ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

С разлетавшимися каштановыми кудрями, удивительными по красоте глазами цвета весенней фиалки, стройной талией и в высшей степени элегантной фигурой, он казался воплощением мужского великолепия.
– Совершенен! – прервала Лидия благоговейное молчание. – Безупречно красив! Плохо только, что он младший сын своего отца.
– Это становится особенно трагичным, когда посмотришь на его старшего брата, – со вздохом заметила Софи. – Просто диву даешься, как может у красавца лорда Квентина быть такой уродливый братец! Я, наверное, никогда этого не смогу понять!
– Это лорд Линдхерст-то уродливый?!
Лидия замолчала, всем своим видом показывая, что у нее просто нет слов от такой несправедливой оценки. Потом насмешливо взглянула на подругу.
– Дорогая моя Софи! Что с твоими глазами? С каких это пор ты вдруг стала плохо видеть?
Хотя Софи и Лидия всегда сходились в своих оценках мужчин, участвовавших в светских раутах на протяжении сезона, но лорд Линдхерст составлял исключение. Здесь их мнения были диаметрально противоположными. Завидев его, подруги начинали шипеть, ссориться и, казалось, вот-вот вцепятся друг другу в волосы. Одним словом, лорд Линдхерст стал для обеих настоящим яблоком раздора. Сегодня Лидия первой бросила подруге перчатку.
Софи тут же отреагировала:
– Уверяю тебя, Лидия, у меня со зрением все в порядке!
При этом она сделала особое ударение на словах «у меня».
Лидия поморщилась:
– В таком случае я, видимо, переоценивала твой вкус в отношении мужчин!
– Нет, дорогая! Наоборот, ты недооценивала его. Иначе тебе бы и в голову не пришла столь глупая мысль, будто мое мнение о столь жалком существе может измениться к лучшему! В отличие от тебя, дорогая, насчет мужчин у меня всегда было твердое мнение. И, по-моему, титулу всегда должно соответствовать красивое лицо.
– Абсолютное большинство высшего общества считает, что лорд Линдхерст очень даже мил, – пренебрежительно парировала Лидия. – Как ты знаешь, на здешнем светском рынке насчитывается не менее дюжины самых почтенных титулов, включая даже одного герцога. Тем не менее, именно лорд Линдхерст продолжает оставаться украшением нынешнего сезона.
Софи сморщила нос.
– Лорд Мэрдок тоже мог бы стать украшением, будь его карман таким же пухлым, как у Линдхерста.
За этим джентльменом закрепилась слава самого никудышного человека во всем Лондоне. Известен лорд Мэрдок был и своим беспутным поведением. Однако его охотно принимали даже в самых чопорных светских кругах британской столицы.
– Что до кошелька, то он у Мэрдока не такой уж тощий, – запальчиво возразила Лидия. – И, наверное, в лондонских салонах есть немало девиц, мечтающих выйти за него замуж. Если же говорить о Линдхерсте, то он прекрасно воспитан и по-настоящему галантен. Любая девушка из приличной семьи не прочь стать его женой. К тому же у него прекрасный характер. Думаю, ты не станешь этого отрицать!
– О да! Характер у него действительно прекрасный… если считать достоинством глупость и способность навевать на всех вселенскую тоску. Уж в этом-то у него найдется немного соперников во всем Лондоне.
В голосе Софи прозвучало нескрываемое презрение, а хорошенькое личико изобразило крайнюю брезгливость.
– С ума можно сойти! – прошипела она в лицо подруге. – «Да, мисс Баррингтон! Нет, мисс Баррингтон! Как вам будет угодно, мисс Баррингтон!» И больше ничего!
Сделав паузу и немного успокоившись, Софи добавила уже ровным голосом:
– Он совершенен, дорогая, в своей чопорности. Но никому и никогда не удавалось услышать ни одного умного слова, слетевшего с языка лорда Линдхерста.
Лидия хитро прищурилась.
– Мои братья не раз говорили, что в их клубе лорда Линдхерста считают очень даже умным человеком. Я также слышала, как они обсуждали между собой его… гм… его доблесть в отношениях с женщинами. При этом они смеялись над теми, кто в безумном желании стать любовницами лорда готовы были расцарапать в кровь лицо соперницы. И все это, заметь, отнюдь не из-за богатства!
– Лидия! Это…
– Да, понимаю: говорить подобное – признак плохого воспитания. Возможно. Но разве это не доказывает, что лорд не так уж глуп и скучен? Я лично подозреваю, что тем, кто узнает его поближе, он может показаться интересным человеком. – Сделав паузу, Лидия бросила на подругу сердитый взгляд и процедила сквозь зубы: – Богатый, остроумный вельможа с отличными бедрами! Чего еще может желать любая девушка?
Софи не стала реагировать на очередной пассаж приятельницы по поводу бедер. Она была слишком раздражена слепым обожанием, которое сквозило в каждом слове Лидии об этом скучном лорде, чтобы обращать внимание на очередную непристойность. Пожав плечами и стараясь скрыть готовое вырваться наружу негодование, Софи – достаточно холодно, как ей казалось, – ответила:
– Даже если лорд Линдхерст кому-то покажется, как ты говоришь, остроумным, его внешность, тем не менее, не выдерживает никакой критики.
– Серьезно? – хмыкнула Лидия с самой что ни на есть высокомерной миной на лице. – Если верить слухам, то единственное, чем недовольны молодые светские дамы и девицы, так это редким появлением лорда Линдхерста в обществе.
Софи опять поморщилась.
– Мне кажется, что он, наоборот, слишком часто маячит в светских салонах. Честное слово, стоит только повернуть голову, как непременно увидишь рядом долговязую фигуру лорда Линдхерста. Это просто… просто…
Софи покрутила в воздухе ладошкой, как бы подыскивая нужное слово:
– Это просто Голиаф какой-то!
Подобное сравнение вряд ли было удачным по отношению к лорду. Хотя при двухметровом росте, широких плечах и атлетической мускулатуре Линдхерста все другие мужчины рядом с ним и впрямь казались почти карликами.
Лидия не пожелала остаться в долгу у подруги и ответила таким же ехидным тоном:
– Между прочим, я что-то никогда не замечала в тебе неудовольствия от внимания лорда Линдхерста. Пожалуй, наоборот: в последнее время вас очень часто видят вместе. Даже начинают поговаривать, что он вот-вот сделает тебе предложение. Мои братья, например, заключили между собой пари, что это произойдет не позднее Рождества.
Наверное, Софи была бы менее шокирована, если бы подруга сказала, будто Наполеон в настоящее время продает мороженое в лондонском магазине Гантера.
– Что… что за чушь?! – зашипела она, брызгая слюной от негодования. – Никогда и ни в какой форме я не давала повода думать, что соглашусь на его предложение! И уже сто раз тебе говорила, что принимаю его в своем доме только по настоянию тетки и кузена!
– Принимать его – это одно дело. Но совершенно другое – трижды за неделю катать в своем экипаже. Я уже не говорю, что за последнее время ты уже шесть раз разрешала ему сопровождать себя во время выездов в театр.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84