, когда она узнала, что ее дочь Маргариту перевели из Тауэра в аббатство Сион. В тюрьме девушка подхватила лихорадку, а король, очевидно, не желал ее смерти, поскольку согласился перевести в более удобное место заключения.
Маргарита снова написала брату, умоляя позволить дочери вернуться к ней. «Если Маргарита приедет ко мне, – говорила она себе, – я займусь ее будущим, и снова начну жить благодаря девочке».
Временами королева подумывала о Якове, брате Гарри. Осмелится ли она на четвертый брак? Иногда она говорила: «Ни за что», а порой спрашивала себя: «Почему бы и нет?» Старый мотив не мог вплетаться в гобелен жизни вечно. Должен же где-то быть человек, который станет ей верным спутником? Яков был красив, но слишком молод. И непременно устроят скандал, если королева выйдет замуж за брата бывшего супруга.
Ангус?
Она часто вспоминала Ангуса, каким он был в юности. Сцены их медового месяца в Стобхолле нередко приходили на ум, и Маргарита вновь чувствовала себя молодой.
Однако Яков продолжал высмеивать мысль о еще одном разводе, а королева не могла выйти замуж снова, не разведясь.
Завести любовника? Она стремилась к счастливому и законному союзу. Теперь она была так одинока и вдруг поняла, что не может так злиться на Гарри, как некогда – на Ангуса. Гордость была задета больше, чем чувства. Неужели это признак старения?
Жизнь вокруг продолжалась. Брат радостно сообщил, что теперь у него есть сын – принц Эдуард. Правда, дитя стоило жизни своей матери, Джейн Сеймур; но Генриху было труднее заводить сыновей, чем жен.
Возлюбленный юной Маргариты умер в Тауэре, и король освободил пленницу – с рождением принца она уже не имела столь большого значения. Генрих VIII не нуждался в том, чтобы его окружали молодые люди, способные претендовать па его троп, а потому король объявил Маргариту незаконнорожденной, уточнив, будто брак между ее матерью и Ангусом не имел законной силы.
Маргарита пришла в сильную ярость, узнав об этом, и снова принялась строить планы. Может, еще раз выйти замуж за Ангуса, чтобы вместе бороться за признание законности рождения своей дочери и ее место в наследовании английского тропа?
Однако из этих планов ничего не получилось. Маргарита больше не находила такого удовольствия в заговорах, как прежде, и, глядя в зеркало, повторяла себе, что стареет.
– Я старею, – сказала она однажды.
Королева сидела за столом, с пером в руке и, по обыкновению, писала письмо.
Она очень устала и чувствовала себя слегка нездоровой. Слова уже не приходили на ум так легко, как раньше. Маргарита отложила перо и задумалась. Мысли, как это частенько бывало, унеслись в прошлое.
Ее дочь Маргарита, предполагала Маргарита, теперь вполне счастлива в Англии, поскольку Генрих дал ей место при дворе Анны Клевской. Яков женился на вдове-француженке, Марии Лотарингской, и хотя двое их детей умерли, наверняка родятся еще.
Бедный Яков! Как трудно королевским особам обзаводиться в браке жизнеспособным потомством! Незаконные дети короля были чудесными здоровыми малышами, в особенности маленький Яков, которого он так любил! Какая жалость, что мать мальчика – Маргарита Эрскин, а не королева Шотландии!
Собственные дети Маргариты от Гарри не отличались особым здоровьем, и это ее беспокоило, но тревог и без того хватало, так что королева просто устала о них думать.
Вместо этого она вспоминала о своей юности, о том, как приехала в Шотландию и скакала на лошади, присланной Яковом. Она и сейчас явственно видела его, такого красивого, так искренне любимого пародом, – вот он въезжает в столицу с невестой, сидящей за спиной на коне.
Руки затряслись, и Маргарита не могла унять дрожь. Она сердито посмотрела на них и позвала слуг, но когда те прибежали, королева видела их как в тумане.
– Помогите мне лечь в постель, – пробормотала она. – Мне плохо.
Пока слуги раздевали королеву, дрожь усилилась. Оказавшись наконец в постели, она сказала:
– Я никогда не чувствовала себя так плохо. Пошлите за королем в Фолклендский дворец.
Расскажите о моем состоянии и передайте, что я хочу его видеть.
Кто-то из слуг побежал выполнять приказ, а она лежала в постели и ждала.
Скоро он придет, красавец сын, которого мать всегда так любила. Она увидит, как Яков широким шагом входит в комнату. Но, думая о сыне, Маргарита видела другого Якова – смеющегося, красивого мужа, в которого так отчаянно влюбилась, только-только приехав в Шотландию.
Королева забыла, что лежит в замке Метвен, представляя, что она в Холируде и Яков сидит рядом, а она кричит, что муж оставляет ее ради любовниц. Потом рядом с ней возник Ангус… или это был Олбани?.. А может, Гарри? Маргарита не могла бы сказать точно. Они все слились. Мужчины, любимые ею и не умевшие не обманывать.
Она прошептала тихо, так что никто не расслышал:
– Не будь я дочерью короля, любил бы меня кто-нибудь ради меня самой?
Маргарита пыталась собраться с силами – ей так много нужно было сказать.
– Моя дочь… леди Маргарита Дуглас… Яков, будьте добры к ней. Ангус… Пусть Яков простит Ангуса… Пусть помнит, что он много страдал… Мир… Я хочу мира между ними. Покоя…
Стоявшие у постели обменялись взглядами. Королева совсем недавно чувствовала себя хорошо. Может ли так внезапно наступить ухудшение?
Но по-видимому, это было так, и решили, что разумнее всего принять последнее причастие. Умирающую причастили, а Яков, отчаянно спешивший к матери, чуть-чуть опоздал:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87