ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Не может быть! – ахнула Кэролайн, не в силах сдержать изумление.
– Да! Оказывается, твой брат выспросил историю моего прошлого у Смайли и узнал все о старом Робине Роджере. Джордж послал своего человека разыскать Робина в Лондоне и привезти его в Девон. Я не сомневаюсь, что им руководило желание унизить меня и, вероятно, даже отправить назад в тюрьму, если бы он узнал от Роджера о моих преступных деяниях.
Она сняла очки и положила их на стол.
– Поверить не могу! Это дьявольский план! – И с надеждой добавила: – Ты узнал что-то о моем брате?
Он довольно усмехнулся:
– Да, дорогая, но сейчас не время объяснять. Прежде всего я должен сам соблюсти приличия. – Он повернулся и пошел к дверям. – Будь добра, немедленно поезжай в Джермейн-Хаус и сообщи о моем предстоящем прибытии.
– Сейчас? Но почему такая спешка?
– Я объясню тебе позже. Не хочу, чтобы Джордж уехал, не дождавшись меня. – Лукас задержался в дверях, где стоял Робин, одетый в господские одежды. Он явно чувствовал себя неуверенно. – Робин, познакомься, моя жена, миссис Кэролайн Дэвин. Кэро, это тот господин, который вырастил меня, Робин Роджер Дэвин.
Старик неуклюже двинулся вперед, улыбнулся и отвесил ей низкий поклон. Его выцветшие голубые глаза слезились от ветра.
– Большая честь для меня, мэм.
Кэролайн судорожно сглотнула, прежде чем ей удалось изобразить улыбку. Перед ней стоял человек, который бил Лукаса, когда тот был ребенком. Она не могла заставить себя забыть об этом, хотя Лукас, казалось, не имел ни малейшего желания вспоминать такие подробности.
– Как мило, что вы решились посетить Фаллингейт, мистер Дэвин. Я… я так много слышала о вас.
– Пойдем, Робин, – нетерпеливо окликнул Лукас от двери. – Мы обязаны соблюсти все приличия. Монти, будь другом и посмотри, готова ли карета миссис Дэвин. Как хочешь, Кэро, но не позволяй своему брату покинуть Джермейн-Хаус. Пригласи его сегодня вечером в Фаллингейт, соблазни чем угодно, но он должен непременно приехать к нам.
– Конечно, дорогой.
Монти заговорил с Робином, Кэролайн вышла из-за стола и поспешила к дверям. Лукас преградил ей дорогу и, взяв ее руки в свои, прижался губами к ее лбу.
– Я так скучал по тебе! – шепнул он. – Дни тянулись слишком медленно. Когда ты успела поселиться в моей душе?
– Когда ты отвернулся, – засмеялась она.
– Ты думаешь, я хотел уехать в поисках лучшего? – Он пристально посмотрел на жену.
– Нет.
Он покачал головой:
– Мадам, вы верите в меня больше, чем я сам.
– Сэр, разве не в этом суть брака?
Он провел большим пальцем по ее щеке.
– Вы удивительная женщина, миссис Дэвин.
Глава 31
Стоя перед парадными дверями Джермейн-Хауса, Лукас и Робин ждали, когда им откроют.
– А ты уверен, парень, что хочешь и дальше разбираться в этом? – приглушенным голосом спросил Роджер. Он то сжимал, то разжимал кулаки.
– У меня нет выбора, Робин, – произнес Лукас, молясь про себя, чтобы сердце билось потише.
Дверь скрипнула и медленно отворилась, и в этой неспешности было что-то, что ясно указывало – с каким бы делом они ни пожаловали к графине, они могут подождать, пока дворецкий не убедится, насколько оно достойно ее внимания.
Как только дворецкий появился в дверях, его лицо скривилось, словно он проглотил лимон. Изогнутые брови взмыли вверх, как два крыла, причесанные и ухоженные. Секунду-другую он смотрел на Лукаса и Робина, затем недоверчиво заморгал, будто не мог сообразить, почему конокрад одет как джентльмен.
– Да? – все, что он сказал.
– Я приехал повидать леди Джермейн, – сказал Лукас. – Проведите меня к ней сейчас же. – Он говорил с такой уверенностью, что Робин взглянул на него с невольным уважением.
– Молодчина, Лук! Поддай ему жару…
– Мое имя мистер Лукас Дэвин, – продолжал Лукас, не обращая внимания на Робина. – Графиня меня ждет.
Дворецкий прищурил глаза, принюхиваясь, словно уловил неприятный запах.
– Минуту, сэр. Пожалуйста, пройдите в гостиную. Я узнаю, готова ли ее сиятельство принять вас.
Он повернулся и зашагал через восьмиугольный мраморный холл. Лакей закрыл за ними дверь. Озираясь кругом, Робин вдруг тяжело задышал, и глаза его наполнились слезами. Лукас протянул ему руку.
– Держись, старина, мы должны пройти через это вместе, – прошептал он.
Дворецкий оставил их в гостиной, изысканно оформленной в китайском стиле. Узорчатые шторы были явно старинными. Стены, обитые китайским шелком, украшали картины: портреты дам времен Реставрации, в белых напудренных париках и с собачками на коленях, потемневшие от времени лица прадедушек и прапрадедушек. Чувство горестного умиления переполняло Лукаса, когда он вглядывался в каждую деталь обстановки. Сочетание старого и нового придавало комнате необыкновенную элегантность. Лукас переводил взгляд с одного портрета на другой, каждый из которых, казалось, символизировал вечность, но тут появился дворецкий. Высокие дуги его бровей слегка опустились.
– Ее сиятельство ждет вас.
– Спасибо, Харвуд, – кивнул Лукас с покровительственной улыбкой.
Дворецкий удивленно заморгал. Откуда конокрад может знать его имя?
Лукас подавил усмешку и терпеливо ждал, когда его проведут к графине. Харвуд вновь обрел высокомерный вид и, повернувшись, гордо зашагал по коридору.
Лукас и Робин молча последовали за ним, стараясь разглядеть комнаты, через которые проходили. Сначала это была маленькая гостиная, потом комната для игры в бильярд, библиотека, и так без конца, одна за другой, каждая более роскошная, чем предыдущая. Сердце Лукаса зашлось от боли, его охватило странное чувство, которое посетило его, когда он впервые увидел Джермейн-Хаус, чувство узнаваемости и невероятного волнения, которое сейчас почти выбило его из колеи.
– Мэм, – провозгласил дворецкий, свернув наконец в комнату в конце коридора, – мистер Лукас Дэвин.
Лукас и Робин переступили порог и остановились, пораженные видом графини. Величественная, словно королева, она сидела у противоположной стены на софе, обитой парчой. Кэролайн расположилась подле нее. Обе женщины прекрасно смотрелись на фоне окружающей их роскоши. Стены комнаты были обиты темно-красным шелком. На этом фоне выделялось несколько картин, судя по контрасту тени и света, принадлежавших мастерам итальянской школы. Вся комната так и светилась позолотой, портреты, маленькие и большие, следовали один за другим. На круглом потолке сияла нежными красками великолепная фреска: ангелы и херувимы парили посреди облаков на фоне нежно-голубого неба. Лукас взглянул на нее и почувствовал, как что-то перевернулось у него в груди. Он вспомнил, когда в последний раз видел эту комнату. Он вспомнил все.
– Чего вы хотите от меня, мистер Дэвин? – спросила леди Джермейн, и ее тонкие губы тронула презрительная улыбка.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83