ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я хочу сделать предложение со своей стороны. Вы поможете мне сокрушить Тайный Совет, а я найду ресурсы для развертывания программы, финансируемой не хуже "Проекта Манхэттен". Эта работа может продлиться несколько поколений. Такая программа, если решение в конце концов будет найдено, не сумеет помочь вам или вашим современникам. Но это – лучшее из того, что я в состоянии сделать.
Император повернулся лицом. Кайс стоял неподвижно.
– Это, конечно, не может удовлетворить, – начал Император, – по сравнению с... – и остановился.
Горби стоял как изваяние. Император сошел с места, куда был направлен взгляд Кайса. Тот не повернул ни головы, ни глаз. Император шагнул к нему и провел перед лицом рукой – никакой реакции.
"Наверное, шок от осознания, что нет Святого Грааля для него и его вида", – подумал Император.
Рот Кайса приоткрылся. Оттуда закапали пищеварительные флициды.
Император обеспокоенно бросил взгляд на индикатор жизнедеятельности Кайса. Нет, физиологические показатели в норме.
Властитель закрыл стекло гермошлема и поспешил к выходу, но затем обернулся.
Идиот, в которого превратился Кайс, так и стоял на том же месте, поддерживая свой скафандр, будто вешалка.
– Несчастное создание, – повторил Император.
Это была лучшая эпитафия, которую он мог произнести, и единственное, на что имел время.

Книга четвертая
Идущие на смерть приветствуют тебя
Глава 26
Ученые мужи на Ньютоне носили на лице выражение непреходящего недоумения, присущее, как некогда выразился один студент сельскохозяйственной академии, корове, внутрь которой дородный осеменитель запихнул кулак в стерильной перчатке.
Перед открытием Трибунала это выражение постепенно сменялось таким же озадаченным взглядом, переходящим в радостное изумление. Как в свою очередь выразился Килгур, корова словно осознала, что вместо кулака у нее внутри то, что надо.
Никогда в пыльной академической истории, насчитывавшей тысячи профессоров, тяжко трудившихся на поприще науки, университет не привлекал к себе такого внимания.
Когда произошла преднамеренная утечка информации о предстоящих событиях, репортеры со всех концов Империи рванулись наперегонки в Ньютон – запечатлеть ожидаемый крах Тайного Совета. Ньютоновскую администрацию буквально похоронили под кучей заявок на разрешение присутствовать, и не только от репортеров, а и от политических экспертов, студентов, историков и просто любопытных.
Стэн, Алекс и Махони метались как сумасшедшие, заставляя службу безопасности "просеивать" через себя миллионы заявок. Задача была особенно трудна вследствие того, что по замыслу-то и требовалось привлечь к работе Трибунала максимальное внимание. Они пытались удержать информацию в руках, включая и сотни других мелочей, до публичного открытия.
А пока интервьюеры осаждали декана Блайза, его факультет и студентов из многих колледжей, составлявших структуру университета. Не было ни одного мелкого факта, скучного ответа или невнятно-серых мазков описания, которые не пригодились бы для голодных до новостей средств массовой информации. За короткое время каждый обитатель Ньютона побывал в роли звезды экрана.
Информационный голод был в особенности силен потому, что, хотя сэр Эку и раскрыл основные цели Трибунала, сидя на заседании Тайного Совета, но сохранил в тайне суть обвинений ото всех, кроме судей. Все были уверены, что обвинение связано с АМ-2. Другими словами, заговор с целью обмана. Сэр Эку мог себе представить изумление публики, когда будут обнародованы действительные обвинения – в заговоре с целью убийства.
Сэр Эку выбрал Ньютон за его долгую историю и репутацию внепартийного заведения. Однако он ожидал необычайных трудностей в деле убеждения декана Блайза согласиться принять у себя Трибунал. Как ни странно, после уточнения деталей режима безопасности соглашение было достигнуто быстро. Помогло то, что Блайз, прежде чем заняться высшей шкалой, служил имперским генералом. И, наверное, более важным оказалось то, что Ньютон был одним из первых заведений, с которых Тайный Совет начал урезания бюджета. За первыми ограничениями последовало множество других. Тайный Совет все подстригал и подстригал ассигнования, пытаясь удержать экономику на плаву.
Остальное решило пожертвование изрядного количества АМ-2, украденного Стэном.
* * *
Большую аудиторию оборудовали быстро. На возвышении установили длинный стал для судей Трибунала. Место позади предназначалось для группы обеспечения законности. Заткнули все дыры, через которые могли бы просочиться террористы. К техническому персоналу пресс-служб, налаживающему линии связи, приставили охрану.
А тем временем боевые корабли бхоров рассредоточились по всей системе Джура со столичной планетой Ньютон и патрулировали наиболее вероятные секторы атаки.
В разгар подготовки прибыли члены Трибунала со своей свитой. Стэн и Алекс лично встречали каждого и приставляли к нему телохранителей, которые с этого момента тенью следовали за подопечным.
Сэр Эку выбрал троих судей, несмотря на большую опасность, недостатка в добровольцах не оказалось. Депрессия, развязанная действиями Тайного Совета, становилась такой глубокой, что многие системы боялись за свое выживание куда больше, нежели страшились имперских экономических мер.
Три системы, которые сэр Эку в конце концов выбрал, были одни из самых уважаемых в Империи, так же, как и три выходца из них, которые составили Трибунал.
Первым прибыл Уорин из огромного аграрного мира под названием Риания. Это было разумное существо крупных размеров, с медленным мышлением. Тугодум. Тело его, сплошь покрытое тяжелыми костяными пластинами, служило обиталищем мыслительной системы стремя мозговыми центрами. Способный переваривать целые горы противоречивой информации, медлительный и обстоятельный, Уорин всегда носил с собой массу думающей аппаратуры. Кроме того он был абсолютно не предубежден в том, что касается преступлений, инкриминируемых Тайному Совету.
Второй, Ривас, прибыл из удаленного пограничного мира Джона. Ривас – худощавый человек, стремительный и остроумный, выделялся своей способностью найти компромисс там, где его, кажется, и быть не могло. Эта способность очень важна и уважается в диком Джона, где порой разных точек зрения насчитывается больше, чем спорщиков.
Он предупредил сэра Эку о том, что, несмотря на все презрение к нынешним деяниям Тайного Совета, он не абсолютно уверен, что его члены действовали лишь из своекорыстных побуждений. Его мнение о Кайсе, например, было весьма положительным. С точки зрения Риваса, тот зачастую демонстрировал добропорядочность и честность.
Третий и последний член Трибунала, пожалуй, пользовался самым большим уважаемым.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93